Герой из тени (СИ)

С Маришкой всё только-только начало налаживаться, я думал, что встретил девушку своей мечты — высокая, с длинными золотистыми волосами и сияющими глазами. Звонкая и добрая, та, с которой мне было уютно и до одури головокружительно.
Я предупредил её, что заеду в восемь, вышел из универа и прыгнул в первый автобус до стадиона. Несмотря на осеннюю прохладу, мне становилось душновато, и я часто останавливался во время тренировки, что со мной случалось довольно редко.
Конечно, я не профессиональный спортсмен, но бег составлял огромную частью моей жизни — я участвовал в марафонах и полумарафонах, пробовал себя в спринте, постоянно работал над выносливостью и скоростью.
Сам себе тренер и чемпион. Бег давал выход плохим мыслям и эмоциям, помогал выпустить пар и остаться наедине с собой, потому я никогда не бросал это дело, даже зная, что ничего мне в лёгкой атлетике, по сути, уже не светит.
Ближе к половине восьмого мне позвонила мама и предложила нам с Маришкой приехать к ней на выходные за город. Я-то знал, что за этим приглашением скрывается коварный план припахать нас на уборку во дворе и колку дров, но этому я даже был рад, с мамой, как начался семестр, мы виделись только один раз.
Мама не очень часто звала в гости — её второй брак получился счастливым, и она никогда не чувствовала себя одиноко. Она во второй раз вышла замуж и родила мою младшую сестричку — Оксанку, которой сейчас было шесть. Как не отговаривали её родственнички, что рожать в тридцать семь уже поздно и тяжело, она стояла на своём и в итоге оказалась права.
Сейчас же её коварный план объяснялся просто — Игорь уехал на вахту и некоторые дела по дому стопорились, так как Оксанку постоянно нужно было возить на плаванье, в школу и кружки.
Шаг за шагом я снова набирал скорость, но дышать становилось трудней. Я остановился и, уперевшись в колени, глубоко вдыхал прохладный воздух, чтобы восстановить сердечный ритм. Вроде бы и не простудился, а тренировка как-то не задалась.
А потом стало темно.
А потом меня позвали по имени «Найт».
Что, и всё?! Нет, правда?! Никакой пафосной и геройской смерти?! Я не попал под колёса машины, спасая ребёнка? Не свернул шею снимая кошку с дерева? У меня тупо потемнело в глазах. Меня не стало в собственном мире в одно мгновение без какой-либо явной причины.
И где теперь моё тело?
— Эй, Сол, — негромко позвал я.
На самом деле, даже и не знал, как тут принято обращаться к богам и услышит ли меня он, но, почему бы и не попробовать.
— Сол. Хочу спросить… Если ты меня слышишь, то…
— Я думал ты дольше будешь отходить, — улыбающийся божок с красными глазами завис прямо надо мной.
Сол приземлился на пол, но всё равно выглядел огромным. Теперь вместо белых шаровар на нём было какое-то серое тряпьё, похожее на греческую тунику. Только сейчас я заметил, что у божка по вискам заплетены косички, а макушка топорщится независимо от положения тела в воздухе. Странный у него был вид, в целом.
— Я и не отошёл, твоё «успокоительно» ещё действует, — ответил я, усевшись на кровати поудобнее.
— Так чего звал? — Сол скрестил ноги и упёрся щекой в ладонь.
— Объясни мне, что всё-таки произошло, — выдохнул я.
— Уверен? Мне кажется, это дико скучно, — для вида Сол даже зевнул.
— Скучно?! — нет, ну он нормальный вообще. — Скучно? Там девушка моя, мама, универ, друзья! Я, по-твоему, должен такой сказать: «м-м-м, вау, всю жизнь мечтал переселиться в чьё-то тело»?
— Ну-у-у, может быть? — божок посмотрел на меня каким-то умоляющим взглядом.
— Да нет же, слушай, не знаю, чего и как, но мне тут не место. Я хочу домой. Верни меня.
Я долго смотрел в блаженное лицо Сола и с каждой секундой всё яснее понимал, что никуда он меня возвращать не собирается.
— Я умер, да?
— Нет. Но переживать о своих людях не нужно. Всё в порядке, — Сол развёл руками.
— Не нужно? — я встал с кровати и принялся нарезать круги по комнате. — Почему это?
— Переживать о людях вообще очень странно, — тот пожал плечами.
— Или ты не можешь вернуть меня назад? — я резко повернулся к божку.
 
