Великий и Ужасный - 2 (СИ)
Эльфы сверлили друг друга взглядами, а потом Брегалад сказал:
— Как думаешь, долго ты тут продержишься в этих шортиках, без жилья и работы? На одних эмоциях далеко не уедешь, сестрица. Я, конечно, могу встать и уйти отсюда, формально — имею на это право, ты совершеннолетняя и выразила свою позицию недвусмысленно, находясь в здравом уме и трезвой памяти. Но… Ты ведь сама попросишь о помощи уже утром!
А потом повторил:
— Ни денег, ни жилья, ни работы… Ты понятия не имеешь, как жить во внешнем мире.
Она насупилась — получилось это у девушки премиленько, но было видно, что эльфийка всерьез задумалась. Идеалы — идеалами, но те же снага, увидев одинокую эльфийку в шортиках, в лучшем случае захотят ее, например, сожрать. И она это понимала. И вот-вот могла передумать, а потому я мигом достал из-под прилавка аспидную доску и написал на ней мелом:
VAKANSIYA! RABOTA ISHCHET TEBYA!
v ORDU na rabotu trebuyutsya
raznorabochie, barmeny-kassiry, operatory hotdozhnyh telezhek, uborshchiki, baristy, paramediki i taksidermisty
predostavlenie zhil’ya ryadom s rabotoj, medicinskaya strahovka v medcentre «H’yanda Envin’yatare»,
dvuh komplektov specodezhdy
unikal’nyj kollektiv superprofessionalov!
oplata truda sdel’naya dlya trudoustrojstva obratites' k barmenu, ego zovut Babaj.
Здешняя гребаная грамматика заставила меня попотеть, но когда я поставил точку после слова «Бабай» и поставил доску на стойку, подперев контейнером с местным аналогом пекинской капусты, лица эльфов меня вознаградили в полной мере за мои мучения! У Брегалада глаза были огромные, как те блюдечки с голубой каёмочкой, а у девушки на лице снова появилась улыбка.
— Видишь! Это всё знаки судьбы! — сказала она.
— О, Эру великий, ты что, серьезно? Начитаются своей этой Паэльи… Коульи? И потом с ума сходят! Это не знаки судьбы, это мелькоров черный урук с уродливым тесаком в руках.
— А мне кажется — он миленький! — с вызовом произнесла эльфийка, я было уже раскатал губу, как она тут же припечатала: — Очень хороший баланс, металл приличный, и заточка знатная. Ничего не уродливый, красивый тесак!
Черт, черт, черт, она просто создана для того, чтобы работать в «Орде»! Она стопудово впишется! Ну, давай, девочка, сделай шаг, а? И она сделала! Подошла к самой барной стойке, пальцем брямкнула по стоящему тут же звоночку и сказала:
— Айе! Я по объявлению. Вас Бабай зовут? А меня — Эсси. Эссириэ Ронья. А что такое «оператор хотдожных тележек»? И зачем вам таксидермисты?
Эта Эссириэ Ронья очень естественным движением заправила выпавшую из прически-каре прядь волос за свое удивительно ушко. И посмотрела на меня совершенно невероятными блестящими карими глазками, склонив голову. Просто капец какой-то. Сдержаться и не фигануть через стойку тройную сальтуху было очень сложно. Но я сдержался. Я парень мощный, я тут вообще самое главное чудище на Маяке, мной маленьких детей пугают! Что мне какая-то там влюбленность.
Да?
Глава 8
Духи не знают усталости
На крыше «Орды» стоял навес — большой, примерно десять на десять метров. Под навесом с привлечением гоблинов, вторчермета и ордынской матери я оборудовал тренажерку. Ну, штанги из радиаторов, гантели из карбюраторов… Да, да, не было тут карбюраторов уже давным-давно, тут электрокары катались. Но я понятия не имел, как назывались эти железяки, да и насрать мне на их номенклатуру, если честно.
Еще мы организовали турник из гномьего железа, на стальных рельсах. И брусья — тоже из рельсов. Хурджин вызвался поработать испытателем, и после того, как он подтянулся все разы и отжался на брусьях сколько угодно, было признано — оборудование годное. Даже Перепелка одобрил, хотя он предпочитал руконогомашество и фехтование, называя атлетику «развлечением для бройлеров». Но мы-то с Хурджином и были настоящими бройлерами, тролль так и вовсе мог претендовать на звание самой главной инстасамки, то есть — индоутки, наверное. Так что тягать тяжести наш фитнес-инструктор в целом не запрещал, но только — после основной тренировки.
