Остерегайтесь апокалипсисов. Книга 2 (СИ)

Раздвижная дверь сразу подчинилась, и моим глазам предстала мрачная полупустая комната с одним футоном и вещевым пакетом в углу. Подобная скудность не была удивительной. Все-таки настоящие монахи не должны были иметь никаких своих вещей. Пройдя в домик, я быстро схватился за футон и перевернул его, но так ничего и не нашел. Тогда, переступив через выпотрошенную мною постель, я потянулся к вещевому мешку. Внутри него лежала одежда, к счастью, не религиозная: простые черные штаны и кофта, как у обычного крестьянина. Пока что это было куда лучше, чем прикид монаха.
Рукой перетряхнув все, что было в этой сумке, я нашел лишь небольшую горсть бронзовых монет, высыпанную на самое дно. Конечно, состояние у Айна было скудным, но все же это было намного лучше, чем ничего.
Набросив на плечо эту сумку-узелок, я быстро покинул дом и двинулся к последней хижине. В ней, как и прежде, складировались обычные бытовые инструменты, метлы и полупустые деревянные коробки.
В голове сразу же всплыло воспоминание из прошлой жизни, в которой я лежал на полу этого самого сарая, истекая кровью. Тогда краем глаза я заметил странный люк в полу, и сейчас, уже намеренно взглянув в нужном направлении, я снова увидел его.
Над своими действиями я особо не сомневался. Сразу подошел к люку, отодвинул метлы, схватился за железную ручку и потянул его на себя. Сам по себе люк был невероятно тяжелым, и потому, отбросив от себя сумку, я намеренно поднялся на ноги и потянул еще сильнее.
Как только дверца подалась, люк сразу открылся, а я, не удержав равновесия, чуть не рухнул назад. Мое падение остановила лишь стена, за которую я вцепился рукой.
При открытии люка из-под земли странным образом повеяло холодом. Я ощутил это сразу, и вместе с этим чувством на меня нахлынули неприятные воспоминания о самоубийстве. Поежившись, я присел рядом с люком, наклонился и заглянул вниз.
Увиденное поражало: прямо под храмом располагался каменный мрачный коридор. В нем не было света, но даже без него, по эху я понял, что это место не было каким-нибудь мелким подвалом. Это был настоящий туннель. Осознав это, я сразу выпрямился, закрыл люк и сел на колени. Все происходящее нужно было еще переварить.
«У Айна был черных ход под храмом не просто так. — Нервная улыбка, растягивавшаяся на моем лице, выдавало то, насколько я был напряжен. — Кто же ты, черт возьми? Тебя создал мир, а не я, но с какой целью? Ведь у каждого изобретения мира, будь то событие или персонаж, должно быть свое логическое обоснование с точки зрения основного сюжета. Что же такое важное делал Айн, раз его создал сам мир?»
Невольно сглотнув, я встал. Странное ощущение волнения вызывало у меня желание прямо сейчас спрыгнуть в этот ход и убежать по нему как можно дальше от деревни. Но сейчас было еще рано. Осознавая это, я просто развернулся, вышел из хижины и запер за собой дверь.
«Кажется, кое-что я все-таки успел упустить из виду. Письмо, которое я получил, впервые попав сюда. От кого оно было? Кто принес его? Этот человек наверняка должен был следить за мной. Я все больше сомневаюсь в том, что это была Нао. Она безрассудная, но все-таки пустоголовая девчонка. Хочу дождаться этого человека, а затем расспросить его. Может быть, тогда я и смогу понять почему Айн и это место настолько важны».
Вернувшись к храму, я осторожно подошел к лестнице и просто сел на нее. Тишина в округе, прерываемая лишь стрекотанием насекомых, снова начала меня успокаивать. В такой обстановке я чувствовал себя намного увереннее и размышлял легче.
«Как сказала владелица виллы Саяко, Айн был другом Юто, однако я слабо в это верю. Скорее всего, это брат Саяко, Нобутоши, послал Айна в деревню. И единственная причина, по которой он мог это сделать, это необходимость вести слежку за больными монстрофикацией членами семьи. А кто бы еще мог передавать все сведения Нобутоши? Только Айн».
 
