Великий и Ужасный - 2 (СИ)
— Сильнейших в чем? — уточнил я.
— Он специализируется на телепортации, но в целом его талант многогранен… Георгий Михайлович — один из сильнейших магов Кавказского Наместничества, наравне с Паскевичем-Эриванским и Цициановым. Но — не обольщайтесь, ваши варварские методики работы с саиринэ, основанные на эгрегориальной технике и символизме очень, очень примитивны! Вы палите по лягушкам из пушек — так, кажется, говорят люди.
— А подпитывается резерв как? Аминки и витаминки тут не помогут, верно? — я доел яблоко и швырнул огрызок в мусорную корзину в углу кабинета.
Не попал. Обкусанный фрукт ударился от стену, оставив на ней яблочные ошметочки, отскочил и шлепнулся на пол. В это же самый момент из корзины дернулась некая зеленая хрень, похожая на гигантскую венерину мухоловку, подхватила мусор с пола своей пастью и, чавкая и давясь слюной, спряталась обратно.
— Однако! — почесал затылок я.
— Это к слову о ваших идеях разнести хату, — мягко улыбнулся эльф. — Но мы ведь не о том, верно?
— О восполнении энергии, — кивнул я.
Вот вам и пацифисты эльфийские! Вот не знал бы, проходил бы мимо — а эта сволочь из ведра ка-а-ак откусила бы мне всю жопу! Нет, определенно — с эльдарами нужно держать ухо востро! Я не удержался и гыгыкнул, глядя на остренькие ушки моего визави. Каламбуры — это не мое, точно.
— Я думаю, этот процесс как-то связан с величиной и наполняемостью вашего татау, — проговорил доктор Хьянда. — Эти изображения — они ведь появляются у вас не просто так? Уруки называют такие иероглифы «черепами» — я не знаю, что это значит, да и смысл вашего искусства ускользает, но…
А я и не думал, что кому-то может быть непонятно, что намалевано у меня на предплечье! Убитые враги, покоренные женщины, совершенные подвиги, ну, и — нанесенные кому-то татау. Или — не татау, а всякая хрень из культурного, контр-культурного и суб-культурного наследия старушки Земли. Но говорить об этом эльфу я, конечно, не собирался. Мне одной умной Роксаны было достаточно. Связь, в общем, просматривалась самая непосредственная, оставалось только найти баланс между количеством совершенных подвигов и набитых волшебных татуировок, и всё — можно сказать, я состоялся как Резчик! Еще б понять, как делать единоразовые, а как — постоянные эффекты… Но за этим, как и за другими дополнительными сведениями, похоже, нужно было идти в другое место. Туда, где пахнет типографской краской и пыльными страницами.
— Замечательно, — сказал я, вставая. — Если скоропостижная смерть от неведомой бяки мне не грозит, и всё, что сейчас нужно — это не злоупотреблять искусством нанесения татау и хорошо питаться, то, кажется, мне пора. Не подскажете, как пройти в библиотеку?
— Что, простите? — нет, ну правда, вроде — эльф, доктор, интеллигент, а от словесного мусора избавиться не может.
— Прощаю. В библиотеку. Есть тут публичная библиотека, где я бы мог посидеть в читальном зале и изучить того-сего? Вопросов больше, чем ответов, понимаете… Надо разбираться понемногу…
— Урук в библиотеке… Это паноптикум! — доктор Хьянда явно пребывал большую часть нашей встречи в состоянии когнитивного диссонанса. — Конечно, тут есть библиотека! Спуститесь вниз к Университетской улице и пройдете направо два квартала — там увидите здание с колоннами, памятник архитектуры классицизма… Хотя я не знаю, стоит ли вам свободно расхаживать по Академгородку…
— А то что? — меня прям пёрло сегодня, так что я зубоскалил по всякому удобному случаю. — Побьют?
— Нет, но…
— Вид на жительство у меня есть, с полицией проблем не будет.
— Как знаете, Бабай. Я буду в медцентре на Маяке в среду, заходите часам к девяти, уладим наши дела по поводу медстраховки и выплат. И вот еще что — я ведь могу рассчитывать на приоритетные поставки ингредиентов? — Финардил аккуратно заправил прядь волос за свое острое эльфийское ухо.
