Спящая красавица, или Сказка про пушистого котика (СИ)

Вот так Бинка и оказалась в том странном мире. Нашла учителя и узнала, что второй ипостаси у нее практически не будет, белка слишком мала для того, чтобы часто оборачиваться без вреда как для разума, так и для здоровья. Да и получилось у Бинки за три года всего два раза, на больше какой-то части ее магии не хватало, эту часть приходилось копить. Ощущения, если честно, были странные, но прыгать было весело, и Бинка терпеливо копила на следующий раз.
Зато у Бинки теперь была хоть какая-то, но магия, и полезные травы она могла находить просто на нюх, даже у лекарки начала учиться, не пропадать же этому таланту.
А потом тот самый загадочный правитель оборотней взял и отправил ее с кучей других девчонок в столицу того мира, где она родилась. Зачем, Бинка не очень поняла, прослушала объяснения, если честно, а подруги почему-то были уверены, что для того, чтобы поймать в женские сети владетеля полуострова. И нет, владетель там был, что надо, Бинка его даже видела — довольно красивый и явно сильный мужчина, но ловить его, вопреки инстинктам, требовавшим держаться поближе к этому сильному мужчине, она не собиралась. У нее была куча других дел, и не хотелось тратить время на мужчину, который даже пахнет недовольством, когда видит молодых девушек-оборотней. Пускай кто-то другой эту стену бодает. А она поищет что-то более полезное, что-то такое, что поможет однажды заставить таких мужчин смотреть с интересом, не замечая других. Бинка не сильно понимала, что это может быть. Но Школа Стихий оказалась удивительным местом и найти здесь можно было что-то и вовсе неожиданное. А вредная удача все еще не расплатилась за свое долгое отсутствие.
— Так что мне обязательно повезет, — сказала Бинка кусту.
Он в ответ зашелестел и затрещал и, не успела девушка сообразить, что бы это могло быть, как в нос шибануло таким резким запахом, что в голове взорвался комок боли и она потеряла сознание.
  
глава 25 окончание
 
— Проклятый недодракон, — простонал Лост, когда мир перед глазами обрел краски.
Оборотень обнаружил, что стоит на коленях, опершись ладонями об пол, практически в классическом поклоне признавшего вину слуги, терпеливо ждущего наказания. И, главное, еще и кланяется так удачно. Прямо в ножки одной боевой цапле, которая смотрит круглыми глазами, боязливо прижимая к животу детскую книжку для изучения букв. Шокировал бедную девушку, которая отлично знает значение такого поклона и точно не ожидала чего-то на него похожего от котика. Особенно в свою сторону.
— Проклятый недодракон, — повторился Лост.
В голове все еще звенело и тяжело ворочалась боль, хотя чужой испуг, буквально сбивший с ног, пропал, как не бывало.
— Мерзкий мальчишка. И когда он эти манки повесить на них успел?
Задавать вопросы самому себе было глупо, но они почему-то успокаивали. И цаплю тоже успокаивали, вон даже с заботой начала смотреть, совсем уж неожиданное зрелище.
— Что-то случилось? — спросила боевая цапля.
Лост оттолкнулся ладонью от земли, огляделся. В кустах, в нескольких шагах, кто-то копошился. То ли дети из младшей школы прятались, то ли один пожиратель зелени. А может и вовсе ежики. Понять Лост не мог, нюх почти пропал, да и перед глазами все еще плавали мешающиеся яркие точки.
И, на удивление, Лост даже не сразу, но вспомнил, что когда получил ментальный удар чьими-то болью и страхом, он как раз шел по одной из тропинок сада. А вот зачем шел, вспомнить не смог. Хотя, конечно, вряд ли за чем-то важным, мог и просто гулять.
— Проклятый недодракон.
— Лост, что-то случилось? — повторила вопрос Нэлла.
— Да, — подтвердил оборотень. — Что-то случилось. С одной из моих подопечных. И только демоны знают с которой, где, почему и выжила ли она после этого. А у меня сейчас, из-за этого мальчишки, не умеющего соизмерять силу, даже нюх и зрение почти пропали. Не говоря уже о более тонких чувствах. И как мне теперь эту несчастную искать?
 
