Отражение не меня. Сердце Оххарона

– Все не так просто, – Райден осторожно установил на серебряную подставку прозрачный шарик. – Посмотри на карту Пятиземелья, Лея. Наши территории довольно велики. И все основные силы армии сосредоточены на границах с зоной Сумрака. Правителям придется снять оттуда часть сил и перебросить к Хандраш. А на это надо время. Ситуация парадоксальная, но риф практически беззащитен. Ведь тысячелетия это было самое магическое место Пятиземелья, здесь не нужна была армия, нас защищала Искра. А теперь…
Он покачал головой.
– Подождите, – я попыталась осознать его слова. – Вы хотите сказать, что мы остались без поддержки Пятиземелья? Но как же… Правители обязаны нам помочь!
Он закончил устанавливать шарики и повернулся ко мне. Глаза мага были злыми, и я сглотнула, ощущая желание попятиться.
– Правители даже не знают, что Искра угасла, Лея. И я не уверен, что капитан Дрозд сможет найти хоть кого-то, кто к нему прислушается и поверит. Я отправил птиц с посланием, но ответа пока не получил. И у меня не получается поставить портал за пределы Хандраш. Искажение реальностей не выпускает.
– Что? – до меня постепенно доходил весь ужас нашего положения. – Но ведь придворные маги почувствуют уменьшение Света!
– Да, но не сразу. Время, Лея… Оно уходит. И думаю, Темный двор просто выжидает, пока Хандраш ослабнет достаточно для прорыва.
– Боги… Но как же так? Ведь когда в мир пришло Отражение, правители должны были подготовиться… Должны были принять меры… Собрать армию… – я увидела взгляд Райдена и осеклась. – Магистр, только не говорите мне, что правители не знали об Отражении!
– Это не входит в их полномочия, – любезно, словно на великосветском приеме, пояснил маг, и мне захотелось его ударить чем-нибудь тяжелым. – Дела Хандраш всегда были… секретны. И тайной Отражения и Искры владели лишь посвященные маги Ковена.
– Я сейчас закричу, – хмуро призналась я. – То есть правители Пятиземелья даже не в курсе, что наш мир на пороге завоевания другим миром? Маги это скрывали? Как это называется?
– Политика, – хмыкнул Райден и ударил ладонями по стене. Все установленные им шарики разом вспыхнули, и на каменной кладке образовался проход. Внутри было темно и тянуло сыростью, так что я поежилась.
– Поэтому нам надо сделать все, чтобы вернуть Искру, Лея. Или хотя бы часть силы. Я надеюсь, что это возможно. Прошу, – магистр протянул мне руку.
– Выглядит мерзко, – я заглянула в черное нутро и ахнула, когда магистр легко приподнял меня и перенес через край пролома.
– Внизу будет светлее, – сказал он, сжимая мне ладонь. – Осторожно, тут ступеньки.
– Я ничего не вижу!
Я на ощупь поставила ногу, опираясь на твердую руку мага. Мы спускались по довольно узкой лестнице, на расстоянии меньше вытянутой руки были каменные стены, влажные от плесени.
– Терпеть не могу подземелья, – буркнула я. – Надеюсь, вы ведете меня не в местный склеп? Предупреждаю, я боюсь скелетов!
– Зачем их бояться? – зловеще отозвался Райден. – Они мирные, погремят костями и успокоятся.
– Магистр!
Он тихо рассмеялся.
– Я пошутил, Лея. Нет здесь скелетов, не переживай. Здесь даже крыс нет.
– Это тоже как-то подозрительно, – он вел меня в полной темноте, все ниже и ниже. Лестница спирально закручивалась, и порой стены сужались настолько, что приходилось идти друг за другом. Через какое-то время мне уже начало казаться, что мы идем так бесконечно долго, а спуск все не заканчивался. И в этом мире темноты моим ориентиром была лишь теплая и сухая ладонь, что держала меня, и спокойное дыхание идущего рядом магистра.
– И куда ведет эта лестница? – не выдержала я.
– Скоро узнаешь. Потерпи немного.
Я прикусила язык, хотя хотелось расспросить. Мы сделали еще один поворот, и мне показалось… нет, не показалось! Определенно, стало светлее! Я даже могла рассмотреть гладкие стены и лицо мага. Свет шел откуда-то снизу, и чем ближе мы подходили, тем ярче он становился. Но это был не желтый свет сгорающего масла или факелов и не бледное мерцание лунницы, это сияние было ровным и белым. И меня все сильнее охватывало волнение и радостное ожидание. А когда лестница закончилась, и мы вошли в круглый подземный грот, я прижала ладони к груди. В центре лежал плоский камень, и именно от него исходило белое сияние.
