Прятки. Я иду искать (СИ)

Он криво ухмыляется, но всё-таки берёт со спинки стула свою футболку и надевает её.
– Кирилла здесь, кстати, нет, – говорит Марат с плохо скрытыми нотками обиды в голосе. – Ты ведь для него так вырядилась, – указывает на платье.
Я не знаю, что ответить. Скажу «да» – обижу друга, потому что он поймёт, что я пришла не только из-за английского. Скажу «нет» – он может подумать, что это для него я так нарядилась.
Отвечаю с некоторой заминкой:
– Почему сразу вырядилась? Может, я теперь всегда так буду одеваться! Почему всем остальным можно, а мне нельзя?
Марат пожимает плечами и плюхается на свою кровать. Уставившись в потолок, недолго молчит… А потом всё-таки выдаёт, взглянув на меня:
– Мне очень нравится. И я совсем не против, чтобы ты так одевалась, если моё мнение для тебя хоть что-то значит.
Скажем так: своими словами он меня немного приободрил, и я уже не чувствую себя куклой в этом откровенном платье. Но всё-таки спешу сменить тему:
– А ты чего разлёгся? Давай вставай! И садись за стол!
Откуда ни возьмись, в руках парня появляется учебник английского. Не поднимаясь с кровати, он раскрывает его перед своим носом.
– Ты садись за стол, а я поваляюсь. Или можешь рядом прилечь, если хочешь.
Марат, конечно, шутит… А может, и нет. Не знаю.
Отвернувшись, прохожу к письменному столу и опускаюсь на стул. Едва успеваю открыть учебник (сегодня я хочу пройти с Маратом ту самую тему, которая была на уроке), как он вырастает за моей спиной и, протянув руку через моё плечо, раскрывает ноутбук, стоящий на столе.
– Может, попробуем сегодня что-то другое, а? Ну не лезет в меня печатный текст. Нихрена не понимаю. Нашёл тут одну программу… Сейчас покажу.
По-прежнему стоя за моей спиной, он наклоняется ниже и плечом задевает макушку. Я поворачиваю голову немного вправо и вижу профиль парня. И его взгляд, устремлённый на экран. Рукой он сжимает мышку, дожидаясь, когда загрузится ноутбук.
Марат громко сглатывает, когда чувствует мой взгляд на щеке, и хрипло произносит, скосив глаза:
– Сейчас включу программу и отвалю. Правда, Ась. Я не пообжиматься с тобой решил таким образом.
Ясно. Оправдывается.
Сначала предложил полежать вместе. А теперь вот это.
Странно… Раньше он себя так со мной не вёл. Ни в прошлом учебном году, ни летом… Словно возвращение Кирилла подстегнуло парня к активным действиям.
Ну или я себе это всё придумала… Возможно, мне только кажется, что Марат мной увлечён. Лишь эти сомнения не дают мне всерьёз, раз и навсегда расставить все точки над i в наших отношениях.
Допустим, я скажу ему: «Марат, мы только друзья, и между нами ничего никогда не будет».
А он рассмеётся и ответит: «Ты чего, Белова? О чём ты вообще? Ты и так мой друг. Или ты чего-то себе напридумывала?»
Тогда я, наверное, просто сгорю со стыда. Потому что окажется, что возомнила себя первой красавицей, за которой ну сто процентов бегает Алиев.
Поэтому сейчас я покорно жду, когда загрузится ноутбук, и Марат включит ту программу. Она, кстати, простецкая, я её знаю.
– Хорошая программа! – говорю воодушевлённо. – С ней можно легко выучить и слова, и целые предложения. Но вот с временами она тебя не поднатаскает.
– Тогда давай пока без времён. Слова бы выучить.
– В таком случае я тебе не нужна.
Марат всё ещё стоит за моей спиной, накрывая ладонью мышку. Я вновь смотрю на него.
– Как это не нужна? – он поворачивается лицом ко мне. – Если ты уйдёшь, я закрою ноут и забуду про английский. А как же твой волшебный пендель, Ась?
Я улыбаюсь.
– Хорошо, я останусь. Ты садись тогда за стол, а я пересяду на кровать. Буду просто слушать и следить за твоим произношением.
