Злобный рыцарь (СИ)
Костя резко повернулся к наставнику.
- А что тут бывает за избиение должностного лица?
- Сынок, - с легким сожалением ответил Георгий, - ты пока не в той весовой категории.
- А за тяжкое оскорбление?
- Я могу в точности сообщить вам, что тут бывает за неуважение к должностному лицу, - сердито вмешался Евдоким Захарович. - Господин Денисов, с учетом того, что вы, все-таки, здесь недавно, ко многому еще не привыкли, к тому же, двое хранителей по причинам, которые меня не касаются, пытались сегодня вас убить - я вполне могу допустить, что вам что-нибудь и померещилось...
- Ничего мне не померещилось! - Костя хлопнул скалкой по спинке кресла. На этот звук прикатился Гордей, прыгнул на стул, а оттуда - на люстру, где и устроился среди хрустальных подвесок, взъерошившись и взирая из-под потолка на спорящих, как огромная лохматая муха. - Это был тот самый призрак! А когда я его ранил, водитель бросил руль и пошел к нему, как робот! Разве это не признак кукловодства?!
- Но вы же убили этого экс-призрака-хранителя-кукловода, не так ли, Константин Валерьевич? - мягко возразил представитель департамента распределений. - Не делайте такие глаза, я не следователь. Так вот, могу вас заверить, что уже больше месяца к нам не поступал ни один кукловод. Иначе мы бы об этом знали. Вы же не бегун, Константин Валерьевич, в обход нас отправить кого-либо в абсолют не можете. А что касается якобы призрака, заделавшегося хранителем, то, думаю, ваш наставник объяснил вам всю специфику присоединений.
- Не так чтобы очень давно.
- Так что это невозможно, Константин Валерьевич, - Евдоким Захарович с вальяжной усталостью откинулся на спинку кресла. - Вам прекрасно известно, в какой категории населения этого мира стоят призраки. А распределение и присоединение жестко контролируются.
- Я знаю, что я видел! - упрямо сказал Денисов.
- Константин Валерьевич, у меня мало времени, и я не могу тратить его на пустые пререкания! В конце концов, вы что - обвиняете нас и, в частности, меня в халатности?!
- Вы ж должностное лицо! - фыркнул Костя. - Конечно обвиняю. Должностные лица всегда косячат сплошь и рядом!
- Ухух! - согласился домовик с люстры, и Георгий поддержал его:
- Кстати да. Может тебе, Захарыч, напомнить его несостоявшееся оповещение?
- Вероятно, этим и вызваны его сегодняшние видения! - огрызнулся Евдоким Захарович. - Георгий Андреевич, ну вы ведь понимаете, что все это - бред!
- Конечно понимаю, - кивнул наставник, - но мне всегда приятно сказать тебе что-нибудь неприятное.
- Я смотрю, вы прекрасно спелись! - кисло отметил Евдоким Захарович, наклоняясь и шаря в своем саквояжике. - Не желаю больше это обсуждать!
- Елки, ну если вы мне не верите - посмотрите свои отпечатки или как это там?!.. - Костя почесал затылок. - А-а, этот мир на них не отражается...
- Разумеется, отражается, - буркнул синебородый, не поднимая головы, - просто с отпечатков, которые вам демонстрировали, хранители и порождения были убраны - для вашего же душевного равновесия. А так сохраняются любые действия и события. Частенько на отпечатках остаются даже бегуны. Но мы не можем фиксировать отпечатки из движущегося транспорта - они большей частью похожи на засвеченную пленку. Все из-за дорожников - их стало слишком много, но мы не можем контролировать их количество. Дорожники, как и домовики, вне нашей юрисдикции...
- Тьфу!
- ...хотя я всегда об этом сожалел, - сердито закончил Евдоким Захарович, смахивая платочком гордеевский плевок с макушки. - Итак, Константин Валерьевич, с сегодняшнего дня вы начали видеть ветер, а значит отныне считаетесь полноценным взрослым хранителем. В течение ближайшего времени, как вам уже сообщил ваш наставник, вы начнете видеть и сны флинтов, но для нас это уже не суть важно. Поэтому я обязан снабдить вас знанием, которое, вероятней всего, никогда вам не пригодится. Хотя возможно однажды оно спасет вам жизнь. Или убьет вас.
- Звучит очень ободряюще... - Костя поспешно шагнул вперед и поймал шмякнувшегося с люстры Гордея, который тут же предпринял попытку забраться ему на голову. С трудом отодрав от себя домовика, Денисов свалил его на спинку кресла, с которого Евдоким Захарович тотчас вскочил.
- Итак, давайте же приступим, Константин Валерьевич.
- Давайте, - кивнул Костя. - А к чему?
Синебородый протянул руку, и, увидев лежащий на его ладони небольшой серебристый ключ, Костя отшатнулся, точно Евдоким Захарович предложил ему готовую к нападению мрачнягу.
- С ума сошли?! Думаете, мне охота снова смотреть на то, как я ахнулся об столб, или на свои похороны?!
- Нет-нет, Константин Валерьевич, это не совсем то, - заверил представитель, - кроме того, на сей раз мы с Георгием Андреевичем будем вас сопровождать.
- Георгий Андреевич и в прошлый раз меня сопровождал, однако его присутствие не придало моим похоронам какого-то позитива!
- Ну, во-первых, это неправда, - обиженно заметил наставник. - А во-вторых, я же говорил, что отпечатки трех дней по второму разу не смотрят. Мы просто прогуляемся на кладбище и взглянем на твою могилку - вот и все.
- Это что еще за тур?!
- Вы должны в точности знать, где она находится, - пояснил Евдоким Захарович, - и как выглядит. Памятник вам уже поставили, так что в ближайшее время, думаю, ее вид не изменится.
После этой информации Костя испытал жгучее желание самому спрятаться за спину своего флинта.
- А давайте вы сами сходите, а мне потом расскажете.
- Не ломайся, сынок, - Георгий похлопал его по плечу. - Чем раньше с этим делом разберемся, тем лучше. Понимаю, это неприятно, но все хранители через это проходят, таковы правила.
- Да я ж уже ее видел!
- Да? И где она?
- Как где - на кладбище.
- С какой стороны дороги? Какая аллея, какой ряд?
- Что ты пристал ко мне?! - взъерошился Костя, хватаясь за плечо своего флинта. - Я, между прочим, ранен! Мне нужен покой! - он показал кулак Евдокиму Захаровичу, тут же с готовностью распахнувшему рот. - Не в этом смысле! Я просто полежу на диванчике! Я не в настроении смотреть на памятники! Вы меня не заставите! - Денисов повернулся к наставнику. - Он же не может меня заставить?!
- Он - нет, - Георгий легко пихнул его в бок, - я - да. Бери ключ и перестань кудахтать!
- Константин Валерьевич, это совершенно для вас неопасно, - проворковал синебородый. - Кроме того, с этого отпечатка убраны не только хранители, но и флинты, и даже порывы, чтоб вы не отвлекались. Давайте, ну, вы же взрослый человек!