Я просто хочу тебя (ЛП)

— Пожалуйста, просто выслушай то, что я хочу сказать.
— Выслушать? Ты ждешь, что я буду слушать после этого? — Я снова указываю на ее телефон. — Я думал, что знаю тебя. Я думал, что могу доверять тебе.
— Ты можешь, — всхлипывает она. — Пожалуйста, позволь мне объяснить.
Я смеюсь. — Серьезно, Беркли? Никаких объяснений не требуется. Мне нужно, чтобы ты ушла.
— Что? — Всхлипывает она.
— Уходи! Я не хочу, чтобы ты была здесь. Ты солгала мне. Как я могу простить это?
— Я этого не делала, — всхлипывает она. — Мы можем, пожалуйста, просто поговорить об этом?
— Нет. С меня хватит. Я хочу, чтобы ты убралась из моей жизни. — Черт, она присутствует во всех аспектах моей жизни. Она, блядь, работает на меня. — Я позабочусь о том, чтобы ты получила хорошее выходное пособие. — Закрыв глаза, я делаю глубокий вдох, чтобы подготовиться к тому, что скажу дальше. — До свидания, Беркли. — Мне так же больно это говорить, как и осознавать, что она мне изменила. Солгала мне.
Я поворачиваюсь и выхожу из дома. Подальше от единственной женщины, которую, я уверен, что люблю. Подальше от будущего, которое я запланировал для нас.
Мой мир только что стал вращаться против своей оси, и я понятия не имею, будет ли он когда-нибудь снова нормальным.
Глава 37
Беркли
Он бросил меня. Просто ушел и оставил меня. Никаких обсуждений. Ничего. Просто ушел от меня, от нас.
Я потираю свой все еще плоский живот. Я сама убедила себя, что он будет расстроен, но мы могли бы справиться с этим. Я убедила себя, что он любит меня так же, как я люблю его.
Я была неправа.
После того, как я немного овладеваю собой, я закрываю дверь его дома, хотя не уверена, почему меня это волнует после того, как он со мной обошелся. Я не тороплюсь ехать домой, слезы неудержимо текут по моему лицу. Я пытаюсь успокоиться, так как знаю, что это вредно для ребенка.
Моего ребенка. Только моего.
Мы ему не нужны.
Барри и Мэгги оба сегодня ушли, и я им благодарна. Я просто хочу побыть одна. Выключив телефон, я сворачиваюсь калачиком в постели и плачу, пока не засыпаю.
Вот в таком состоянии Мэгги и находит меня несколько часов спустя. Я понятия не имею, который сейчас час, но на улице уже темно.
— Эй, ты хорошо себя чувствуешь? Я была в клубе, и Зейн сказал, что ты взяла отгул на ночь, сказал, что Крю сказал ему, что тебя не будет. Также сказал, что Крю был в плохом настроении. Я так понимаю, ты ему сказала?
— Нет. — Я борюсь с очередным потоком слез, угрожающих пролиться. — У меня не было возможности. Он знал. Я не знаю, как он узнал, но он знал. Он увидел сообщение на моем телефоне от Барри, спрашивающего, сказала ли я ему, и он вышел из себя. Он был так зол, Мэгс.
Она забирается ко мне в постель. — Извини, Би, может быть, ему просто нужно время, чтобы переварить это.
— Он знал, Мэгс. Он не удивился. Он просто взорвался. Я сказала ему, что мне нужно поговорить с ним сегодня вечером, и он продолжал настаивать на разговоре. Вот тогда пришло сообщение от Барри, и он все понял. Как он узнал об этом?
— Я не знаю, милая. Я могу сказать тебе, что ни Барри, ни я ему не говорили.
— Я слышал свое имя? — Спрашивает Барри у моей двери. — Эй, что случилось? Все в порядке?
— Нет, не все в порядке. Он не любит меня. Он не хочет ни меня, ни этого ребенка.
— Что? — Он отступает назад, как будто я дала ему пощечину. — Как это возможно? Я видел, как он смотрит на тебя. Черт возьми, он защищает тебя каждый раз, когда парни просто проходят мимо тебя.
— Очевидно, беременная я — это не то, что он хочет, — всхлипываю я.
— Он так сказал? — Рычит Барри.
— Оставь это, — говорю я ему. — Это не имеет значения. Я не хочу, чтобы он был со мной из жалости. Мне не нужно, чтобы он растил этого ребенка. У меня всегда будет лучшая часть его. — Мои слова заканчиваются рыданием.
— Иди сюда. — Барри присоединяется ко мне и Мэгс на кровати и заключает меня в объятия. — Мне так жаль, Би. Я думал, что он будет действовать по-другому. Он не мужчина. Ни один мужчина не отвернется от женщины и своего еще нерожденного ребенка.
 
