Елена Прекрасная (СИ)

– Иван не любит меня, он хочет лишь обладать мной, – сообщила я очевидную вещь. – Он ловко манипулирует сознанием. Как тебе удалось спасти меня из мрачного леса?
– На меня магия не действует. Ни его, ни чья-либо ещё, – ответил Кощей.
– Совсем не действует? – уточнила я.
– Если я того не пожелаю. Это часть моей силы, – пояснил он, по-прежнему глядя в окно.
– А как ты попал в мрачный лес? – задала я следующий вопрос.
– Шёл на зов медальона, я же говорил.
– Ты можешь прикасаться к нему, – утвердительно произнесла я.
– Ты позволяешь.
– Ты парень из сна… – сказала я, и он резко развернулся ко мне:
– Твой жених здесь.
– Иван? – ужаснулась я, и в голове снова всплыли образы из мрачного леса. Тело сжалось, руки затряслись, стало трудно дышать – меня накрыла паническая атака! А затем я ощутила руки Кощея на своих плечах и медленно подняла на него взгляд.
– Успокойся, Елена! Здесь ты в безопасности, – заверил меня Кощей, и от его прикосновений и заботливого тона мне сразу стало легче. – Веди себя как обычно. Что бы он ни делал, убивать тебя не входит в его планы.
– Ага, только изнасиловать, – нервно усмехнулась я.
– Не при мне!
– Надеюсь, это не значит, что ты оставишь меня с ним наедине? – попыталась отшутиться я, хотя ситуация была не смешная.
Кощей крепче сжал мои плечи, его лицо приняло ещё более серьёзное выражение, и, пристально глядя мне в глаза, он ответил:
– Никогда!
Теперь я действительно почувствовала себя в безопасности и, улыбнувшись, кивнула.
– Садись, – указал он на пень. – Я сяду на другом конце стола. Сейчас ты всего лишь ученица моей матери – вот какие отношения нас связывают. Веди себя как невеста царевича.
– Но… – хотела возразить я.
– Делай, как говорю!
Я снова кивнула и уселась за стол. Взяв книгу, Кощей расположился на другом конце стола и сосредоточился полностью на чтении, не обращая на меня никакого внимания. Надо заметить, у него это отлично получалось. Ни намёка на интерес ко мне!
«Прекрасно! Словно ничего не поменялось, – буркнула я про себя. – А эта его фраза: «Вот какие отношения нас связывают»… Ведь именно это я и хотела выяснить. Как он так точно воспроизвёл мои мысли? Надеюсь, он не серьёзно, а только для вида перед царевичем… – я взглянула на Кощея: он по-прежнему был сосредоточен на чтении. – А мне какое занятие придумать? С чего я сижу здесь без дела? Травы! – пришла вдруг идея. – Притворюсь перед Иваном, что изучаю травы», – и, довольная своей сообразительностью, я пододвинула к себе букетики из сухих веточек, лежавшие на столе.
Долго ждать не пришлось. Вначале в зал вбежал Мурзик, ловко запрыгнув ко мне на колени, а следом за ним вошёл Иван. Сердце тут же рухнуло в пятки, но усилием воли я сумела вернуть его обратно в грудную клетку. А помог мне в этом кот, в которого я вцепилась так, что он сердито заурчал. Зато его возмущение заставило меня обратить на него внимание, а в следующую секунду он уже разлёгся на моих коленях, довольно размурчавшись.
– Елена, дорогая невеста! – улыбнулся царевич, уверенно направляясь в мою сторону.
– Иван? – притворно удивилась я. – Что ты здесь делаешь?
– Пришёл навестить тебя. Неужели ты думала, что я тебя здесь брошу? – он поцеловал меня в щёку и расположился на соседнем пне, вдобавок ещё и придвинулся ближе, всем своим видом показывая, что он здесь исключительно ради меня.
Я опешила и не знала, как реагировать. Я просто сидела и глядела на него не шевелясь.
– Елена? – Иван вопросительно вздёрнул одну бровь.
– Ты Соловей-разбойник? – вдруг выпалила я.
Он изменился в лице и посмотрел на меня как на сумасшедшую.
– Я что, похож на Соловья? – оскорблённым тоном спросил он.
Я поспешно закивала.
– Елена! – Иван дотронулся пальцами до моих рук, которые до сих пор нервно сжимали кота, но тому, судя по всему, нравилось. А вот прикосновения царевича не понравились, поэтому, зашипев, он спрыгнул с моих коленей. Теперь Ивану никто не мешал завладеть моими руками… Он крепко сжал мои кисти, а я не посмела их отдёрнуть. Я надеялась, что вмешается Кощей, но он никак не реагировал на ситуацию. Я же боялась обернуться на него…
 
– Иван, я твоя невеста! – пыталась я защитить себя сама, раз все меня бросили. – Ты говорил, что не можешь покушаться на мою честь. Зачем ты пытался изнасиловать меня?
