Орион реликвий

Я понял, кто передо мной! Маги! Это же маги! Такие же, как и тот долбаный лекарь, с желанием потыкать своим пальцем туда, куда не нужно!
– Положи нож на землю, – властно приказал я, понимая, что понятия не имею, что с ними делать.
И в этот же миг, новый приступ жжения, вспышкой, прошелся по всем нервным окончаниям ног. Это было чертовски больно. Ноги подкосились, и я упал вперед, лицом в землю, словно мышцы вернулись в состояние атрофирования.
Черт. Неужели тот лекарь был прав? И мне осталось пару дней? Тогда… почему ноги отказывают прямо сейчас? Времени же еще много!
– Он даже ходить не должен был! – Вова, как я уже понял по голосу, заговорил где-то рядом.
Боль с новой силой прошила моё тело и прошлась по всем нервам. Я попытался вскрикнуть, но звук застыл где-то в глотке.
Ну уж нет! Необходимо собраться!
Я резко дернулся, уходя с траектории предположительного удара. Вскочил на свои две и оскалился…
– Сушите весла, – прошипел я.
Только вот ребятам было наплевать на мои слова. Они переглянулись между собой, рыжий вытянулся на носочки, словно пытался что-то рассмотреть на мне, позже сощурился.
А затем… рыжий, стоящий ближе своего товарища ко мне, сделал зачем-то шаг назад, замахнулся и застыл с открытым ртом.
Словно увидел что-то за мной.
А что-то там действительно было! И что-то очень неприятно облизывало мою спину.
 
Глава 5
 
Противная, склизкая ерунда за моей спиной, прошлась по всему позвоночнику. От этих ощущений стало совсем не по себе. Тем более, как мне показалось, что оно не только склизкое, но и острое.
Спину обожгло, а рубашка с противным треском ткани, разошлась.
Словно ее разрезали сзади. Затем эта же хрень, коснулась позвоночника еще раз.
Черт. Это еще что такое?
Парни, в один голос завопили одно понятное мне название. А почему понятное? А потому что это… Маша, как раз говорила.
– Подземная жаба! – истерично заорали они и замерли, поднимая голову вверх.
В этот же миг, я почувствовал за спиной вибрацию, и давление в земле, словно… начал проваливаться.
Но все оказалось куда круче, чем я себе представлял. Когда я упал на колени и поднял голову вверх, то увидел два шарика, скрепленные между собой каким-то мешочком.
Зеленые такие, похожие на кое-что, всем известное.
И кое-что, всем известное, было тем самым известным.
Над моей головой в грандиозном прыжке полетела огромная жаба, светя своими бубенчиками. Если бы только Маша понимала, в какой опасности она находилась, трогая это пальцами…
Парней смело по разным кустам в тот же миг, как тварь приземлилась. А я в свою очередь, попытался встать, но что-то не выходило никак. Ноги меня не слушались. Совсем.
Все гудело. Голова болела, в груди было неприятное ощущение, словно сердце вот-вот разорвется.
Старик лекарь обманул мою мать и меня, сказав, что у меня несколько дней в запасе. Явно, сейчас…
Черт!
Я закашлялся и выкашлял кровь из легких. Состояние, в котором я пребывал там, в доме, постепенно возвращалось, и не узнать предвестника смерти, было просто невозможно.
Мне только и оставалось, что стоять на коленях и смотреть на это огромное существо.
Жаба была больших размером. Очень. Метра три в высоту по «загривку» и столько же в ширину. Глаза огромные, белые, с красными точками-бусинками, которые явно были зрачками. Морда вытянутая, а сам цвет был болотно-зеленым, чуть древесным.
Она раскрыла пасть, показывая свой длинный язык и им же, в следующую секунду, ударила по лицу рыжего, который выставил перед собой нож в трех метрах от нее.
Удар был такой мощи и скорости, что звук-щелчок относился одновременно к удару и сломанной в ту же секунду, челюсти. Рыжий завопил и завалился на спину. Жаба просто сделала маленький прыжок вперед и села на него.
Я только и видел, как барахтались его ручки и ножки.
Интересно, а она травоядная? Или там других монстров рвёт?
Ответ поступил незамедлительно. Оттопырив лапы, жаба сделала «шаг» назад, внимательно изучила рыжую лепешку под собой, квакнула так, что с деревьев посыпались капли дождя, застрявшие на листьях и…
 
