"Фантастика 2023-117". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
Короче, останавливать незваных гостей надо было как можно дальше от Астгартуса, но ничего крупнее сторожевика под рукой сейчас не было. Первыми встречали противника дежурный истребительный полк, две штурмовые эскадрильи и две бомбардировочные. Истребительный полк республиканцев полного состава, сорок восемь новейших истребителей, с двух сторон атаковал истребительное прикрытие палубного носителя. Штурмовики и бомбардировщики шли параллельно с крейсером, не сближаясь и не пытаясь атаковать, но тем самым оттягивая из боя часть истребителей имперцев. В космосе находилось более восьмидесяти «Рексов», но с учетом того, что часть их вынужденно держалась у крейсера, соотношение сил было приблизительно равным.
Когда напряжение боя достигло максимума, подошло звено из четырех устаревших машин с базы курсов усовершенствования. На подходе звено разделилось, пара младшего лейтенанта Дескина заходила с носа, пара сержанта Рахмана — с кормы носителя. Заходить с кормы было дальше, с носа опаснее, можно попасть под огонь орудий крейсера или атаку истребителей его прикрытия. На первый взгляд подошедшие истребители ничем, кроме устаревшей модификации, не отличались от уже ведущих бой. Но опытный взгляд моментально выделил бы гораздо более крупные ракеты, подвешенные к пилонам головных машин.
— Вот, — завскладом указал на восемь контейнеров в дальнем углу. — Противокорабельные, специально для истребителей. Опытная партия. Еще до войны привезли, думали испытать, но не успели. С тех пор так и лежат.
— Заодно и испытаем, — решил Вольдемар. — Перевооружайте ведущих.
Для противокорабельной ракеты истребитель слишком мелкий носитель. Даже то, что сейчас висело на их пилонах, не могло причинить серьезного вреда вражеским кораблям. Но было у этих кораблей одно, а точнее, четыре уязвимых места — ворота шлюзов палубного носителя. Одна пара в носу, вторая в корме. Через кормовые ворота истребители принимались на палубу, далее, продвигаясь по двум ниткам конвейера, перевооружались, дозаправлялись и выпускались через носовые. Если вывести из строя только одну нитку конвейера, то количество имперских истребителей в космосе станет явно недостаточным для прикрытия обоих кораблей, а если обе…
Сержант Рахман доложил о готовности.
— Атака!
Выполняя противоракетный маневр, Дескин повел свою пару в промежуток между крейсером и носителем. Пока им никто не мешал, вторая и третья эскадрильи истребительного полка, точнее, то, что от них осталось, обеспечивали безопасный коридор ударным парам. Откуда-то снизу выскочил одиночный «Рекс», ведомый выпустил по нему ракету, и тот, выполняя маневр уклонения, убрался с дороги. Пора!
Пара Вольдемара нацелилась в лоб носителю и начала наращивать скорость. Осознав, что идущая на сближение двойка республиканских истребителей делает это не случайно, противник обратил на нее внимание. Звено «Рексов» попыталось выйти на перехват, но было атаковано республиканцами. Оператор комплекса ПРО носителя решил дождаться входа пары республиканцев в зону уверенного поражения, особенных неприятностей от республиканских истребителей он не ждал. К тому моменту, когда он решил обстрелять атакующих, бортовой компьютер истребителя сообщил, что есть захват головок. Головки самонаведения ракет поймали цель. Вольдемар произвел пуск и тут же бросил истребитель в головоломный маневр на пределе возможностей человека и машины. Ведомый некоторое время шел за ним, но после кратковременной потери сознания отстал и чудом не стал жертвой ракеты с палубного носителя. А вот Вольдемар избежал попадания, вполне осознанно уводя свой истребитель от имперских ракет.
Тем временем ракеты добрались до имперского носителя. Две попали в ворота правого борта, одна взорвалась при ударе о лист носовой брони, четвертая потерялась по дороге. Теоретически ракеты сами должны были распределить между собой цели и поразить оба шлюза, но что поделаешь — опытная партия. Однако это было уже неважно, на восемь секунд раньше четыре ракеты, выпущенные сержантом Рахманом, поразили все кормовые ворота. Там все прошло штатно.
