Снежная Королева для Бигбосса (СИ)

— А вот здесь, Евгений Викторович, вас что конкретно интересует? — я перечислила ему варианты.
— Я же тебе сказал, что мне надо, что непонятного? — он нахмурился. — Вышли файлом, я посмотрю. Мне некогда обсуждать всё с каждым сотрудником. — И он ушёл.
Вздохнув, я пробежалась глазами по его документу, написала пару строк. Отсылать так быстро и не подумала. Буду всё время до обеда играть с Евгением по рабочему чату в “пин-понг”. Высылать небольшими кусочками с просьбами прокомментировать.
Я уже поняла, что он не любит работать, зато отлично создаёт видимость этой работы. А тем временем буду делать презентацию для Михаила.
Ну вот, уже начались какие-то тайные манёвры на работе. Но мне очень нужно, чтобы меня заметило начальство, которое действительно что-то решает. Очень нужно продвинуться. Для начала — хотя бы тут утвердиться.
За выходные мы купили Олесе и ботинки, и новый пуховик. Только потому что я поцапалась с мамой, демонстративно решила не покупать б/у комбез с рук и купила новый. И осталась почти без денег. Только с суммой, рассчитанной впритык на проезд и самые необходимые расходы. Например, на оплату квартиры в следующем месяце. Больше денег нет.
Если у меня не выйдет с новой работой, можно ставить на всём крест. Я просто не справлюсь, нет больше ресурсов, чтобы искать другую работу. Провалюсь здесь — придётся с повинной головой возвращаться к маме.
Когда я ехала обратно в город, вспоминая, как меня не хотела отпускать от себя моя маленькая дочь, я подумала, что готова перелопатить сколько угодно документов и вообще ни с кем не разговаривать на работе, если они не считают нужным со мной общаться. Я готова работать молча. Главное, чтобы исправно платили мне зарплату.
Потому что я мотивирована и на отношения в коллективе мне плевать. Только вот эти отношения тоже многое определяют.
Начальник отдела, Евгений Викторович, меня точно невзлюбил, как и я его. У меня было ощущение, что приняли меня через его голову. На собеседовании сидел как раз Михаил Фёдорович, но он со мной не общался. Вопросы задавал другой человек, один из его помощников. В этом я уже позже разобралась. Той же Марты Игоревны, например, тогда не было. Но, как я теперь понимаю, она важная фигура.
Евгений сидел молча, рассматривал меня. Смотрел на мои ноги. Тоже задал пару каких-то, как мне тогда показалось, глупых вопросов. Пытался шутить, сам же своим шуткам и смеялся.
Ну а когда меня приняли и ввели в курс дела, Евгений демонстративно меня игнорировал целую неделю, а теперь вот начал доставать с поручениями. Ну и пусть. Мне бы не хотелось задержаться в его отделе. Я надеюсь на повышение.
Я ведь день работала. В обед отправила то, что он просил, Евгению. Специально сделала несколько уточняющих вопросов, требующих доработки, чем и занималась после обеда. Да, я мухлевала с начальником. Возможно, он не такой уж и дурак и всё понимал. Но мне нужно было успеть сделать презентацию для Михаила. Очень нужно было успеть. Про репетицию я уж молчу. Сто лет ни перед кем не выступала. Ерунда, конечно, просто деловая презентация для коллег, но я вообще не очень люблю публичные выступления.
Пока огляделась в этом самом конференц зале, пока справились с пультом… Все зашли, Михаил едва кивнул. Марта сказала мне начинать. Я попыталась расслабиться, подумала, что если всё пройдёт хорошо, я сегодня сама позвоню Андрею и приглашу его на встречу. Похвалюсь. А если всё пройдёт плохо, я позвоню, чтобы поплакаться. При мысли, что я в любом случае могу сегодня увидеть Андрея, мне внезапно стало так хорошо, что сразу поднялось настроение. Я вспомнила первую фразу, с которой стоило начать презентацию и заговорила, показывая на слайд.
Прошло всё благополучно. После мы все дружно общались. Мне задавали вопросы. Потом они начали задавать вопросы друг другу, что-то горячо обсуждать и я успела вставить пару раз свои замечания по аналитике. Никто не сказал мне помолчать или выйти. Никто не отмахивался. Не скажу, что я была в центре обсуждения, конечно нет, я просто предоставила им выжимку данных. Но я, наконец-то, почувствовала, что сделала что-то важное. Меня поблагодарили и отпустили. Марта, кажется, выглядела довольной. Уходила я в приподнятом настроении.
 