— Он любит тебя, — добавляет Мэгги. — Я видела это. Он напуган и сбит с толку, может быть, злится, что ты ждала, чтобы сказать ему, но он любит тебя. Я знаю это.
— Скажи ему об этом. — Невесело смеюсь я. — Он, очевидно, не знает об этом.
— Что мы можем сделать? — Спрашивает Мэгги.
— Ничего, просто спасибо вам за то, что вы здесь. Наверное, мне нужно найти работу и жилье.
— Что? Зачем?
— Он м-меня уволил. Сказал, что я получу х-хорошее выходное пособие. — Я закрываю глаза, делаю глубокий вдох и медленно выдыхаю, заставляя себя успокоиться ради ребенка. — Вы двое не подписывались на то, чтобы жить с матерью-одиночкой. Я не могу так поступить с вами.
— Черт возьми, ты не можешь! — Говорят они одновременно.
— Я устала. Я просто хочу поспать.
— Ты ела? — Спрашивает Мэгги.
— Нет, я не голодна. — Она бросает на меня строгий взгляд. — Я съем что-нибудь позже, обещаю. Я просто хочу немного поспать.
— Ладно. Я буду здесь всю ночь, так что просто позови, если тебе что-нибудь понадобится, — говорит она, сжимая мою руку.
— Мне нужно бежать, но я скоро вернусь. Никаких разговоров об уходе. Мы тебя поймаем. — Барри целует меня в лоб и выходит из комнаты.
— Би, я здесь для тебя, что бы тебе ни понадобилось. Просто скажи мне.
— Спасибо, Мэгс. Мне просто нужно немного поспать.
— Хорошо, — смягчается она. Она выходит из моей комнаты, выключает свет и закрывает дверь. Оставив меня наедине с моими слезами и болью, и с тем фактом, что мои худшие опасения сбылись.
Я ему не нужна.
Глава 38
Крю
Когда Зейн спросил меня, где моя девушка, мне потребовалась вся моя выдержка, чтобы не ударить его. Он очень быстро уловил мое настроение, когда я сказал ему, что ее не будет здесь, и что я не хочу, чтобы меня беспокоили. Я потопал наверх, в свой кабинет, и с тех пор нахожусь здесь. Клуб открывается через час, но сегодня вечером я отсиживаюсь в кабинете наверху. Я буду прямо здесь, буду пить и заглушать боль или, по крайней мере, пытаться это сделать. Я не хочу видеть никого из персонала, особенно Карли. Я не готов отвечать на вопросы. Я не готов смириться с тем, что значит быть здесь без нее.
— Эй, чувак, ты спускаешься? — Спрашивает Зейн у моей двери.
— Отвали, — говорю я, даже не потрудившись взглянуть на него. Я не могу оторвать глаз от двух коробочек от Тиффани, которые были доставлены сегодня. Экспресс-доставка. Две маленькие синие коробочки, которые предназначались для нее. Она, блядь, выставила меня дураком.
— Что Тиффани делает здесь? — Спрашивает Зейн.
— Что? — Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него. — Кто, черт возьми, такая Тиффани?
Он смеется и указывает на две маленькие коробочки.
— Разве тебе не нужно работать?
— Я должен, и ты тоже. Нам нужно управлять клубом.
— Это то, за что я тебе плачу. Что бы это ни было, разберись с этим. Я не хочу никого видеть.— Я смотрю на него снизу вверх. — Включая тебя.
— Вот как ты собираешься это разыграть?
— Никаких игр. Это не моя работа. Но Беркли? — Я беру ее фотографию со своего стола и поднимаю ее, чтобы он увидел. — Она играет в игры. Она чертовски хороша в этом.
— О чем, черт возьми, ты говоришь?
— Ни о чем. Иди и разберись со всем, что случится, а меня оставь в покое. Мне нужна сегодняшняя ночь.
— Леджер! — Кричит громкий, очень раздраженный голос и тяжелые шаги раздаются по ступенькам. Мне плевать, кто это; он может развернуться и вернуться туда, откуда пришел.
 
Зейн поворачивается лицом к двери как раз в тот момент, когда появляется Барри. Я немедленно встаю и сжимаю кулаки. — Какого хрена ты здесь делаешь? — Я киплю от гнева, делая шаг к нему.
— Ты, ублюдок! Я не могу поверить, что ты бросил ее. Ты заставляешь ее влюбиться в твою жалкую задницу, а потом бросаешь ее, когда она нуждается в тебе больше всего.