Не играй с огнем, девочка. Наследник для врага (СИ)

Черт, что же делать?
Мы выезжаем на лесную дорогу и молча едем вперед. Я кусаю губы в поисках выхода, и тут в сумке вибрирует телефон. На экране высвечивается сообщение от Маши: «Привет, подруга, ты где пропала? Что-то случилось?»
Точно! Маша!
Я быстро набираю ей ответное сообщение: «Ничего не спрашивай. Не звони. Скоро приеду и все расскажу».
Водитель высаживает меня у Машиной пятиэтажки в спальном районе и, серьезно окинув взглядом дом, уезжает, напоследок напомнив, что будет ждать меня здесь же завтра, в семь утра. Только когда машина скрывается за углом, я могу свободно выдохнуть.
Подхожу к подъезду и набираю Машину квартиру. Руки начинают трястись: видимо, выходит скопившееся напряжение. Позвонив в дверь, я сразу же вижу Машу на пороге.
– Бог мой, Ритка, что с тобой? Ты вся бледная как смерть и дрожишь! Заходи быстрее!
Я прохожу в теплую квартиру и, скинув пальто, устало валюсь на диван. Нет, я не буду рассказывать ей о том, что происходит. Хватит, Пашу я уже подставила, не хватало еще и подругу под удар направить. Поэтому я вру о том, что страдаю из-за нашего расставания с Пашей. Говорю, что устроилась на работу и в театр больше не выйду, чтобы не видеть бывшего.
Маша жалеет меня и соглашается с правильностью решения. Отпоив меня горячим чаем, она укладывает меня спать, пообещав помочь со сборами на работу. Я благодарна подруге, что она не стала копать дальше. Ведь наверняка бы я не выдержала и все рассказала, а мне бы этого не хотелось.
  
Глава 4
 
Я просыпаюсь раньше подруги, еще когда солнце даже не встало. По правде говоря, я вообще толком не спала всю ночь. Мне мерещились ужасы – один похлеще другого.
– Рит, ты чего не спишь? – поднимается подруга, заметив, что я одеваюсь.
– Ой, извини, что разбудила. Пора на работу…
– Ох, какая рань… А сколько сейчас? Давай я соберу тебе кое-какие вещи.
– Не волнуйся, я сама как-нибудь… – начинаю было я, но подруга останавливает меня:
– Пообещала же, что помогу, так чего ты выделываешься?
Она усмехается и, накинув халат, уходит в ванную. Я тем временем расчесываюсь и застегиваю пуговицы на клетчатой рубашке.
– Вот, держи! – говорит Маша, впихивая мне в руки небольшую косметичку. – Там шампунь, мыло, зубная щетка и другие необходимые вещи. А еще положила тебе туда пару кремов для увлажнения и тоник. Не знаю, подойдет ли тебе, но надеюсь, на первое время хватит.
– Да, я потом съезжу и куплю все, что нужно. Спасибо тебе огромное, Маш! – еле сдерживая слезы, обнимаю я подругу.
Вот когда познаются настоящие друзья – когда ты попадаешь в беду. А мы почему-то ожидаем помощи от тех, кому сами помогали в трудную минуту. Жаль, что это не работает.
– Все, мне пора. – Шмыгаю носом и отстраняюсь от Маши. На часах уже почти семь утра.
Я второпях накидываю пальто и завязываю шнурки на черных ботинках. Вроде все.
– Удачи, Рит, звони, не забывай!
– Хорошо, Маш, я постараюсь.
Не хочу говорить подруге, но понимаю, что это может быть наша последняя встреча. Еще раз крепко обнимаю ее и выхожу в серое утро.
Водитель уже ждет меня там, где вчера высадил, и я спешу в машину.
– Еще минута, и я уехал бы, – сухо констатирует он и нажимает на газ. Я хочу показать ему язык, но удерживаюсь. И так страшно, зачем нагонять еще большую тоску?
Мы едем в полной тишине, а я не отрываясь смотрю в окно. Что же меня ждет там? Как мне раздобыть компромат, который прячем Аким? Получится ли? Мне хочется убить его прямо сразу, но я понимаю, что сделать это мне не дадут, да и живой я не выйду уже из дома.
Мы подъезжаем к воротам, и нас незамедлительно пропускают. Лишь слегка мазнув взглядом по водителю, охранник сканирует меня безэмоциональными серыми глазами, пока мы не скрываемся из его виду.
Черт, вот же страшно!
– Всего хорошего, мисс, – прощается водитель и уезжает, оставляя меня на подъездной дорожке, прямо у входной двери, которая тут же распахивается.
 