— Доктор, мои партнеры по бизнесу могут рассчитывать даже на работу в Хтони по заказу, никаких проблем, — кивнул я, встал с кресла, подхватил папочку и заторопился к выходу, обходя стрёмную мусорную корзину стороной. — Отловим и выпотрошим того монстра, который вам нужен. Всего хорошего!
— Наваэр! - махнул мне рукой эльф и сделал вид, что сильно работает в своих мониторах.
А я сделал вид, что не заметил, как он там костерит меня сквозь зубы. Мне на это было пофиг, я торопился повидаться еще раз с Кристинкой да и в библиотеку заглянуть — тоже. А паноптикум это или нет — мне тоже было до лампочки. Я понятия не имею, что такое паноптикум.
Тоже, наверное, какая-то эльфийская матерщина.
Глава 2
Как пройти в библиотеку
Академгородок представлял собой удивительную смесь южной ренессансной и классической архитектуры с высокотехнологичными прибамбасами навроде огромных плазменных экранов, движущихся тротуаров, голограмм, летательных аппаратов всех форм и размеров и великого множества разнообразных роботиков.
Роботики всех форм и размеров мели дороги, подстригали кусты, доставляли посылки, заливали ямы в дорожном покрытии какой-то быстро застывающей жижей, чистили фонтаны от мусора и сточные канавы — от намытой с гор земли, говна и палок. Редко эти механизмы были гуманоидными, в основном — гусеничные или колесные платформы с манипуляторами и специализированными под конкретный вид деятельности модулями. Как в песне из известного фильма — «до чего дошел прогресс, до невиданных чудес…» Нет, вкалывали не только роботы, человеки вполне себе тоже были при деле. Например — с планшета управляли беспилотниками, которые натягивали новый билборд, откуда улыбалась холеная распрекрасная рожа незабвенного доктора Финардила Хьянди — то ли с рекламой его клиники, то ли — с агитационным плакатом накануне муниципальных выборов.
Кампусы, учебные заведения, частные компании, какие-то научные и околонаучные конторы — всё это утопало в буйной зелени, цветах, пальмах, эвкалиптах — всём немыслимом великолепии субтропической природы. Тут и там работали лотки с мороженым, небольшие кафешки, чайные и шоколадницы. Дефицита клиентов у них не было — курортники, клерки, вечно расслабленные местные — все были не прочь пропустить стаканчик или кружечку чего-нибудь тонизирующего или релаксирующего.
Много здесь, на дорожках, за столиками и в сквериках, было студенческой братии — в темно-синих френчах Черноморского университета, в белых халатах — медколледжа, в бордовых пиджаках — политеха и в прочих всяких-разных форменных одеяниях Сан-Себастьянских храмов науки. Девчонки вместо френчей и пиджаков носили жилеточки в цветах учебного заведения поверх белых блуз, какие-то легкомысленные юбочки-шотландки, беретики — короче, мечта сами знаете кого. Симпатичных, кстати, было прям много — глаза разбегались. В основном — человеческие девушки, по большей части — по-южному смуглые, с волосами всех оттенков радуги, с замысловатыми прическами, пирсингом, неоновыми тату и чем угодно еще, что только смогла выдумать местная косметология и бьюти-сфера.
Встретил и пару эльфиек — белокурых авалонских феечек, окруженных целой свитой из почитателей. Эдакие местные принцессы! Что там говорили Шерочка с Машерочкой — мол, язык до плеча высуну и слюни буду пускать? Так вот, несмотря на их великолепные параметры, огромные глаза и природную грацию — отнюдь! Может быть, недавний тет-а-тет с Кристинкой сыграл свою роль, а может быть — просто не мой типаж. Не нравились мне такие фифы, вот и всё. Или у меня после Финардила иммунитет выработался? Вроде на первый взгляд — толковый мужик, умный, а внутри-то змея змеей! С эльдарами нужно держать ухо востро — каламбуры каламбурами, но это было и вправду так.
А вот кхазадские, гномские барышни произвели самое приятное впечатление. Никаких бород, что за дичь? Вполне себе такие фигуристые, ладненькие, курносенькие, с кучей традиционных косичек в прическах. Ну да, роста невысокого, как и гномы-мужики, да и телосложение чуть более пышное, чем классические 90−60–90 — но разве ж это минусы? Главное — живые, смешливые, открытые.