Искоса оглянувшись, будто желая посмотреть в сторону скрытых на заднем дворе домов, я настороженно нахмурился. Конечно же, из того места, где я сидел, ничего не было видно, однако мое сознание без труда дорисовало все, что нужно.
«И тот проход под храмом без посторонней помощи построить просто невозможно. Значит, этот храм, и сам Айн — все это подставное. Не удивительно, учитывая тело этого монаха».
Невольно приложив руку к белому халату, я вспомнил о том, как еще недавно меня пытались раздеть, и поежился. Вместе с мыслями о женских ласковых прикосновениях в голове сразу всплывали холод и боль.
«Однако все равно странно. Получается, что Айну все это время приходилось терпеть выходки местных, только из-за работы на Нобутоши. Но почему при всем этом он игнорировал Саяко? Сестру Нобутоши, за которой он изначально был отправлен? Он опасался ее, и поэтому был готов пойти против приказа? Или же ему с самого начала разрешили игнорировать ее призывы о помощи вплоть до какой-то критической точки?»
Пока я думал, постепенно солнце начало опускаться. Пусть я и не видел этого, но по небу, менявшему свои оттенки с ярко-голубого на розовато-золотистые, это и так было понятно.
«Если так подумать, — продолжал размышлять я, — тогда какова изначальная цель настоящего Нобутоши? В моей истории он сослал семью еще в самом начале сюжета. Только это было его слабым местом перед всем остальным миром, и потому наличие зараженных родственников было необходимой частью истории. Я также описывал его терзание и чувство вины перед сестрой, но при всем этом, учитывая другие его стороны характера, такие как решительность и непоколебимость, маловероятно, что он был готов закрывать глаза абсолютно на все. А что, если он приставил Айна не только ради помощи Саяко и слежки за ней, но и для того, чтобы в самом крайнем случае убить ее?»
Впереди показалась приближающаяся фигура. Она, добравшись до лестницы, осторожно начала подниматься по ней, и лишь на середине, подняв голову, заметила меня. Я узнал ее сразу: эти длинные черные волосы, бледное лицо и излишняя худощавость. Сомнений не оставалось, это определенно была Ханна Хирано.
  
5. Отложенная смерть
 
Приблизившись ко мне, Ханна быстро протянула конверт. Пусть она и делала это вежливо, пусть и удерживалась обеими руками за протягиваемый предмет, однако ее взгляд все же был довольно строг. Мне даже было сложно понять хотела ли она, чтобы я взял это послание на самом деле.
— Спасибо, — тихо сказал я, все же ухватываясь рукой за конверт.
Сейчас лицо девушки не было опухшим. В последних воспоминаниях о ней из-за моих слов ей прилетело достаточно сильно от собственного отца, но сейчас, в самом начале очередной моей регрессии она все еще была здорова.
— Я просила Вас уйти как можно скорее, — серьезно произнесла Ханна, не выпуская письмо, — говорила, что вы не обязаны дожидаться меня.
Эти слова немного поражали. Конечно, я и в прошлый раз догадался, что между Айном и Ханной все же были какие-то теплые отношения, и теперь ее слова полностью подтверждали мои догадки.
— Не посещайте особняк, — с мольбой протянула Ханна, и в этот миг черты ее лица наконец-то смягчились. С невероятным трепетом и заботой она посмотрела на меня, отпустила конверт и плавно приблизилась.
Я оставался на месте, даже не представляя как именно должен был реагировать на происходящее, а Ханна, приподнявшись на носках, протянула ко мне руки и легко поцеловала в губы. Казалось, в этой девушке не было ничего особенного: спокойная, молчаливая, с обыкновенной заурядной внешностью. Единственное, что ее действительно отличало — это трудолюбие. Так мне казалось, учитывая всю краткость нашего с ней знакомства.