Я совсем не был уверен, что бога из иного мира можно взять на слабо, так сказать, но можно же попытаться сделать хоть что-то. Сол молча сидел на полу и чуть покачивался назад и вперёд.
— Ну, и?
— Слушай, а давай-ка прогуляемся?
— Ку…
Я не успел больше ничего крякнуть, как мы оказались над густым лесом. Парили в воздухе. У меня на секунду закружилась голова.
— Я отвечу на кое-какие твои вопросы, но только после ма-а-аленького испытания, — в рубиновых глазах мелькнуло любопытство.
— Какое ещё испытание? — я сухо сглотнул, глядя вниз.
Нас и землю разделяли десятки метров, и это вот «испытание» меня малость напрягло. Стелющийся внизу чёрный лес в целом не внушал доверия и намекал, что ничего хорошего меня там не ждёт.
— А вот сейчас и узнаешь, — Сол широко улыбнулся.
Прозвучал глухой хлопок, тело охватило вязкое холодное ощущение, и я открыл глаза уже на земле, стоя совершенно один посреди высоченных чёрных деревьев с голыми ветками. Мне казалось, что в этой тишине я слышу стук собственного сердца. Так продолжалось ещё несколько минут, пока я не услышал хруст веток и утробное рычание где-то поблизости.
  
Глава 2
 
Внутри слегка похолодело — я понимал, что приятной прогулкой тут точно не обойдётся. По рычанию и приближающимся звукам я понял, что существо настроено не очень доброжелательно.
Первое и единственное, что пришло в голову — бежать. Я сиганул между чёрными стволами деревьев так быстро, что почувствовал, как ноги понесли меня словно со скоростью света. И я мог передвигаться ещё быстрее, несмотря на горки и ямы. Я знал, что такое кросс, но сейчас получалось всё гораздо легче.
Спиной я чувствовал, что за мной несётся грузный зверь. Он разъярён и быстр. Может, даже быстрее меня, лучше сказать — он точно быстрее меня.
В горле першило от холодного воздуха, я видел только маяки из деревьев и больше ничего. Бросило в жар, а окружение превратилось в коридор, где ненужное размывалось нечёткими пятнами.
Свернул налево и мельком оглянулся назад — за мной гнался огромный чёрный силуэт. Над лесом сгущались сумерки. Нужно было разогнаться ещё, хоть сознание противилось и говорило, что я на пределе собственных возможностей.
В одно мгновение вокруг меня образовалась чёрная дымка, ускользающая назад при беге. Чёрный дым или густая тень, как от куска горящего пластика, окутывала ноги и торс, клубилась и устремлялась назад плотными, длинными вихрями. И мне это не показалось — дымка несла меня ещё быстрее, я почувствовал прилив сил, а дыхание выровнялось.
Зверь всё равно нагонял, под его натиском ломались ветки чёрных деревьев. Я повернул правее, с лёгкостью перепрыгнул тонкое поваленное дерево, но в то же мгновение почувствовал, как по затылку дарило что-то тяжёлое, сбивая меня с ног и отшвыривая в сторону.
Я грохнулся на живот, сдирая грудь о камешки и ветки. В голове зазвенело.
— С-с-сук…
Только это я и успел прошипеть перед тем, как перевернуться на спину. Из сумеречного марева на меня вылетела увесистая туша с красными глазами.
Медведь. Он приземлился рядом и успел махнуть тяжёлой лапой прямо перед моим лицом. Воздух вокруг зверя подёргивался, как над костром, от него самого исходил жар.
Приподнявшись на локтях, я стремительно отполз назад, чувствуя, что правую ногу основательно подвернул. С клыков медведя капала слюна, он скалился и пёр на меня.
Шаг за шагом зверь подбирался всё ближе и сверлил меня своими кроваво-красными глазами.
 
Медведь был совсем рядом, в полуметре или меньше. Приготовился к броску. Секунда. Две. Из глубин сознания поднялся животный ужас и желание жить.
За мгновение до прыжка медведя, я почувствовал силу в руках. Необъяснимую и яркую, переполняющую саму мою суть. Запястья обожгли те самые браслеты, но в один момент, на инстинкте и не глядя, я размахнулся рукой, целясь зверю в морду, прямо в глаза.