Наёмница: любовь и две личины Элоизы (СИ)

Мне стало неловко. Уже привычная сердечная боль растеклась в груди, а я поспешно поднялась и поклонилась ему.
Я ожидала чего угодно от принца: упреков, вопросов по поводу изорванной одежды и остатков крови, сурового лица, но он лишь коротко сказал:
- Пойдем, Эл! – голос его прозвучал устало. – С нами хочет встретиться король…
- Король??? – пробормотала я в ужасе и почувствовала, что у меня земля уходит из-под ног. – Но… почему?..
Странный вопрос, как ни крути, но я в этот момент я собой владела плохо.
Мне конец! Король узнает меня в два счета! Лучше бы я сбежала к океану раньше, чем пришел принц!
Может, сбежать сейчас?
Меня накрыла настоящая паника, но я послушно пошла вслед за принцем на ватных ногах.
Бежать! Бежать! Бежать!!!
Может, умолять Леонарда? Может, попросить его все же меня отпустить? В последний раз…
Нет, он не отпустит, пока я не предоставлю вескую причину, а правду я рассказать не могу: я под клятвой.
Через несколько улиц мы натолкнулись на лошадь принца, видимо, намеренно оставленную здесь, и она была всего одна.
- Ваше Высочество, вы поезжайте, а я приду вслед за вами…- начала я, но принц резко прервал меня
- Нет, - как отрезал он. – Сядешь сзади…
И резво запрыгнул на скакуна.
Со странным чувством я взобралась вслед на ним и, ухватившись руками за седло, замерла.
Леонард взмахнул поводьями, и лошадь тронулась с места, размеренно цокотя копытами по мостовым столицы и находя себе путь посреди поредевшей толпы горожан.
Было странно ощущать Леонарда так близко. Мое лицо почти у его шеи. Одно легкое движение вперед, и я коснусь губами его волос, меня накроет его неповторимый аромат… Голова закружилась, и я даже забыла, что меня сегодня, возможно, ждет настоящий конец.
Леонард… Я вдруг поняла, что он уже не сердится на меня, как это было утром. Он спокоен, хоть и отстранен. И с ним так неожиданно легко. Как с кем-то родным…
Я осознала, что за последние дни научилась видеть в нем не просто будущего правителя, но и обычного человека, ЛИЧНОСТЬ. И эта личность меня искренне восхищала. Принципиальный, сильный, находчивый, справедливый и немного дотошный – он являл собой образец человека, способного перевернуть целый мир. Жаль, что я не могу помочь ему в этом…
Если бы я могла быть хотя бы его тенью и следовать за ним, как безликий призрак, я была бы счастлива. Мне ведь не нужно даже его признание. Просто помогать ему изменять мир. Это настоящая, но совершенно несбыточная мечта…
Я сильно ушла в себя, что, конечно, было непозволительно для хорошего воина, но простительно для того, кто может быть прямо оказаться убитым, я очнулась только тогда, когда лошадь под нами резко дернулась, натолкнувшись на зазевавшегося крестьянина, а я, чтобы удержаться в седле, инстинктивно схватилась за талию принца и на несколько мгновений уткнулась лицом в его спину, окунувшись в тепло его тела и аромат мужчины вперемешку с запахом лаванды и майорана.
Я замерла. Леонард напрягся. Между нами словно пробежали искры, отчего у меня перехватило дыхание, а сердце застучало, как безумное.
Я отпрянула резко и испуганно, потом прошептала «простите», но таким дрожащим голосом, что удивилась сама себе. Смутилась так сильно, словно мне сейчас пятнадцать, и я впервые прикоснулась к руке понравившегося юноши.
Впрочем, опыта в подобных отношениях у меня ведь действительно совсем не было.
Пока я училась у Лейкуса Шваррского, он тщательно оберегал мою честь и никуда не выпускал без присмотра. Впрочем, я эту честь и сама никому не собиралась дарить. Для этого существует, как ни банально это звучит, брак, семья, любовь. По крайней мере, именно об этом я мечтала, будучи наивной девушкой.
А потом в моей жизни появился король и его «предложение» посвятить себя на служение Элевейзу. Я согласилась и из мира чести, манер и хоть каких-то нравственных устоев попала в мир разврата, мерзости и насилия.
