Чудеса, да и только (СИ)
Я впечатлилась. Как собственно и коренастый хмырь.
Потом, хмырей выдворили с придомовой территории. Вжали в Ниссан. Провели профилактическую беседу на предмет недопустимого поведения, ознакомили с последствиями ожидающими их в случае повторной попытки отжать у старушки дом. С доводами хмыри согласились. Клятвенно заверили, что попыток больше не повторят. По настоянию общественности, один из них сбегал в сельский магазин за молотком, гвоздями и скобами, а дальше, они все втроем чинили сломанную калитку.
Как починили, им было позволено убраться восвояси.
Как только Ниссан отъехал, из дома вышла заплаканная сухенькая старушка в темном пальто и серой пуховой шали.
— Степановна! Живи спокойно, не явятся больше уроды! — кинулся к ней Иван Николаевич.
— Николаевич…. Я не знаю, как и отблагодарить… К окошку боялась подходить, смотрела издали… Вижу гонят из загородки этих поганцев! Неужто и правда, больше не заявятся? Всю душу вымотали. Никаких слов не понимают… Пройдете в избу? Напою чаем, у меня есть малиновое варенье и пироги с сушеной черникой.
— Больше не заявятся! — наперебой заверили старушку.
Татьяна Игнатова, шагнула к ней, погладила по плечу.
— Спасибо за приглашение. Нас слишком много для чаепития, не станем напрягать вас с чаем. Если можно, мы с девочками просто посмотрим, как устроен внутри, ваш симпатичный домик?
— Да, смотрите конечно, почему бы нельзя, можно……
— Женя, Настя, Алена, Лиля — идут со мной. Ребят, кто-нибудь в магазин: купите малярную ленту, наверняка пригодится, несколько лопат для расчистки снега, ну и продукты по максимуму.
Да, Татьяна была права — пригодилась малярная лента. Ею окна заклеили, в домике сразу стало теплей. А еще, подогрели на плите воду, помыли полы, потолок, стены. Вязаные половики вынесли на улицу и как следует вытрясли. Холодильник под завязку забили продуктами, поправили входную дверь, снег на участке расчистили. Работали дружно, никто не отлынивал.
И еще… Я слышала, как Татьяна отведя Ивана Николаевича в сторонку, сказала ему:
— Поставлю себе в заметки, чтоб не запамятовать: по весне пришлю к бабушке специалистов, они определят фронт работ. Отремонтируем домик. Чтобы жилось ей не только спокойно, а еще и комфортно! В тепле и уюте.
— Окна бы ей новые, да полы утеплить, перекрытия поменять, можно без разбора крыши, — закивал Николаевич.
Я почему-то ни капли не сомневалась — Татьяна сдержит слово. Организует ремонт.
Замечательный подарок ждет старушку! Тепло и уют….
Хорошо то, как…
Улыбаюсь. Кирюха находит меня взглядом, залипает на моих губах. Ничего не могу с собой поделать, в ответ на его губах залипаю… Вот интересно… Если у нас с Кириллом начнутся отношения, как отреагирует папаша Михайлов? Кондратий его не хватит?
22
Что ж, пожалуй, на сегодня закончили, — Татьяна оглядела до блеска отмытую светлую комнату, — елочку бы еще. Или ветку еловую.
Иван Николаевич хлопнул себя по лбу. Вынул из кармана куртки телефон с крупными кнопками. Набрал номер.
— Да дедуль! — звякнул из трубки девчоночий голос, так громко, что слышно было всем присутствующим в комнате.
— Наточка, помнишь, прошлой зимой, мы привезли из города запасную искусственную елку? Она в чулане на шкафу лежит, в картонной коробке. Пусть Никитка тебе поможет погрузить коробку с елкой на санки и довести до Степановны.
— Хорошо, дедуль! — летит из недр трубки.
— Погоди, торопыга! В комоде, на верхней полке, должна быть гирлянда, там же, мишура новая и упаковка серебряных елочных шаров. тащите все сюда! Да, и мандаринов прихватите! Какой Новый год без мандаринов.
— Поняла. А эти… нехорошие люди, уехали?
— Прогнали нехороших людей: смылись, со свистом и пробуксовкой. Елку доставите, соберите и нарядите.
— Нарядим, дедуль! И еще, снежинки бумажные на окошки наклеим! — Пообещала Натка и сбросила вызов.
