Отражение не меня. Сердце Оххарона
* * *В коридоре меня ждал лохматый Ник.
– Ну, чего ты так долго, – недовольно протянул он и сразу сунул мне под нос какой-то цветок. – Чем пахнет?
– Медом, – буркнула я.
– Точно! – обрадовался парень, хватая меня за руку. – Идем, там уже все собрались, а я тебя жду!
– Где собрались? – не поняла я. – И зачем ты меня ждешь?
– Как это – зачем? Мне же нужно описать целый мешок растений! А у меня нос заложен! Катастрофа! Будешь нюхать и мне рассказывать!
Я хотела возмутиться, что ничего нюхать не собираюсь, но вихрастый уже потащил меня куда-то.
– В главном зале сейчас собрание, там сам Зрячий говорить будет. Надо послушать!
С этим я согласилась и потому позволила протащить себя по коридору до широкой лестницы. Вообще, центральное здание Академии сильно отличалось от нашего крыла, где жили хранительницы с ученицами. Здесь было просто потрясающе, и в другое время я стояла бы, открыв рот и созерцая огромные люстры, бесконечные лестницы, открытые галереи с портретами магистров прошлого, фонтанчиками с питьевой водой, бьющей из искусно вылепленных пастей животных, и мелькающие разноцветные мантии учеников, что пробегали мимо. Главный зал тоже впечатлял своими размерами, и я впервые увидела, сколько в Академии магов. Оказывается, довольно много.
В Хандраш обучались целители – они носили зеленые мантии, бытовики, которых было больше всего – в коричневых, несколько человек в одежде из синей ткани – это говорящие с умершими, и отдельно сидящие серьезные маги в черных одеждах – боевые маги. Это те, в ком уровень силы максимальный и кто способен использовать ее для защиты Пятиземелья. Арви тоже сидел с ними и помахал мне рукой. Мои подруги были в другом конце зала, вместе с хранительницами в белых одеждах, но пробираться к ним я не стала, усевшись с краю вместе со своим новым знакомым.
– А почему у тебя мантии нет? – слегка рассеянно спросила я, оглядывая гомонящую, вертящуюся и шепчущуюся толпу.
– Дома забыл, – буркнул Ник. – Смотри, Зрячий идет.
– А почему он Зрячий?
– Грядущее видит. Суть вещей.
Я фыркнула. Тоже мне прорицатель. Не смог увидеть и предотвратить угасание Искры!
– Грядущее изменчиво и вариативно, это все знают, – заумно протянул Ник, угадав мои сомнения. – И видеть его – не означает менять! На изменение провидцы не способны. Это может только Искра.
– А зачем тогда вообще надо его видеть? – изумилась я. – Если ничего нельзя изменить, то толку от этих предсказаний?
Магистр тем временем вышел на помост, его голос магически усилился, доносясь до слуха каждого в этом огромном зале. Прежде всего маг призвал не поддаваться панике и сохранять спокойствие, объяснил, что магистры все уладят, и ученикам следует внимательно слушать наставников…
Я слушала как раз невнимательно, рассматривая зал и погрузившись в свои мысли. Зрячий мог обмануть любого из присутствующих, но не меня. К сожалению, я точно знала, что происходит, и что это не «временное явление». Происходящее казалось невероятным: еще утром я почти умерла и чуть не стала Искрой, а сейчас вот сижу здесь, в зале Академии, понимая, что для большинства все осталось по-прежнему. Просто странное утро, но кто в Хандраш удивляется странностям? Моя жизнь разлетелась на куски, от меня осталась груда осколков, весь мой мир, чувства, сознание, вся я целиком умерла и воскресла, изменилась безвозвратно, а кто-то рядом со мной сидит и зевает, раздумывая о том, что подадут на обед!
Удивительно, но день, навсегда изменивший меня, для кого-то стал просто еще одним днем. Я усмехнулась. А ведь еще вчера я была Отражением. Еще утром – почти Искрой. А к обеду стала просто оболочкой, наполненной лишь горечью и тревогой. Да, с такой скоростью изменений моей жизни даже страшно думать, что мне принесет ночь.