Через десять минут у первых «Рексов» начнет заканчиваться горючее, а через пятьдесят, максимум пятьдесят пять минут космос будет чист. Вот тогда и пойдут в атаку штурмовики и бомбардировщики. Нет, не пойдут. Командир имперского рейдера ситуацию осознавал ничуть не хуже республиканцев. Вскоре имперские корабли начали брать курс на выход из планетной системы. Почти шестьдесят еще уцелевших истребителей будут брошены вместе с пилотами.
— Да-а. Ну, что скажешь?
Адмирал Кагершем оторвался от прокладки курса имперских рейдеров и повернулся к сидящему рядом с ним вице-адмиралу — начальнику штаба ВКФ:
— Скажу, что наши задницы находились в большой опасности. Если бы имперский крейсер успел хорошо порезвиться в системе, сенат дал бы нам такого пинка, что мы повылетали бы из своих кресел, как снаряд из пушки этого самого рейдера.
Оба адмирала были старыми друзьями и однокурсниками по академии, поэтому между собой могли говорить абсолютно откровенно.
— А ты не преувеличиваешь? Мы же только что взяли Варен.
— Мы можем разгромить Империю и Коалицию, захватить все их планеты, но если хоть один волос упадет со спины какого-нибудь сенатора, то все, нам крышка.
— Почему со спины, а не с головы? — поинтересовался начальник штаба.
— Потому, что они там все лысые, — ответил адмирал.
Они помолчали.
— Интересно, а откуда на этой занюханной учебно-тренировочной базе экспериментальные ракеты? — вдруг спросил начальник штаба.
— Полагаю, что кому-то в военном министерстве надо было отмыть деньги, выделенные на науку, — пояснил адмирал. — В результате появился заказ на разработку и опытная партия ракет, которые никак не вписывались в тактику флота. Вот их и сплавили на базу курсов, планировали расстрелять и забыть, но не успели.
— Но здесь они пришлись кстати.
— Единичный случай, — возразил Кагершем. — Если бы мы оставили у Астгартуса хоть один крейсер, они бы сюда вообще не сунулись.
— Если бы… Нас провели, как слепых щенков. Деблокада Варена была отвлекающим маневром, а мы потащили туда все, что было под рукой. Можно поставить нашей разведке жирный минус.
— Поставь, если хочется. А дальше что?
— А дальше есть у меня одна идея. Отдай мне этого твоего лейтенанта. Кстати, характеристики он пишет толковые. Он уже явно перерос тренажер. У Токора что-то затевается, вот туда его и пошлю.
— Хочешь получить независимый канал? Ладно, забирай. А на тренажер назначим этого сержанта…
— Рахмана, — подсказал начальник штаба.
— Вот именно, подготовь мне на завтра его личное дело.
На следующий день младший лейтенант Дескин получил приказ сдать тренажер сержанту Рахману и прибыть в штаб флота.
Глава 9
Наблюдатель
— Доброе утро, господин капитан, — поприветствовал младший лейтенант Дескин командира токорского патрульного корабля. — Мне кажется, что первоначальный вариант был лучше.
— И вам не хворать, — ответил невидимый собеседник, видеоканал он включать не стал. — Надеюсь, вы скоро избавите нас от своего присутствия.
— Сожалею, но у моего командования несколько иные планы.
Токорский патрульный и республиканский сторожевик типа «Сокол» с бортовым номером двадцать два разошлись на расстояние дипломатической вежливости. Уже месяц республиканский соглядатай шнырял в окрестностях, не пересекая, однако, ее границ. За этот месяц он успел уже смертельно надоесть местным военным, вынужденным отслеживать его перемещения и как-то на них реагировать.
Сам сторожевик сошел со стапелей республиканской орбитальной верфи чуть менее сорока лет назад. В составе действующего флота провел всего три года, после чего, в результате кампании по экономии бюджетных средств, был выведен в резерв, где и пребывал до недавнего времени. После потерь, понесенных в начале войны, республиканский ВКФ вынужден был выгрести все имеющиеся резервы. Престарелый сторожевой корабль подновили, поставили новые двигатели и систему управления. Два месяца «Сокол» № 22 числился в планетарной обороне Астгартуса, затем был возвращен на верфь и снова подвергнут модернизации, но уже более глубокой.