История одного гоблина. Два в одном (СИ)

В какой-нибудь армии смертных название ее чина звучало бы как тысячник или, скорее, тысячница. Командующих мужского пола называли «серхенг», но среди жахани такие встречались крайне редко, отдавая первенство в вопросах войны женщинам.
– Не помню я ничего толком, Рахимана, – огрызнулся краснокожий, совсем неподобающим для чиновника столь высокого ранга образом. – Может, тут так все и выглядело. По моим записям, это должна быть самая настоящая Бездна. Дыра, какую поискать, совершенно без следов цивилизации и населенная дикими тварями. Также все подтверждает общеизвестный факт, моя дорогая, что нам, кроме Бездны, никуда прямого входа нет. След от рабского ошейника разве не доказательство? Где еще жахани могут обратить в раба?
Общаться приходилось словами, а не мыслями. Зачарованные шлемы мешали передаче образов на расстояние, а снимать защиту не полагалось по инструкции в целях безопасности.
– Доказательство, – согласилась с доводом адамантовой крепости представитель аршидука. – Только со времен твоих записей тут кто-то неплохо поработал с рельефом и ландшафтом. Очень напоминает один из благословенных миров, не могу вот вспомнить, какой именно. Давно я их видела последний раз.
– Я тоже, – поморщился свеженазначенный алхаким[1] нового потенциального круга. – И пахнет тут так странно. Чем-то очень знакомым.
Серхенги осмотрела окрестности и остановила взор на построенных войсках. Элита из элит, полк бессмертных воительниц в тускло-серых латах стоял, готовый по первому взгляду Рахиманы или ее начальника подавить любое сопротивление пуутов на пути аршидука, а заодно и алхакима к могуществу и славе.
Обычные войска Эльжахима довольствуются простой кольчугой и традиционным коническим шлемом, способным выдерживать удары когтей. Большего от них и не требовалось в рядовых стычках с пуутами. Доспех элиты был полным, закрывая все части тела от ударов, но достаточно гибким и легким, чтобы не сковывать движений. Рифление и гофрирование во многих местах добавляли зачарованному металлу прочности, а наложенные чары даровали защиту от стихийного воздействия.
Даже шлемы сделаны почти полностью закрытыми, хотя дышалось в них всегда легко благодаря действию специальных заклинаний. Особый восторг у серхенги всегда вызывали латные ботинки, не только защищающие копыта, но и позволяющие не терять равновесия почти в любой ситуации. Такая защита давала серьезное преимущество в бою, хотя и стоила неприлично дорого. В данном случае аршидук сразу увидел потенциальную выгоду и раскошелился.
– Есть мысли, в какую сторону нужно выдвигаться? – спросила Рахимана.
– Туда, – махнул рукой с недавно сделанным маникюром в сторону гор Муфад'ал, специально снявший латную перчатку, чтобы все могли видеть аккуратные чистые коготочки. – Там было много мыслей, и почти все панические. Это нам на руку. Идем пешком, не привлекая внимания магией.
*** 
Шеольный мир в районе гор Твамкланг, время не имеет значения 
Вырваться не получилось: руки древнего держали крепче тисков. Гарб напряг мускулы еще раз, и едва не оказался раздавлен.
– Вот, так хорошо, – швырнул его на леденяще-холодную землю Шеола Минору. – Здесь никто не помешает, так что дальше не пойдем.
Шаман в этом мире чувствовал себя почти как дома, но нахождение здесь во плоти все-таки еще не успело войти для него в привычку. Он приподнялся, удивившись легкости тела. Во время путешествий через шеольный мир вместе с Бурбалкой, они проводили тут не больше десяти секунд. Сейчас гоблин в полной мере смог воспринять блеклость красок мира духов, услышать завывания ледяного шеольного ветра и почуять запах тлена и разложения. Вонь казалась не слишком характерной для обители духов, но времени для выяснения ее источника не нашлось.
– Не дергайся, маленький, – предостерег Минору, сверкая фиолетовыми глазами. – Если ты вдруг уверовал в собственную неуязвимость, то помни: без посоха ты никто и звать тебя никак. Хотя кое-что полезное в тебе все же есть. Уж не знаю, как ты заполучил искру такого размера, но она мне очень пригодится. Я сейчас ее достану, и мы навсегда попрощаемся.
 