И снова пришли воспоминания, которые я так упрямо прогоняла… О мужском теле, что прижимало меня к полу, о губах, что целовали с такой страстью, лишая меня воздуха… Боги, как же мне хотелось не думать об этом! Стереть из своей памяти навсегда! Но мне казалось, что все вокруг напоминает о нем. Я смотрела на черные мантии и видела темные волосы Шариссара. Отворачивалась к стене, и в мерцании светильника чудились его черно-синие глаза. Я делала вдох и ощущала запах его тела, что заставлял меня сжимать кулаки до боли!
– Эй, ты чего побледнела? – Ник дернул меня за рукав.
– Ничего, – я попыталась сосредоточиться на словах магистра.
– … с сегодняшнего дня вводится обязательная боевая подготовка для всех учеников Хандраш. – Часть речи я пропустила и не сразу поняла, о чем говорит маг. – Это касается всех направлений и факультетов.
– Девушки тоже будут учиться драться? – изумилась высокая красавица в зеленой мантии. На скамьях целителей произошло волнение, они встревоженно переглядывались.
– Да, – твердо ответил Зрячий. – Вы не ослышались, Виола. Боевая подготовка коснется всех учеников Академии. И начнется уже сегодня. Точнее, прямо сейчас вы должны явиться на тренировочное поле.
Теперь зашумел весь зал.
– Ого, – присвистнул Ник. – Значит, дело плохо. И войны не миновать.
Я с подозрением уставилась на лохматого худощавого паренька.
– Слушай, а ты с какого факультета?
– Знаешь, а мне бежать пора, – Ник вдруг вскочил, подхватив свой мешок с травой. – Еще увидимся, Лея!
– Кто это был? – ко мне пробрались Полина и Рин. Магистр свою речь закончил, и ученики расходились, активно обсуждая новости.
– Просто знакомый… Слышали, что сказал магистр?
Мы переглянулись, обменявшись понимающими взглядами. По молчаливому соглашению было решено не распространяться об утренних событиях.
– Девочки, чего застряли? – к нам подошла Тисса. – Всем велено явиться на тренировку.
– Хорошо Камилле, ей разрешили остаться в комнате и отдыхать, – тихонько вздохнула Полина. С сомнением осмотрела свое пухленькое тело. И снова вздохнула.
Я ободряюще похлопала ее по руке, и мы покорно пошли за Тиссой.
* * *Если мы ожидали какого-то легкого занятия, например, пробежки, то сильно ошиблись. Тренировочное поле боевых магов представляло собой полигон с самыми разнообразными мишенями, снарядами, траншеями, какими-то кольцами и ужасающими орудиями. Полина в голос застонала, увидев все это. Впрочем, не только она. Целительницы громко возмущались, отказываясь участвовать в этих «пытках». Только слушать их не стали, мрачный темноволосый парень просто раздал девушкам арбалеты и, окинув хмурым взглядом, велел стрелять.
– Приказ магистра, – безразлично бросил он протестующим.
Златовласая целительница Виола, поджав губы, натянула тетиву, и ее стрела улетела куда-то в небо. Из рядов зрителей донеслись смешки. Виола отчаянно покраснела.
– Ой, ну кто доверил арбалет девчонкам? – ехидно бросил из толпы парень в коричневой мантии. – Они же только и умеют, что травки перебирать! Лучше бы на кухню их отправили, печные горшки чистить!
Парни дружно захохотали. Вернее сказать – загоготали, отчего бледные и растерянные целительницы совсем сникли.
– А ну, дай сюда, – Тисса отобрала арбалет у Виолы, прищурилась, рассматривая мишень. И резко спустила стрелу. Парни, образовавшие за спинами круг наблюдателей, молча проследили ее полет и попадание в центр мишени. Не останавливаясь, Тисса спустила все десять стрел почти без перерыва, так быстро, что мы успели сделать лишь два вдоха.
За спинами повисла тишина, а потом кто-то восхищенно присвистнул.
– Вот это да!
Все десять стрел дрожали в самом центре мишени.
Тисса обвела парней хмурым взглядом и вернула арбалет Виоле.
– А теперь пусть кто-нибудь еще раз скажет, что место женщины у печных горшков!
Целительницы смотрели на охотницу, открыв рты в немом восхищении, впрочем, парни примерно так же. Темноволосый маг одобрительно улыбнулся и отошел. Виола склонила голову.
– Научишь? – спросила она, Тисса кивнула.