Спящая красавица, или Сказка про пушистого котика (СИ)

Но вся прелесть таких «камешков» именно в их простоте и завершенности. Если они ни на что не влияют и ничего не умеют, то и на них ничто не повлияет. Они просто полетят, столкнутся и ужалят, выпустив всю энергию разом. Нэлла когда-то даже мечтала, что придумает как в «камешках» заключать побольше энергии, чтобы еще и разрушали что-то. Но это оказалось невозможным, стоило увеличить ее количество и искорки не получалось, ее оболочка попросту расползалась, неспособная выдержать излишки силы. И только спустя годы посмеявшийся дед объяснил, что никакой оболочки нет вовсе. Просто в «камешек» помещается как раз то количество энергии, которое может находиться в спокойствии, сжимаясь в саму себя, а добавь ее чуть больше, и начинают прорастать щупальца, разрывая искорку в клочья и превращая ее всего лишь во вспышку света.
— Да, самое простое, порой самое надежное, — повторила Нэлла слова отца, а потом сжала «камешек» между пальцами, подбросила себя вверх в усиленном прыжке и швырнула свою искорку в любителя черных балахонов, целясь в спину.
А этот тип взял и дернулся в сторону котика, еще и присел немного, так что он был сам виноват, что попал «камешек» ему в шею. А уж в том, что он взял и шлепнул себя по шее ладонью, в которой как раз сформировал какой-то сюрприз для оборотня и вовсе ничей вины, кроме его собственной, не было. Собраннее надо быть, не реагировать, не подумав, на мелкие неприятности. Тогда бы и не свалился на землю, скрючившись и подвывая дуэтом с невезучим воином.
Лост замер, покрутил головой туда сюда, почему-то улыбнулся и спросил:
— Боевая цапля, это ты?
— Я, — недовольно отозвалась Нэлла. Мог же хоть по имени назвать, раз не желает упоминать Дом, Род и Дорогу.
— Не подходи близко, тут «завеса мрака» или другая какая-то пакость похожего воздействия. Амулетная, кстати, похоже, у стражи сперли в те времена, когда такие штуки были не именными.
Нэлла громко хмыкнула.
— Я сейчас возьму девочку и выйду, — продолжил говорить, как ни в чем не бывало, котик. — Что ты, кстати, сделала с любителем завес?
— Ничего, — честно призналась девушка. — «Камешек» бросила, а он сам себя ладонью шлепнул.
— Чудесно, — оценил Лост. — Комарика прихлопнул. Любитель какой-то и наверняка самоучка. Или из этих, родовитых со страшными тайнами. Следи за ним, если опомнится, бей чистой силой, что-то другое завеса может изменить, а силу только ослабит.
Нэлла опять хмыкнула, сообразив, почему котик не рискнул бить на бормочущий голос. Тут бросишь то парализующее плетение и устроишь случайно самосожжение, а бросаются чистой силой не видя куда, только полные идиоты.
— А как же они сами? — спросила Нэлла, задумавшись о том, что необразованные преступники могут не знать, что завеса магию меняет и начать швыряться всем подряд в стражу.
— Такие амулеты идут в комплекте с глушилками, — объяснил котик. — А настоящие мастера, которым глушилки до одного места, если у них есть время, формируют кокон, а потом из него делают, что хотят. Так что ловить при их помощи кого-то действительно умелого — зряшное дело. Некоторым, правда, и коконы не помогают, мозгов не хватает на то, чтобы не бить самого себя по шее. Интересно, кто ему подсказал, что нужен кокон? Он его заранее сформировал, находясь в завесе, вряд ли бы смог, не тот уровень.
— Да, интересно, — согласилась Нэлла, а потом вздохнула и стала подсказывать котику как быстрее дойти к замолчавшей почему-то девчонке.
Потом еще пришлось подсказывать ему как выйти, чтобы не влезть с развязанной пленницей на руках в колючие кусты. А потом котик задумчиво потряс головой, оглянулся, полюбовался продолжавшей подвывать парочкой и задумчиво произнес:
— Ну, очень интересно, к чему бы это.
Но объяснять ничего не стал, хотя Нэлла попросила, довольно вежливо.
— А ведь я тебе помогла, — заявила девушка. — Ты мой должник!
— Я не спорю и долг отдам.
— Чудесно! — разозлилась Нэлла. — Тогда будешь мне помогать с основами!
— Я не спорю, — повторился котик.
Девчонка, которую он аккуратно усадил на землю, почему-то хихикнула. Нэлла вдруг почувствовала себя так, словно с размаха влезла в ловушку, хотя, казалось бы, раз сплошная польза, что это за ловушка такая? А где-то совсем недалеко, скорее всего рядом с домами, кто-то начал кричать, требуя оставаться на месте и обещать разные ужасы, вроде упаковки в стазис. Так что разговор с котиком пришлось отложить.
 
