Остров примирения (СИ)

— Федор Антонович, — услышал он женский голос, и открыл глаза. Рядом с ним стояла женщина, пожилая, примерно его возраста. Он бросил на неё презрительный взгляд. — Чая не желаете? — поинтересовалась она. Ну наконец — то, к нему хоть кого — то прислали, могли бы и по моложе найти, за что он может ущипнуть эту сухую, тощую тетку?
— Желаю — пробурчал он. Женщина развернулась к нему спиной, и его что-то напрягло в её образе. Показалось, что он знал эту женщину в прошлом, его больное сердце заворочалось под ребрами, и пробежал легкий холодок по коже. Он присматривался, вот тетка берет чайник, насыпает туда смесь сухой травы, поправляет выбившийся локон из блондинистого хвоста, и этот жест болью отдается в груди. Они точно были знакомы.
Шилов переводит взгляд на вошедшего в салон самолета, где держали его как пленника, Федора, и хмурит брови. То, что сейчас происходит здесь, ему не нравилось.
— Мила, дорогая, ты уже здесь хозяйничаешь? — По улыбке, излучавшей нежность в сторону женщины, которая заканчивала приготовления к чаепитию, Шилов понял, что эти двое вместе.
— Кто это? — В глазах Федора, Черных увидел растерянность, он понял, что бандит, что-то заподозрил, но ведь Федор Борисович для этого и пришел к нему, напомнить, какой он козел, со временем ставший старым хреном.
— Это моя жена — Федор Черных встал и взял у подошедшей женщины поднос, поставил его на небольшой столик напротив бандита. — Людмила. — На этом имени, Шилова подбросило он боялся той мысли, которая пришла к нему в голову.
— Ты не узнаешь меня Федя — он всмотрелся в глаза севшей напротив него женщины и сердце заклокотало внутри, словно пытаясь вырваться наружу. Не может этого быть?! Федор Антонович искал эту женщину везде, где только можно, но не у себя под боком. Вот оказывается у кого она пряталась, у его учителя, а в дальнейшем врага номер один.
— Люда? — он так расширил глаза, что казалось они сейчас лопнут, — ты — резкий вдох, его больной орган не выдержит такого потрясения — Как? — мужчине так много нужно ей сказать, узнать, почему так бессовестно ушла от него, бросила его вдвоем с сыном, почему она такая бессердечная и не давала о себе знать столько времени. Так еще теперь оказалась женой этого …? Слов обозвать Федора не хватало, да и он чувствовал, что сердце начинает шалить. — Таблетки — прохрипел он, и потянулся к карману пиджака, где всегда наготове, были нужные ему пилюли.
Людмила заторопилась и достала серебристую упаковку, подсунула ему под язык маленькую таблетку.
— Как я оказалась здесь с Федором? — Шилов смог только кивнуть головой. — Просто в один момент я поняла, что больше не выдержу, твоих унижений и издевательств. Я чувствовала себя истеричной невротичкой, вздрагивала от каждого громкого звука, до меня дошло, если я сейчас же не уйду из нашего дома, то убью тебя, или себя.
Федор Борисович вспомнил тот день, когда жена Шилова пришла к нему, вся в слезах, нервная, её била дрожь. Она призналась, что Шилов снова загулял, и еще одного вечера унижения она просто не выдержит. Поведала, как он издевается над ней, пугая оружием, и обвиняет во всех грехах. Тогда уже их пути дорожки с этой семьей разошлись. Раньше они собирались компаниями, Федор Черных с очередной своей любовницей, и Шилов с Людмилой. На людях он всегда становился любящим супругом, и никто не мог даже подумать, что на самом деле, он издевается над этой женщиной.
Черных по натуре был добрым человеком, испуганный и забитый вид супруги Федора вызвал сочувствие в его душе, и он повелся на её уговоры, спрятал в своем особняке в Дубае.
После трех месяцев спокойствия, разобравшись в своих чувствах и мыслях, Люда позвонила ему и попросила о встрече. Он выкроил для неё три дня, которые одинокий мужчина, и женщина его бывшего друга, провели в разговорах. Людмила поняла, что не хочет возвращаться домой, её чувства к Шилову прошли, она решила пожить для себя. Тогда Федор Борисович подарил этой приятной в общении женщине путевку в кругосветное путешествие, на самом крутом лайнере. Она около полугода провела, плавая по морям и океанам планеты.