— Вот и все. С елкой вопрос решен, — довольный Николаевич, погладил седые усы, повертел головой по сторонам, ткнул пальцем в промежуток стены, между окнами, — Степановна, елку пусть вот тут установят, и смотреться хорошо будет, и розетка для гирлянды есть.
Вскоре, тепло распрощавшись с растроганной Степановной, наша веселая толпа рассаживалась в автомобили.
— Ребят, хотели пешком прогуляться, но раз уж так получилось, давайте прокатимся до полевой кухни!
Перед тем, как занять место за рулем, предложил Кирилл.
Ребята согласились с предложением, послышались одобрительные возгласы.
Ух! Как же приятно, сделать хорошее, доброе дело, переглядываться с Кириллом, нестись в снежном облаке по зимней дороге, предвкушать, нечто сладко будоражащее кровь…
Купаюсь в приятных ощущениях, улыбаюсь Кирюхе, как только ловлю его взгляд брошенный через зеркало обзора. Коля с Лилей, негромко делятся впечатлениями о последних событиях, Иван Николаевич молча смотрит в лобовое стекло и время от времени усы свои подглаживает.
Меж тем, колонна пересекла заснеженное поле, и дальше, вдоль кромки леса, но теперь в противоположную от пансионата сторону.
— Видишь, дерево, помеченное красным лоскутом? За ним — просека. — сказал Николаевич Кириллу.
— Вижу, — кивнул Кирилл, включил сигнал поворотника.
БМВ плавно вошел в поворот и выехал на расчищенную с помощью грейдера лесную просеку. Она была прямой, как стрела, не узкой и не слишком широкой. Рассекала укрытый снежным покровом лес, убегая в дальнюю даль.
— Под высоковольтную линию готовили. Вырубку произвели, а потом, проект изменили. Поляна будет с правой стороны, сразу после как сосняк сменится березовой рожицей. Мы ее не проскочим, к ней дорога свернет. По прямой, дальше дороги нет, — пояснил Иван Николаевич.
Я вытянула шею, заглянула в боковое зеркало.
Автомобили следовали в колонне. соблюдая положенную дистанцию. Дисциплинированные водители. Молодцы.
Два километра проехали, осталось пятьсот метров и должны быть на месте, — посмотрев на спидометр, произнес Кирилл.
А у меня, в кармане пуховика, зазвонил телефон. Удивилась я сильно. Мы уже в общем-то в глубине леса, обычно в лесах сотовая связь не кантачит…
Еще больше удивилась и в то же время дико обрадовалась, когда вынув из кармана трубку, увидела на определителе номер Оли.
— Оля! Ты прорвалась! — приняв вызов, заорала по привычке.
— Аленушка, не кричи, я тебя хорошо слышу! — раздался Олин голос.
И да, я ее тоже отлично слышала.
— Ален, вертолет прислали раньше, завтра вечером мы в Москву прилетаем! Егорке не говори, устроим для него сюрприз! Как он?
— С Егоркой все хорошо! Играет с детьми, под присмотром товарища бабули старшей! — успеваю доложить, и Ольга перебивает.
— Маленький мой! Терпения нет, как обнять хочется! Ой, Ален! Пока не забыла! Представляешь, мне сон приснился: месяц май, яблони в цвету, от дуновения ветерка летят розоватые лепестки. Красивая свадьба в яблоневом саду. Твоя. Ты выходишь замуж за моего брата Кирилла.
— Да ладно тебе, ну какая свадьба! В мае! Мы с Кириллом даже не целовались еще, только вечером собираемся!
Связь прервалась. На экране смартфона появилась надпись — нет сети.
До меня дошло, что я ляпнула…
— Значит Ольга возвращаются завтра? Хорошая новость. Ален, давай не станем так долго тянуть с поцелуями? До вечера. — выдал Кирюха.
— И правильно. До вечера тянуть незачем. — вставил Фомин.
— Как же она смогла дозвониться? Чудеса, да и только… — изумленно проговорил Иван Николаевич.
* * *Надо было бы, смутиться и покраснеть. Для приличия. Краснею же изредка, вот как-то недавно по кому-то поводу, щеки горели…
Не припомнила по какому именно. И не покраснела. Некогда было.
Во-первых, мысленно соглашалась с Кирюхой и Колькой — до вечера действительно слишком уж долго, зачем столько ждать, когда можно улучить момент и целоваться себе в удовольствие.