— А вот и стражники за своей собственностью явились, — задумчиво произнес Лост. — Только полный идиот станет пользоваться в городе чем-то украденным у стражи. Они иногда даже срочно выехать в какое-то село, а то и лес или поле не ленятся, если там сработает что-то украденное у них триста лет назад. А тут всего несколько десятилетий прошло, максимум.
  
глава 29 окончание
 
Охотник на котиков оказался обыкновенным свободным магом. Причем, чрезвычайно упорным в этой «свободе». Настолько, что ему даже в родном королевстве сидеть не захотелось и он пустился в путешествие по чужим землям, в поисках чудес достойных истинного мага.
Ну, у Нэллы сложилось впечатление, что этот странный тип попросту искал место, где ничего не надо делать, но все будут носить на руках и пихать в рот сладкие булки за красивые глаза. Хотя, возможно, она была не права. Носило этого типа везде, даже по весьма неприятным местам носило, он даже в каких-то Старых Пустошах на порождения мрака охотился.
Ну, носило, и носило, никому он по сути не мешал, пока не встретил учителя. Точнее — Учителя. Именно так, с большой буквы. Учитель был гениален, умел, храбр и полон кучи всяческих достоинств. Несчастного охотника на котиков, звали которого, кстати, Видар тэ-Тафсу, он обаял с первого взгляда, причем, настолько, что он готов был его восхвалять и днем и ночью. А вот чему он его учил, дознаватели, которым стражники передали этого странного типа, выяснить так и не смогли. Просто, больше всего было похоже, что над несчастным, полным веры и восторга учеником попросту издевались. Давали ему разнообразные задания и смотрели, что из этого выйдет. А потом, если каким-то чудом он справлялся, тыкали пальцем в то, где и как он сумел воспользоваться давно выученным, очень радовались, если он попутно умудрялся самостоятельно узнать, а тем более выучить что-то новое и говорили «а-яй-яй» если не справлялся с заданием. Вот и вся учеба.
А у Видара оно почему-то вызывало восторг. Такой вот странный парень.
И с чего вдруг Учителю взбрело в голову ловить оборотней, ученик, естественно, не спросил. Раз надо, причем надо поймать кого-то посильнее, значит пойдем и поймаем, чтобы Учитель по голове погладил, а может и похвалил.
Что этот Учитель собирался с оборотнем делать Видар не знал тем более. Он почему-то был уверен, что ничего. Как поймали, так и отпустят, главное задание выполнить. Потому что это такая учеба. И чем дальше, тем задания будут сложнее.
— Ага, и закончится все тем, что этому придурку его загадочный учитель прикажет завоевать Северную Островную Империю. И он с радостью помчится собирать войско, — проворчал Лост. — Дурость какая-то. Ладно он бы до оборотней ловил невинных дев, слепых коротышек, рыжих кикх-хэй или хотя бы черных кошек. Так нет же, оборотни сразу понадобились. И где этого учителя теперь искать? А то мало ли, может у него и другие ученики есть.
— Видар сказал, что учитель все равно придет и его заберет, чтобы обругать за провал, — сказал один из дознавателей. — Причем, положив ладонь на камень правды сказал и не солгал ни в едином слове.
— Будете ловушку устраивать? — полюбопытствовал Лост.
— Попробуем.
— Ну, глупость же какая-то, — проворчал Лост. — Причем, настолько глупость, что во мне паранойя просыпается и начинает твердить, что это неспроста, что так вот замысловато кого-то и от чего-то отвлекают. Или от кого-то. И что у этого Учителя таких Видаров целая куча. Да и Учитель может быть не один. А это уже очень серьезно, как бы глупо оно ни выглядело.