Лич на стажировке. Часть 1 (СИ)

— Судя по тому, как он ладит с Киртом — самый, что ни есть. Маги земли иногда такие зануды...
— Кажется, я тебе уже рассказывал, что специализация магов определяется... 
Если судить о магической предрасположенности по характеру, то Альд тоже имел замечательные задатки мага земли. Подселенец лишь хмыкнул в ответ. А волшебница тем временем остановилась у крыльца нашего с ребятами дома. Я замерла рядом. Вечерело. Длинные тени протянулись вдоль улицы, и часть из них, казалось, немного подрагивала.
— О, защитные чары обновляют, — заметила Сидда. — Опять параллель пошла вприсядку...
— Что?
— Прости, мне пора, — заторопилась девушка. — А то они там сейчас наколдуют...
И исчезла. Если это и был способ телепортироваться, то я такого не знала. Мне же ничего не оставалось, кроме как войти в дом. Только дверь оказалась заперта. Неожиданно.
— Ну почему же, твои спутники не обязательно должны находиться здесь безвылазно. 
— Либо они заперли дверь изнутри, — с сомнением протянула я, впрочем, не припоминая, была ли изнутри щеколда. По логике, должна быть.
— Так постучи... 
Повинуясь неожиданному порыву, я полетела вдоль стены, обогнула угол дома и заглянула в окно. Мои спутники действительно просто заперлись изнутри. Несмотря на не слишком поздний час, они спали. На второй от окна кровати на спине вытянулся во весь рост Мэб с перемотанной левой рукой и повязкой на голове. Очень-очень бледная Линс лежала рядом, прижимаясь к его правому боку и положив голову на грудь. Умиротворяющая картина. Свою сумку я заметила на соседней кровати. Замечательно. Осталось только придумать, как тихонько попасть внутрь, чтобы не потревожить ребят. Окно было немного приоткрыто, и если отворить створку сильнее, то можно...
Ощущение чужого присутствия ледяной волной прокатилось по позвоночнику снизу вверх, чуть задержавшись у основания черепа. Я резко развернулась. Окна дома по соседству были пустыми и темными. На улице — тоже ни души.
— Альд, что это было? 
— Похоже на попытку наладить ментальный контакт, — после секундного молчания ответил подселенец.
— Что? 
— Мыслесвязь. Кто-то пытается с тобой... 
С новой ледяной волной голос Альда внезапно оборвался, и вместо него в моей голове раздался звучный, красивый, но вызывающий слишком хорошо знакомые ощущения тембр.
— Сестра моя, прости за беспокойство, — голос жреца в моей голове звучал даже немного виновато, — но у меня к тебе срочное дело.
— Килир... Это такая... неожиданность. 
Я лихорадочно пыталась понять, что делать, и при этом изо всех сил старалась думать совершенно нейтрально. Ощущение чужого присутствия в голове ощутимо давило, пригибая к земле. Интересно, достаточно ли в ответ просто думать, чтобы лич меня услышал? А еще — стоит ли мне ничего не думать сверх того, что стоило бы ему знать? Мало ли, каковы пределы... слышимости. Эти не мысли — скорее ощущения — вихрем поднялись во мне и тут же стихли. А так как полное отсутствие посторонних мыслей в моей голове было явлением чуть ли не мифическим, во избежание всякого пришлось сосредоточенно рассматривать кирпичную стену дома напротив.
Красивая, да. И даже почти ровная. Один кирпичик, два кирпичика... Ух ты, какое-то вкрапление. То ли насекомое, то ли...
— Не буду утомлять тебя долгим разговором, — не знаю, что там услышал в моей голове Килир, но его тон стал более ровным, из-за чего голос даже почти перестал вызывать у меня отвращение. — Комендант желает услышать твою версию о случившемся среди Дрожащих Холмов. И она будет... весьма благодарна, если ты сочтешь приемлемым поговорить с ней сегодня до полуночи.
— Хорошо, я скоро буду. И... можно вопрос? 