— Обязательно искать? — деловито спросила цапля.
— Обязательно, я же их опекун!
— Ага. А если попросить кого-то помочь, хотя бы кого-то из других подопечных?
— Похоже, я совсем плохо соображаю, — удивленно проворчал Лост и опять помянул мерзкого мальчишку. — А заодно, может, поймем, кто пропал. Хотя эти пигалицы и без пропадания могут разбрестись по всему городу.
Нэлла все-таки была правильной женщиной из Великого Дома. Пускай даже из семьи стражей, а не старшей и младшей правящих ветвей. Она тихонько шла за спиной и слева, наблюдала за тем, как накатывающая волнами слабость колышет мужчину то влево, то вправо, но предлагать помощь и не подумала. Настоящие мужчины из настоящего Дома примут помощь женщины только в самом крайнем случае, зачастую только после того, как благополучно потеряют сознание. Даже ее подчиненные бы не приняли, даже если бы она приказала. И цапля это отлично знает, поэтому и не предлагала ее никогда и никому.
Жалко только, что она упускает из виду, что этот мужчина вовсе не из ее Дома.
Правда, если бы и надумала предлагать свою помощь, вряд ли бы смогла удержать падающее тело. Разве что успела бы в момент падения насытить себя силой. Но у нее, скорее всего, нет нужной для этого реакции.
— Ничего, вот дойдем до лекарок и мне полегчает, — пробормотал Лост, упорно выравниваясь и продолжая путь.
А мерзкого недодракона хотелось попинать от души. И пару раз треснуть по голове. Чтобы осознал всю полноту ощущений от его художеств.
К лекарке Лост все-таки добрел, едва не свалился, споткнувшись о порог, а потом тяжело упал в кресло. И понял, что имеет все шансы в ближайшее время оттуда не встать. А встать было надо, чтобы отправиться на поиски девчонки, с которой что-то случилось.
— Кто это тебя так? — удивилась Малита, внимательно рассмотрев мужчину в своем кресле.
— Янир. Мерзкий недодракон, — устало сказал оборотень. — И самое противное, что этот мерзкий мальчишка наверняка не ожидал такого результата. Вряд ли ему было надо чтобы мне было настолько плохо из-за этого проклятого наложенного на девчонок зова. Манка для меня, на случай, если они попадут в беду. Он просто жалкий мальчишка. Недоучка. Совершенно не умеющий соизмерять свою безумную силу.
— С кем-то из девочек что-то случилось? — забеспокоилась лекарка.
— Да. И мне нужно прийти в норму. Быстро. Иначе я потеряю очень много времени.
Малита покачала головой и бросилась к шкафу заполненному баночками, коробочками и мешочками.
За тем, как лекарка ловко мешает какие-то порошки, разбавляет их остро пахнущей жидкостью, а потом добавляет воды, Нэлла наблюдала с интересом. А вот у котика было такое выражение лица, словно он точно знал — в итоге получится отрава для оборотней. Или для отдельно взятого оборотня. Впрочем, для него в итоге не будет никакой разницы.
Несмотря на это, отпил он предложенную гадость без сопротивления. Послушно посидел неподвижно, пока лекарка не разрешила отмереть, а потом нетвердо встал на ноги.
— Легче? — спросила Малита.
— Да.
— Постепенно станет еще легче, а потом и твой организм вспомнит, что умеет сам себя лечить. И я бы заставила тебя до того времени спокойно посидеть, распланировать дальнейшие действия, но ты же меня не послушаешься.
Котик тихо хмыкнул.
— Усиливающего и разгоняющего реакции зелья я тебе не дам. От них ты можешь через пару шагов опять свалиться. Поверх ментального удара их даже нюхать не рекомендуется.
— Благодарю, — сказал Лост. — Тогда пойду так. Идем, боевая цапля.
И Нэлла почему-то послушно пошла. И половину пути до женского общежития, в котором обитали и юные девы-оборотни, она думала о том, что Томия, воспылавшая непонятной любовью к стебелькам и прочим травинкам может быть не так и не права. Если с помощью этих травок при желании можно полудохлого котика оживить, то на что же они еще способны?