Что должна чувствовать девушка, оказавшая в подобном месте без подготовки и совершенно неожиданно? У нее есть два выхода: или привыкнуть к этой мерзости и стать такой же, как все, или, наоборот, абстрагироваться и закрыться от всего этого плотным безэмоциональным щитом.
 
Я выбрала второе. Просто отгородилась от всего вокруг, как будто оно меня не касается. Рядом со мной раздевались догола, спали друг с другом безо всякого стыда, устраивали оргии, пили спиртное галлонами, пускали кровь, с наслаждением убивали, воровали, предавали… Но я как будто перестала чувствовать. Смотрела на все полуравнодушно и НИКОГДА не позволяла себе становиться частью этого всего.
Да, я притворялась игроком, убийцей, циником, но развратником – никогда. За мной числилась всего одна «официальная» любовница – Фиата, но и это придумала не я сама. Кто-то, считающий меня мужчиной, утверждал, что я любитель мужских ласк, но большинство сходились в мнении что я – евнух. Что ж, мне это даже было выгодно: таким образом от меня навсегда отстали.
А я осталась собой: незапятнанной, но… переставшей считать себя женщиной. Особенно после того, как я превратилась в ходячий музей шрамов.
И до последнего времени меня это мало волновало. Пока… не появился принц!
Он будоражил во мне неизведанные чувства. Рядом с ним мне все чаще хотелось снова стать привлекательной девушкой, какой я была в двадцать лет. И хотя я напоминала себе, что я слишком уродлива, слишком стара и слишком никчемна для него, сердце жило своей собственной жизнью и предавало меня всякий раз, когда я оказывалась около него слишком близко.
И в тот момент, когда мы ехали во дворец, а я с ужасом осознавала, что могу вскоре стать прахом в земле, во мне что-то произошло, сломалось. Мне так захотелось просто развернуть Леонарда к себе, заглянуть в его удивительные синие глаза и прошептать:
- Я восхищаюсь вами. Вы очень особенный. Будьте счастливы…
Это желание не исчезло ни тогда, когда мы въехали в ворота дворца, ни тогда, когда вошли в северное крыло.
Мы свернули влево, направляясь на территорию наследного принца: нам предстояло привести себя в порядок, а потом уже заявляться к королю.
В покоях Леонарда я схватила свою форму и скользнула за ширму, быстро стаскивая с себя изорванную тунику и штаны. Переоделась, снова стянула волосы на затылке, поправила маску и вышла к принцу.
Он уже ждал меня, облаченный в китель Главы Ведомства Правопорядка, и я с трудом сдержала свой порыв попрощаться с ним прямо здесь.
Нет, я не могу решиться! Но смогу ли потом? Король не дурак: он узнает меня сразу, и оставит у себя для расспросов. Соврать ему я не смогу, поэтому вся правда выйдет наружу.
Потерянное влияние в банде, привязка к принцу – все это уже гарантирует мне приговор. Я в этом абсолютно не сомневалась.
Леонард махнул мне рукой, и мы направились к двери, как вдруг он все-таки остановился и, развернувшись, серьезно произнес:
- Эл, ты ничего не хочешь мне сказать?
Я вздрогнула и с удивлением посмотрела в его небесные глаза. Откуда он узнал? Он читает мои мысли?
- Хочу… - проговорила я с трепетом. – Хочу сказать…
По лицу принца пробежало что-то странное, но я не смогла понять, что именно.
- Говори, - ответил он, и я ощутила, как он напряжен.
Я сделала глубокий вдох: ну вот, сейчас! Это мой шанс попрощаться. Я ведь так этого хотела!
Что сказать? Я восхищаюсь вами? Вы нужны Элевейзу?
Сердце заколотилось, рот открылся…
- Вы нужны мне… - произнесли мои уста, а я замерла: что я только что сказала??? Как??? Я ведь совсем не это собиралась произнести!!!
Леонард изумился, его глаза расширились, а изо рта вырвалось теплое:
- Эл…
И уже через мгновение меня сжимали в крепких объятиях, шепча трепетно прямо в ухо:
- Я хочу помочь тебе, Эл…