Когда я зашла к нам в офис, то с большим удивлением и даже с некоторым ужасом обнаружила у себя на столе… огромный букет красных роз…
  
Глава 17. Встреча с Андреем
 
— Это вы их прислали?
— Про что вы?
— Про розы!
— Какие розы?
Мы с Андреем сидели в его машине. Я только что вышла из офиса и почти сразу же оказалась в салоне автомобиля.
Розы прислал Андрей — это первое, что пришло мне в голову. Вряд ли кто-то из коллег, ведь так? У меня нет никаких мужчин, которые могли бы прислать мне цветы. Ну точно не мой бывший, да он и не в курсе, где я сейчас работаю.
Кириллу могла рассказать моя мать, но даже если так, вряд ли он бы тратился на розы. Нет, он бы мог подарить мне цветы, если бы ему что-то было от меня надо. Но точно подарил бы сам, или сделал так, чтобы я не сомневалась в личности дарителя.
Я сделала фото букета и собралась сбросить Кириллу с подписью: “Это не от тебя?” Но передумала. Кирилл начнёт мне названивать, делать предположения, в чём-нибудь меня обвинять… Я же знаю, что это не он. Тогда к чему сообщение? Уязвить бывшего? М-да, я же не из тех, кто будет в соцсети выкладывать фото своей успешной и счастливой жизни после разрыва с мужчиной. Ну или намеки на новые отношения, в которых, в отличие от предыдущих, есть романтика, знаки внимания, красивые жесты…
Конечно, это от Андрея.
Коллеги бы мне цветы не дарили. А кроме них кто может знать, что Снежана Королёва работает здесь? Андрей, конечно, подвозил меня до дома, но номера квартиры я ему не называла. Тем более, Андрей — курьер. Мог он сам привезти этот букет? Да нет, он же не из службы доставки цветов.
Я спросила у коллег, откуда на моём рабочем столе появились цветы? Ответили, что принёс курьер. Для меня. Внутри букета записки не было. То есть, они что, проверяли?
Я не знала, забирать ли букет домой? Представила, как поеду с цветами в метро. Решила, что ни к чему, хотя приятно бы было смотреть на них, засыпая. Поставила бы в комнате, в которой сплю, любовалась бы. Но решила оставить на работе. И, как и запланировала заранее, написала Андрею.
Написала и сто раз отругала себя, что побоялась позвонить. Потому что когда звонишь, хотя бы понимаешь, что человек либо ответит сразу, либо нет, но велик шанс, что перезвонит. А эти текстовые сообщения — увидел или нет? Прочитал и проигнорировал? Когда же он ответит? Захочет ли отвечать?
А я уже добралась до выхода и внутри меня с каждым шагом угасала надежда.
Я была в приподнятом настроении, ведь презентация прошла хорошо, а ещё этот букет роз. Но вот я отправила эсэмэску, а ответа от Андрея нет и нет. Понимая, что сейчас мне выходить в промозглый вечер и одиноко топать к метро, я собралась внутренне, заставляя себя не расстраиваться. И тут Андрей позвонил. Сказал, что увидел сообщение, быстро доделал свои дела и поехал ко мне. И уже скоро будет на месте. Попросил меня подождать в холле, не выходить на улицу, пока он не подъедет.
Я послушалась. Вышла только тогда, когда он снова позвонил. Тут же увидела его машину, добежала, села в салон. Я даже не подумала, как выгляжу, упала в пассажирское кресло его автомобиля, как мешок.
— Привет, — сказал Андрей.
— Привет, — ответила я. Мы переглянулись как заговорщики.
— Как у вас прошёл день, Снежана? — Андрей тут же тронулся, не выжидая. И опять обратился ко мне на “вы”. Меня это больше не смущало, даже забавляло.
— Необычно, — призналась я. И сразу же спросила про розы.
Андрей ответил в хитрой манере, задавая встречный вопрос.
— Кто-то подарил вам цветы и вы не знаете кто? Есть догадки?
— Я решила, что это вы, — призналась я, как всегда уже после того, как сказала, соображая, что это значит — я предполагаю со стороны Андрея ко мне романтический интерес. Да в конце концов, мы взрослые люди. Конечно, если бы мы оба были не свободны, и, например, были коллегами или друзьями друзей, тогда можно предположить, что у нас друг к другу чисто человеческое любопытство. Но он свободный красивый мужчина, а я… а я надеюсь, что розы подарил мне он. Но Андрей хитро отмалчивается, а я разрешаю себе и ему играть в эту игру.