Ловким движением языка, ухватила рыжий блинчик за ножку и втянула в себя. Как спагетти! Ей-богу!
Язык, к слову, был усеян какими-то шипами. Так вот чем она мне рубашку порезала?
* * *
Всеволод Владимирович сидел в своем кабинете в академии на втором этаже. Употреблял трубку и смотрел на бумажный отчет в своих руках.
Вспоминая того неудачника калеку, который по счастливой случайности был сыном его старого коллеги, его воротило. Так еще…
Малец был наглым. Засомневался в способностях величайшего лекаря этого века!
– Выродок! – выругался он, сплевывая табак с языка. – Да как он вообще посмел подумать, что я ошибся?
Когда юноша указал ему на его просчет, он был готов его убить. И если бы он не стоял на ногах, пожалуй, лекарь бы принял это как вызов. Вызов чести.
Его оскорбили, сомневаясь в его компетенции, да еще и перед тремя учениками магической академии. Если бы это было в стенах, Всеволод Владимирович бы просто швырнул перчатками ему в лицо, вызывая на дуэль.
– М-да, семейка неудачников, – злобно пробормотал он, читая личное дело Виктории и Василисы. – Как они со своим почти нулевым, магическим потенциалом, вообще прошли вступительный экзамен? А этот человечишка…
Бурчащий желудок перебил агрессию в голове. Старик отнялся от бумаг, посмотрел на тарелку перед собой и покачал головой.
– Нет. Безбелковая диета стоит моих мучений…
Но вот колбаса на тарелке думала иначе. Она манила его своей жировой прослойкой и так и кричала:
«Всеволод. Съешь меня! Я буду таять на твоем языке, заставляя желудок работать усерднее! К черту эти лишние килограммы, новый секретарь из Франции не стоит того…»
Но все мысли, перебил гость.
– Можно? – в дверной косяк постучались. – Всеволод Владимирович?
Старик поднял глаза, посмотрел на застывшего в дверном проеме юнца и кивнул:
– Что хотел, Эдуард?
– Тут это… проблемка у нас нарисовалась…
– Что еще за проблема? – старик опустил глаза и уставился на цифры от нуля до ста, где показывалась магическая сила сестер Бобровых. – Из-за которой ты вместо занятия торчишь здесь?
– Ваша подземная жаба сбежала, сэр, – выпалили высокий, статный блондин, с причудливым кулоном на груди. – Еще вчера!
– Что?! – усы старика аж зашевелились от гнева. – Каким образом она смогла выбраться из клетки?
– Не знаю, сэр, – поклонился «Эдуард», опасаясь, что гнев главного лекаря выльется на него. – Вчера обнаружили, но докладывать не стали, нашли следы и преследовали ее…, а затем… она просто взобралась по стене и упрыгала в лес.
– Ты хоть представляешь, – злобно пробасил старик. – Что будет, если ее найдут солдаты, или она кого-нибудь сожрет? Это мой эксперимент! Безмозглая ты тварь!
Он обрушил свой кулак на стол и в момент, когда деревянная столешница еще вибрировала, он растворился в белой дымке и оказался прямо перед «согнутым» учеником. И ему же со всей дури, влепил кулаком по пояснице.
– Выродки! На вас нельзя положиться!
Эдуард упал плашмя на пол, выдавил из себя слезу, но подняться не решился. Он-то понимал, чем чревато такое «преступление» главного лекаря. Не дай бог, жабу поймают, вскроют и найдут внутри нее чужую реликвию. Которую, к слову, Эдуард украл из шкатулки самой графини Островской. Которая, к слову, училась на втором курсе.
Тогда все следы поведут к нему, а тот сдаст его…, но умалчивать более было нельзя.
– Жаба не до конца созрела, – успокоившись, спокойно проговорил старик, оказавшись за своим столом. – Встань, почтенный.
Эдуард тут же встал, смахнул с лица слезу, и попытался выпрямить спину. Но лекарь знал все болевые точки, так что долго он еще будет ходить, хватаясь за поясницу.
– Я вложил в нее много магии. Потратил аж два магических шара, которые до сих пор в ее желудке. Понимаешь, о чем я?