– Елена, о чём ты говоришь? – продолжал он притворяться ничего не сведущим царевичем.
– Ты и есть Соловей-разбойник! – с гневом предъявила я.
– Да объяснишь ты, наконец?! – воскликнул он. – Почему ты считаешь меня Соловьём?
– Потому что у вас одно лицо!
Царевич покачал головой.
– Елена, Соловей знатный манипулятор – об этом все знают. Я не он! – чётко выделил Иван последнюю фразу. – Когда ты успела его встретить? Что он тебе сделал?
– Пытался изнасиловать, – призналась я, начав сомневаться в том, что Иван и есть Соловей…
– Что?! – взревел Иван, подскочив с пня. – Да как он посмел?! Мою невесту?
Теперь я уже не знала, во что верить: либо он и правда не Соловей, либо очень хороший актёр. А Соловей, как я успела понять, очень хороший актёр…
«Как мне выяснить, говорит он правду или нет?» – задумалась я. Страх ушёл. По крайней мере, царевич не выглядел опасным. Сейчас мной завладело другое чувство – желание докопаться до истины. Я стала пристально наблюдать за царевичем, пытаясь уловить в нём что-нибудь, что выдаст Соловья. А что могло подействовать лучше провокаций?
– Меня спас Кощей! – заявила я. – Он вырвал меня из лап коварного похитителя с твоим лицом и вернул сюда.
Иван ревниво посмотрел вначале на меня, потом на Кощея за моей спиной, и, присев обратно на пень, снова обхватил ладонями мои руки.
– Я очень рад, что ты цела! – улыбнулся царевич.
– Всё благодаря Кощею! – продолжала я вызывать ревность. – Если бы не он, Соловей бы точно получил желаемое, то есть меня. Я так признательна Кощею за спасение! Он единственный, кто не побоялся защитить честь девушки.
Иван совсем изменился в лице. Было очевидно, что ему неприятно слушать, как я пою дифирамбы не ему.
«Соловей ты или нет? – пыталась я уловить хоть какие-то признаки, что могли его выдать. – Если да, то мои слова должны сильно задеть тебя, учитывая, что Соловей в курсе нашей связи с Кощеем».
– Защитил честь, говоришь? – хмыкнув, повторил Иван. – А сам он, случайно, не покушался на твою честь?
«Так-так, есть зацепочка», – обрадовалась я.
Кощей, прежде не проявлявший заинтересованности в нашем с Иваном разговоре, внезапно ответил царевичу:
– Похоже, что эта кикимора может меня заинтересовать?
Всего лишь одна-единственная фраза, брошенная в мой адрес любимым мужчиной, вызвала внутри бурю эмоций, мгновенно отодвинув и Ивана, и Соловья на второй план. В голове сразу всплыло воспоминание, как Кощей выставил меня за дверь после совместной ночи. И хоть я и поняла, что он снова играет эту роль только в присутствии Ивана, всё же она задела меня. Я вспомнила тот стыд, что ощутила после страстной ночи, а также все насмешки Кощея и холодные взгляды… И сейчас во мне кипел гнев! Теперь ревность я собиралась вызывать вовсе не в Иване.
– Кикимора, говоришь? – резко обернулась я к Кощею. – Ладно! – я быстро пересела к на колени к Ивану. Он был приятно удивлён и тотчас обнял меня за талию. – Иван, после того как ты поцеловал меня в лесу, я только о тебе и думаю. Мне не терпится стать твоей женой! Соловей мне являлся не только в твоём образе, но и в образе Кощея. Я была напугана и не знала, во что верить! Но раз настоящий Кощей меня спас, я подумала, что Соловей – это ты. Однако я верю тебе, верю, что ты не он. Думаю, Соловей хотел настроить меня против тебя и Кощея, чтобы я не обучилась магии и не вышла за тебя. Но у него ничего не получилось! Я по-прежнему твоя невеста, и я скучала, – закончив свою тираду, я впилась поцелуем в губы царевича.
Он тут же сильнее прижал меня к себе, стиснул талию до боли, другой рукой зарылся в мои волосы и надавил на затылок, чтобы глубже проникнуть в мой рот, а заодно отрезать пути к отступлению. Присутствие Кощея его нисколько не смущало – напротив, своими действиями он ясно давал понять, кому я принадлежу. Поэтому забыл о той роли, что играл. Я почувствовала сладость на языке – ту самую, которой упивалась при поцелуях с Соловьём. Только сейчас она продлилась недолго. Видимо, ему удалось собраться и продолжить играть роль царевича, а не Соловья. Но тех нескольких секунд мне хватило, чтобы понять, что это не мираж. Теперь у меня не осталось сомнений: Иван-царевич и есть Соловей-разбойник!