– Рита? Чего стоишь! Мигом за мной! – командует Марта и хватает меня за руку.
– Здравствуйте! – растерянно тяну я.
– Угу, здравствуй! Пошли быстрее. Я покажу тебе твою комнату, выдам униформу, расскажу, где и что тут лежит. У меня очень мало времени!
Я бегу за женщиной наверх, еле поспевая, но Марта даже не думает тормозить. Достигнув четвертого этажа, Марта толкает одну из дверей и приглашает меня внутрь.
– Располагайся, это твоя комната. Как разложишь вещи, иди в мой кабинет для дальнейших указаний. Все понятно?
– Да…
– Отлично!
Марта разворачивается, чтобы уйти, а у меня вдруг вылетает вопрос, который давно крутился в голове:
– Что с Лорой?
– А? Ты о чем? – как-то странно запнулась женщина, но я молча продолжила сверлить ее взглядом.
– Рита, я скажу один раз и больше не буду. Постарайся запомнить! – Марта закрывает за собой дверь и подходит чуть ближе. Понизив голос до шепота, она говорит: – Не спрашивай в этом доме ничего лишнего, не копайся в прошлом хозяина, не пытайся узнать то, чего не следует, и останешься жива и здорова.
– Она погибла, да? Он ее убил? – в страхе тяну я. Если я сейчас услышу, что Аким причастен к гибели еще одной девушки, то просто убегу отсюда прямо сейчас. Но сначала всажу нож в сердце хозяина этого дома.
– Рита, опасные вопросы задаешь… – хмыкает женщина, но потом вздыхает. – Нет, Аким Власович хоть довольно жесткий человек, но он ее не убивал. Жива Лорка. Просто влезла туда, куда не следовало.
– Что это значит? – спрашиваю я, закусив губу.
– То и значит. Эта дуреха влюбилась в хозяина. Бегала за ним как собачонка, а когда он ей прямо сказал, что она ничего не добьётся, вообще сошла с ума. Пришла к нему в комнату ночью и…
– И он ее попытался убить? – еле шепчу я, пытаясь унять дрожь в голосе.
– Да что ты заладила: убил да убил! Нет! Аким Власович прошел очень трудные обстоятельства в жизни, которые его травмировали. Случилось это около двадцати лет назад. Где и что было, не знаю, но с тех пор он… как это мягче сказать, не в себе ночами.
– Ничего не понимаю…
– Да что тут понимать? Лорка знала о его травмах, но полезла к нему спящему. Дурочка. Он и набросился на нее, приняв в темноте за врага. В общем, успел остановиться вовремя, пока та не испустила дух.
– Кошмар…
– Ну так ей сказано было, что к хозяину входить нельзя, но разве это ее остановило? Думала, любовь молодой и свежей девчонки сможет залечить его старые раны. А оно в жизни не так, как в книгах, зверь он, Рита. Как тот лев, который не загрызет тебя, пока ты сама не залезешь в его клетку. В данном случае – в кровать.
– Я поняла… – киваю, будто собиралась прыгать к Акиму в кровать.
– Вот и хорошо! Но запомни: я тебе ничего не говорила. Все, давай быстро разбирай вещи и приходи. Униформу найдешь в шкафу. Там несколько комплектов на каждый день. Грязное уноси в прачечную, которая в подвале. Работы много, заболтались мы.
***
Я медленно обвожу комнату взглядом, только теперь замечая обстановку: небольшая кровать, тумбочка рядом, комод и шкаф у левой стены, а возле окна туалетный столик. Все выполнено в светлых тонах и создает воздушную картину. Мне нравится, просто, но со вкусом.
Бросаю сумку на кровать и открываю шкаф. Там и вправду висят пять комплектов униформы. Накрахмаленные платья длиной немного ниже колена и белые передники к ним. Что ж, я попала в дом со старинными устоями и привычками. Достаю одно из платьев и бросаю его с вешалкой на кровать к сумке. Закрыв дверь за замок изнутри, я подхожу к туалетному столику и, расставив баночки с кремами и другие принадлежности, стягиваю с себя рубашку и джинсы, оставаясь в одном белье.
Чувствую, как по коже бегут мурашки, словно кто-то смотрит на меня. Похоже, разыгралась паранойя. Нужно всего лишь быстро переодеться. Поворачиваюсь к кровати, но вдруг понимаю, что видела в окне кого-то. Да, я на четвертом этаже, но шторы здесь совсем прозрачные, и если кто-кто специально остановится во дворе, то он может увидеть меня.