— Конечно, — похоже, жрец даже слегка удивился. Или сделал вид, что было даже более вероятным, пожалуй. Если брать во внимание, что сейчас он в теории может читать мой разум, как расправленный свиток. Хоть и, возможно, перевернутый к нему обратной стороной и вверх ногами.
 
— Не проще ли было кого-то прислать с этой просьбой? Я польщена, конечно, но... 
В моей голове раздался бархатистый грудной смех, от которого меня ощутимо передернуло. Да когда ж это прекратится-то...
— Не думаю, что для выполнения этой задачи нашлись бы добровольцы, хоть ты уже и успела продемонстрировать свою снисходительность к смертным. Даже дружелюбие, по моему скромному мнению, хоть смертные обычно это не ценят. К тому же, я просто рад любой возможности поговорить с тобой, поэтому и предложил свою помощь. 
— Ясно, — коротко ответила я.
На несколько секунд повисла тишина. Сосредоточенно пересчитывая кирпичики — тридцать девять, сорок — я ожидала дальнейших слов жреца, потому что ощущения мне подсказывали — мыслесвязь еще действует. Знать бы, как ее прервать со своей стороны...
— Что ж, если других вопросов нет — до встречи у коменданта, — опять эти отвратительная воркующая интонация.
— Угу. 
Ощущение чужого присутствия пропало. Наконец-то. Все-таки, Альд в моей голове ощущался куда более... Легким, что ли.
— Ну как? — тут же поинтересовался подселенец.
— Отвратительно. Сейчас мне больше всего хочется помыть голову. Изнутри. 
— Знакомое чувство. Кто это был? 
— Догадайся. 
— Килир? 
— Ага. 
— И что он хотел? 
— Сообщил, что комендант желает меня видеть, чтобы узнать мое мнение о произошедшем среди Дрожащих Холмов. 
— Интересно, что она об этом уже знает... — задумчиво пробормотал Альд. — Учитывая, что времени прошло немало... Скорее всего все то, что могли ей сообщить смотрители башни и твои спутники.
— Надеюсь, Мэб и Линс не описывали подробности своей последней встречи с Тидом. А то будет... неловко. Слушай, ты мог бы смеяться чуть менее издевательски? 
— Смех-смехом, — подселенец посерьезнел, — но ты, надеюсь, отказалась?
— Нет. 
Хорошо знакомый бесконечно терпеливый вздох.
— Ты имела полное право отказаться. 
— И дать Килиру повод снова покопаться в моей голове? Нет уж, спасибо. 
— Кстати, хорошо придумала насчет стены, — неожиданная похвала от Альда, как обычно, выглядела наполовину издевкой. — Защита срабатывает и при мыслесвязи?
— Как будто ты не ощутил отголосок моих эмоций... 
— На самом деле — не особенно. У меня ощущение, что чужая мыслесвязь блокирует мою возможность говорить с тобой, хотя твои мысли я улавливаю... И отголоска я почти не чувствую, хотя пытался настроиться. 
— Замечательно. Зато он теперь, наверное, прекрасно представляет, что я к нему чувствую. 
— Может быть так, а может и нет. Я не припоминаю, чтобы при ментальном разговоре что-то подобное ощущалось. Только фразы и те интонации, которые собеседник им придает — как при обычной речи, просто не вслух. 
— Забавно. 
— Вообще — ситуация паршивая. Если Килир повадится прибегать к мыслесвязи по любому удобному поводу, могут возникнуть проблемы. Например, в бою. Но хорошо, что его способность к ментальному разговору удалось выяснить сейчас, а не в какой-нибудь менее подходящий момент. Это умение и в мое время давалось далеко не всем. Осталось только придумать, как ограничить... 
— Можно... придумать себе какую-нибудь категорическую несовместимость с ней. Например, кости ломит. Такое вообще бывает? 
— Хм... Как вариант. Ты же у нас ду... м-м-м... юная прелестная особа, — опять издевательский тон. — И имеешь право на маленькие капризы. А он вроде бы и не против им потакать. По крайней мере, пока что.
— Очень смешно. 
— А я и не шучу. Пока он поддерживает правила этой игры — нужно пользоваться имеющимся преимуществом.