С Хурджином у Кузьмы Демьяныча сложились очень интересные отношения. Попытка навязать троллю классический фехтовальный поединок закончилась тем, что синюк исполнил что-то вроде капоэйры — оперся на руки и вманал киборгу обеими колонноподобными ногами в грудную клетку. Вахмистр улетел к парапету с дикой матерщиной, потом — встал, подкрутил усы, перехватил меч каким-то хитрым хватом и принялся лупить тролля везде и сразу, и со всех сторон.
Хурджин пытался поймать его и надавать лещей но — тщетно. Перепелка уклонялся, экономно отшагивал — и снова бил тролля деревянным мечом. Тогда синий просто сел на пол по-турецки и сказал:
— Так-то я больше не играю, — и дальнейшее лупцевание деревяшкой не принесло никакого результата. Тролль сказал только: — Вредный и злой старик, однако!
На старика Перепелка обиделся и попытки тренировать тролля бросил. Зато — кому-то там позвонил, пообщался — и нам доставили наручи и поножи как раз Хурджинова размерчика.
— Конфискат, — туманно выразился бывший полицейский. — Носи, дурень, на здоровье.
Так или иначе — во второй половине дня, после того как все отоспятся и расчухаются, на крыше собиралось какое-никакое общество. И этот день не стал исключением — я мучил штангу, Хуеморген, который никак не мог сдриснуть в свою командировку, болтался на турнике, Перепелка измывался над Шерочкой и Машерочкой, делая вид, что учит их фехтованию без щитов. Витенька всё еще спал в ванной — была у него такая привычка. Как сказали орчанки — у осьминога выдался стресс, для его тонкой натуры палить в людей из пистолетов — серьезное испытание. Не делал он такого никогда, а тут — ради Орды пошел на крайние меры.
Короче — все были заняты. И только я подвесил на штангу пару дополнительных радиаторов, догнав вес спортивного снаряда до ста пятидесяти килограмм, как на крыше появилась Эсси. Я обмолвился до этого, что у нас появилась новая сотрудница, но фурор все равно был произведен.
— Однако! — сказал Хурджин.
— Чтоб я сдох, — сказал Перепелка.
— Фу-у-у-у-у! — сказали Шерочка с Машерочкой.
А Хуеморген ничего не сказал, он вцепился зубами в перекладину турника и грыз ее, видимо, сдерживая гномские проклятья.
— Это Эсси, я нанял ее на должность… — я замялся, пытаясь отвести глаза от стройных сильных ножек, которые отлично так виднелись из-под одной из моих футболок, сейчас выполнявшей роль платья для эльфийки.
Нормальное получилось платье — оверсайз, до середины бедра. Черный — это всегда стильно. Нет, нет, ничего такого — футболка была чистая, выглаженная и выделенная специально из стратегических запасов, на первое время, пока девушка не получит униформу. Какую-нибудь.
—…Уборщицы, — невозмутимо закончила за меня Эсси, помахав мне рукой. — Я как раз хотела спросить, где можно получить спецовку и инвентарь. Здравствуйте.
— Однако, — снова сказал тролль. — Так-то эльфиек-уборщиц не бывает.
— Будет, — повела плечиком девушка. — Так что, кто у вас тут главный? Кто-то выдаст мне спецодежду?
— Хуеморген? — я поставил штангу на стояки и, отдуваясь, встал. — Ты у нас главный снабженец. Берешь новую сотрудницу, не корчишь рожи — и едешь с ней в хозяйственный магазин. Раз у нас появилась ставка менеджера по клинингу — всё сделаем культурно. Купишь что она скажет — в плане инвентаря. Хватит старыми труселями полы тереть, не солидно. Надо нормальными чистящими средствами обзавестись, швабрами там, то, сё…
— Щас я в лесенку сам с собой доиграю, мне еще восемь, девять, десять и одиннадцать осталось, — тяжко спрыгивая с перекладины, буранул гном, стараясь отсрочить нежелательный для его национальной гордости момент сотрудничества с эльфийкой.
— А у вас тренировка? — поинтересовалась эта самая эльфийка и вдруг кивнула на брусья: — Можно?
— Нужно, — сказал молчавший Перепелка. — Привыкай к режиму.