 
– Это… Это же Оракул! Магистр Райден, это действительно он? Глазам своим не верю! К нему можно прикоснуться?
– И даже больше. Тебе надо на него лечь.
– Надеюсь, раздеваться не придется? – ляпнула я, и Райден насмешливо изогнул бровь. А я, кажется, покраснела. Тогда, в обители Искры, мои чувства словно занемели из-за произошедшего, и мне даже стыдно не было. Тогда мне вообще было на все наплевать. А сейчас воспоминание о том, что магистр видел меня без одежды, заставляло меня испытывать мучительный стыд. Боги, как представлю, какая я там стояла… Обнаженная, с распущенными волосами и наверняка безумием во взгляде.
Ужасно стыдно. И больно.
Я скрипнула зубами и отвернулась, не желая видеть его лицо. Райден же неожиданно поднял меня на руки и посадил на камень.
– Достаточно будет снять обувь, – сказал он и стянул с меня правый ботинок.
– Я сама…
Но магистр уже снял и левый, чуть задержав ладонь на моей стопе.
– И чулки тоже, Лея.
Он отошел, а я прижала босые ступни к камню.
– Он теплый, – растерянно пробормотала я. – Неужели это правда легендарный Оракул?
– Да, – я услышала в голосе мага улыбку. Он повернулся, когда я закончила с чулками, и подошел. – Ложись на спину, Лея.
Я подчинилась. Потолок тоже слабо светился, словно отражал свет камня.
– Магистр, – вдруг спросила. – А откуда взялась первая Искра? Действительно упала с неба в воды моря? И ее вытащил в своем неводе рыбак?
Он ходил вокруг камня, расставляя какие-то предметы, и я повернула голову, наблюдая.
– Я не знаю, Лея, – и улыбнулся, увидев мое недоверчивое изумление. – Мне, конечно, льстит твоя вера в то, что я знаю все на свете. Но все же я не настолько… древний.
Я насмешливо фыркнула и выразительно посмотрела на мага.
– Но, думаю, это лишь легенда. На самом деле никто не знает, откуда взялась первая Искра. Не поднимайся, – осадил он, увидев, что я привстала. – Искра появилась три тысячи лет назад, по нашим подсчетам. И до наших дней сведения о ее появлении дошли лишь в виде легенд. Древние свитки повествуют о квинтэссенции любви, которой она является…
Я снова фыркнула, вспомнив призрачную девушку в Белой башне. Нашли любовь!
– Полупрозрачный призрак с тоской во взгляде как-то мало похож на эту самую… квинтэссенцию, знаете ли!
Райден улыбнулся и продолжил:
– Пожалуй. Но она действительно возникла на этом рифе. Возможно, благодаря Оракулу. Этот камень способен усиливать и накапливать Свет. Поэтому частицы его мы используем в магических жезлах.
– То-то я и смотрю, что камушек с одной стороны словно мыши погрызли! Вы ведь отламываете по кусочку на эти усилители? На жезлы? – хмыкнула я, а маг негромко рассмеялся.
– Оракулу это не вредит. Он восстанавливается, словно живой организм, наращивает частицы, что мы забираем. Хотя, возможно, для него мы действительно всего лишь надоедливые мыши. Я раньше об этом не задумывался, знаешь ли!
Я поерзала. Камень был теплым и гладким, лежать на нем было довольно удобно, но как-то не слишком приятно думать, что Оракул – живой.
– Но главная его особенность – Оракул видит Свет в людях. Ты ведь знаешь, что с его помощью наставники отбирают будущих магов?
– И вы хотите узнать, осталась ли во мне Искра? – заключила я. – Оракул это увидит, да?
– Я на это надеюсь.
– Что я должна делать?
Райден закончил свои приготовления и склонился надо мной. Зеленые глаза сияли каким-то магическим светом, словно внутри них горел огонь.
– Прижми ладони и ступни к Оракулу, Лея. И не двигайся.
– Будет больно? – тихо спросила я.
– Нет. Не бойся. Но ты должна быть спокойна и не волноваться, что бы ни происходило. Оракул – это артефакт. Он способен приоткрыть тайны событий и явлений, дать ответ на вопрос. Он даже может показать грядущее. Но при этом усиливает истинные эмоции до высочайшей точки, поэтому постарайся не нервничать. Думай о том, что действительно для тебя важно, Лея.