 
Федор Борисович, и Людмила не виделись долгое время, и мужчина понял, что ему не хватает общения с этой женщиной, даже чувство обиды проскользнуло у него в сердце, почему она не звонит ему? Не узнает, как у него дела? И в один прекрасный вечер, мужчина был ошеломлен, когда после звонка домофона, на пороге его дома появилась Людмила. Оказывается, их чувства оказались взаимными, и она решила сделать первый шаг.
— Пустишь? — Спросила женщина, сжимая двумя руками ручку чемодана.
— Не пожалеешь? — задал встречный вопрос Черных.
— Нет. — Мила не могла поднять на него глаза, и заливалась румянцем, словно девочка.
С того вечера она осталась в его доме, ей сделали новые документы, а её бывший муж даже не подозревал насколько близко находится его потеря. Черных знал, что Шилов не оставлял надежды найти свою супругу, посылал людей в разные концы мира, но безуспешно. Федору Черных тогда пришла мысль, поговорка «Что имеем не храним, а потерявши плачем» — имеет место быть в жизни его врага.
К концу рассказа Людмилы о том, что её жизнь изменил другой мужчина с таким же именем как у него, руки пожилого мужчины затряслись, дыхание участилось, он схватился за сердце, и стал громко всасывать в себя воздух. Федор Борисович поспешил позвать доктора, дежурившего в соседнем помещении.
— Никогда не прощу тебе смерть сына — шипела ему в ухо женщина, а врач и медсестра суетились вокруг мужчины. — Никогда! Слышишь? И внучку тоже заберу — выпалила громче она.
— Что происходит? — Валерия бросилась к деду, вид мужчины заменившего ей отца, испугал девушку. — Дедуля — выкрикнула она — дедуля. Что с ним? — она вцепилась в руку врача, делавшего назначения медсестре, которая в скоростном режиме распаковывала шприцы и ампулы.
— Сердечный приступ, будем реанимировать.
— Что? — в голос высказали свои переживания обе женщины и их глаза встретились.
Романову пришлось оставшееся время в полете, успокаивать свою жену, она плакала, её дедушка находился в соседнем салоне под препаратами, сердце не выдержало, Шилов пережил инфаркт. Хорошо, что Черных был к этому готов и врач находился рядом.
Сергей понимал, Валерии нельзя нервничать, она носит под сердцем ребенка, который свяжет их на долгие годы. Он, прижимая к груди здоровой рукой голову супруги, бросил взгляд туда, куда сегодня притягивало его, манило каждый кусочек его тела и души, где он хотел сейчас находиться. Власова, в обществе его охранников, улыбалась, а в глазах стояла вселенская тоска, что становилось тошно от одного её взгляда. Черт! Что же он наделал, теперь пожинал плоды своей пошлости, и порочности.
Захар Главинский негодовал, меряя шагами кабинет, его грудь ходила от возмущения и тяжелого дыхания. На него наседали, собирались снять с должности, его имя несколько раз упоминалось в документах Шилова, где он не раз и вправду ставил свои подписи. У них отлаженный механизм действий, который работал много лет, стоило только этому Романову чуть расшевелить их муравейник, как все пошло наперекосяк. Черт бы побрал этих двоих, жену его бывшего напарника и этого молодого олигарха. Как они вообще встретились? Эта парочка априори не должна была столкнуться, их слои общества не соприкасались. Неужели и правда наверху кто-то следит, чтобы на земле восторжествовала справедливость, и пришло время платить за свои грехи? Но Захар не согласен с таким исходом. Он что, зря подставлял свою голову, ломал свои убеждения и перешел на черную сторону? Пока он вязнет и карабкается в болоте, которое засасывает его, он отомстит за себя, не оставит в живых ту, которая передала на него улики, подтверждающие его связь в делах Шилова.
Он уже знал, что Власова вернулась, и что все выдохнули. Преступник наказан, лежит в больнице после инфаркта, и ждет назначенного суда. Ему тоже недолго осталось, но времени хватит поквитаться с этой женщиной, из-за которой его жизнь перевернулась с ног на голову.