Гарб понял, что имеет в виду дракон, и коричневые волосы на загривке поднялись дыбом от ужаса.
– Ты не посмеешь! – прошептал гоблин, трясясь как осиновый лист.
Теперь он понимал, что ему ничего противопоставить такому могущественному противнику.
– Еще как посмею, – сверкнул фиолетовой молнией между рогами змей в обличье минотавра. – Так, посмотрим. Если сделать надрез вот тут, то ее можно извлечь через…
Древний рывком сдернул рога со своей головы, и они немедленно обернулись в ручищах боевой секирой. Черная кровь потекла по его голове, но он даже не подумал обратить на это внимание. Гарб увидел, как огромное сверкающее лезвие занеслось над ним, и зажмурился. Не почувствовав боли, он удивленно приоткрыл свои желтые глаза с вертикальными зрачками и посмотрел наверх.
Дракон все еще стоял с поднятым лабрисом и тяжело дышал. Кровь продолжала струиться по бычьей морде. Щеки титана покрылись запекшейся черной массой, а глаза светились красным. Занесенная рука дрожала от напряжения, но никак не могла опуститься.
– Пока смертный не остановит его руку, – вспомнил Гарб.
– Что ты там вякнул, самозванец? – прорычал дракон, пытаясь левой рукой вырвать секиру из правой. – Думаешь, тебе поможет какой-то смертный?
– При всем неуважении, – с достоинством ответил гоблин. – Кто-то сам говорил, что чем больше пытаешься отсрочить пророчество, тем быстрее оно сбывается.
– Что?! Что в нем такого было? – натужно заревел Минору, делая рывки левой рукой.
Правая упорно не поддавалась.
– Я бы даже сказал, два пророчества, – охотно сообщил Гарб, приходя в себя. – Или две версии одного. Два в одном, так сказать. Это все уже не важно. Важно только то, что тебе сейчас придет конец. Не знаю, правда, от моей лапы, или еще кто-то поможет.
С этими словами шаман принялся колдовать. Пускай он без посоха, но волшебства в нем все еще хоть отбавляй благодаря мантии. И по неподвижной и беззащитной цели очень тяжело промахнуться.
Минору попытался переместиться, но неведомая сила приковала его копыта месту, не давая даже пошевелиться.
[1] Губернатор (гад.)
  
Глава 33
 
«Мне довелось заметить, что некоторые боги – те еще мрази. Хорошо, что они бывшие». 
- Адинук, светлый эльф 
Где-то на границе между частями Шеола 
Дорогу закрыло неожиданное препятствие. Только что этой стены не было, и вдруг она возникла из ниоткуда. Тонкая и не такая прочная, как остальные, но с каждым мгновением она становилась все более непробиваемой.
– Вперед, пока еще не поздно! – тень быстро проделала в пространственной материи дыру и устремилась в нее.
Последний рывок дался легче предыдущих, и фантом остался доволен. Со времени своего появления, он успел обрести индивидуальность и даже сумел восстановить некоторые отрывочные воспоминания о своей прошлой жизни. С каждым пройденным барьером его сила росла. Рос аппетит, нарастало и желание отомстить.
– Сейчас бы пару вкусных духов, – мечтательно прошелестела тень, наращивая скорость полета.
Впрочем, мысли о еде все равно затмевались ощущением, что цель уже совсем рядом. Вот ей и можно будет перекусить. Спустя мгновение полет прервался.
– Это он! – радостно воскликнул фантом и бросился на ничего не подозревающую жертву.
*** 
Шеольный мир в районе гор Твамкланг 
Гарб решил не изобретать что-то замысловатое, а ограничиться простым и проверенным огненным шаром, и вдруг осознал, что не может его сотворить.
Технически, каждое заклинание творится умелым сплетением какого-нибудь природного элемента и Дэ. Самые могущественные маги способны соткать сеть из двух-трех стихий. Так Гарбу неплохо удавался вулкан, состоящий из земли и огня. Однако, если не наносить простых силовых ударов, даже для самых элементарных заклинаний огня требовался хоть какой-то его источник неподалеку. Поблизости такового не оказалось.