Но не успеваю ни встать, ни отойти от парня на достаточное расстояние… Наша поза могла бы вызвать кучу сплетен! Если бы кто-то увидел сейчас нас с Маратом, то непременно подумал бы, что мы занимаемся здесь чем-то не тем…
Именно в этот момент открывается чёртова дверь и входит Кирилл…
Он буквально столбенеет на пороге. Но буквально через пару секунд берёт себя в руки, делает шаг назад и изображает, что проверяет номер комнаты на дверях. Потом громко хмыкает и вновь переступает порог. Посмотрев на нас двоих укоризненно (как мне кажется), шагает ко второй кровати. Достаёт из-под неё свою спортивную сумку.
 
Так вот, оказывается, как… Утром закинул сюда свои вещи, а потом сразу на уроки пошёл. Значит, он всё-таки будет жить здесь, с Маратом?
– Ну что, мы продолжаем? – негромко спрашивает Алиев, и я, вздрогнув, возвращаю взгляд к монитору.
– Да, конечно. Садись, – освобождаю ему место, а сама перебираюсь на кровать за его спиной.
– Только я выберу курс для начинающих, ладно? – говорит парень, щёлкая по кнопке мышки и открывая меню.
Со стороны кровати Кирилла слышится сдавленный смешок. Похоже, Марат его не замечает. Я тоже не реагирую и отвечаю с улыбкой своему «ученику»:
– Давай для начинающих. Но я уверена, что через пять минут тебе надоест, потому что там совсем уж легкотня.
Смешок повторяется. На этот раз Алиев поворачивается в кресле и внимательно смотрит на бывшего друга.
– У тебя со здоровьем проблемы? Ты кашляешь или чихаешь? Если да, то тебе здесь не место, я болеть не хочу.
Кирилл не отвечает, и я всё-таки перевожу на него взгляд. Парень ходит от кровати к шкафу и обратно, раскладывая свои вещи по полкам. Ни на меня, ни на Марата он не смотрит.
Видимо, устав ждать хоть какой-то реакции, Алиев отворачивается и запускает программу. А я всё ещё смотрю на Кира. Наконец он тоже смотрит на меня. Пробегает глазами по вырезу на моём платье, по оголённым ногам… На это уходит всего какая-то секунда, не больше. Но за эту секунду я чётко улавливаю интерес в его глазах. И боль… Что-то очень похожее на боль. Но когда Кир отворачивается и продолжает заниматься своими вещами, мне начинает казаться, что ничего этого не было. Просто моё воображение разгулялось.
Марат начинает с лёгких слов и фраз типа «привет», «добрый вечер», «как Ваши дела»… Произношение у Марата нормальное, поэтому я его не перебиваю и не поправляю. Потом начинаются предложения посложнее. «Как пройти к банку или в больницу?» Или «сколько стоит тот или иной товар?»
Марат хорошо справляется. Я внимательно слушаю его, но ни на секунду не забываю о присутствующем здесь Кирилле. Мной снова обуревает желание посмотреть на него. Хотя бы ещё один разок.
Когда Марат доходит до темы «Цвета» и перечисляет их по памяти, как того просит программа, я всё-таки не выдерживаю и бросаю взгляд в сторону кровати Кирилла. Вещи он уже разложил. Сумку убрал. Переоделся в спортивные шорты и белую майку. И теперь лежит на постели, подложив ладони под голову. Его взгляд направлен в потолок.
Мне до сих пор не верится, что у нас вот так всё закончилось. И говоря «у нас», я имею в виду всех нас. Просто невозможно поверить, что Марат и Кирилл будут жить в одной комнате и больше не будут друзьями. Бред какой-то…
Вероятно, я слишком долго глазею на Кирилла. Почувствовав мой взгляд, он перестаёт пялиться в потолок и смотрит на меня. А потом на Марата.
Тот, оказывается, молчит. Возможно, уже давно.
Чёрт!
Я отворачиваюсь от Кирилла и натыкаюсь на пристальный взгляд карих глаз Алиева. Он и понимающий, и укоризненный одновременно.
Действующую на нервы тишину в комнате внезапно нарушает голос Кира.
– Твой английский настолько плох, друган, что твоя учительница, походу, немного заскучала.
Он говорит это с нескрываемой издёвкой. С сарказмом. С ехидством, в конце концов!
Марат тут же вскакивает и сжимает кулаки.
– А твой безумно хорош, да?
У Кирилла ни один мускул не дёргается. Он лениво потягивается и медленно встаёт с кровати.
– Так речь ведь не обо мне, а о тебе, – пожав плечами, берёт полотенце, идёт в сторону ванной. – Ладно-ладно, ухожу. Не буду отвлекать от тебя на себя твою учительницу.