Гимназистка. Нечаянное турне (СИ)

— А он действительно надеялся всучить нам деньги? — чуть нервно поинтересовалась я, лихорадочно оглядывая номер на предмет того, не забыла ли чего личного.
И пусть Мефодий Всеславович к этому времени уже собрал всё, что я собиралась взять с собой, и всё нужное теперь лежало в моём саквояже, в том числе и деревянная шкатулка с домовым, но предосторожности никакие не лишние, если тебе противостоит маг.
— Моськин-то? — уточнил Песцов. — Настоящая мисс Мэннинг не задумываясь взяла бы деньги.
— Настоящая? Или та, что притворялась? — уточнила я.
— Крэг бы точно не захотел привлекать лишнего внимания. Считать ли это проверкой или попыткой избавиться от свидетелей? А боги его знают. Всё, Елизавета Дмитриевна, тянуть больше нельзя. Прощаемся.
— Удачи вам, Дмитрий Валерьевич, — искренне пожелала я и наложила на себя отвод глаз.
— О как, — крякнул Песцов. — Какая бы из вас получилась прекрасная спутница, Елизавета Дмитриевна, жаль, что турне провалилось. Ну ничего, Волков за это ещё ответит.
С этими словами Песцов распахнул дверь номера и церемонно попрощался на английском языке с пустотой, давая мне возможность незаметно покинуть номер. Предосторожность была не лишней: в коридоре обнаружилась горничная, которая, пыхтя от усердия, чистила раму висевшего на стене пейзажа. Перьевая метёлка в её руках порхала, словно была живым существом, а не скучным уборочным инвентарём.
Песцов неторопливо шествовал по коридору, я аккуратно пристроилась ему в арьергард, рассчитывая, что удастся столь же незаметно покинуть и саму гостиницу. Пока я даже не задумывалась, куда идти и что делать дальше, решила положиться на судьбу и волю Велеса. Да, именно так: если уж этот древний славянский бог меня отметил, то непременно станет и дальше присматривать.
Но, видно, как раз сегодня Велес от меня отвлёкся, поскольку в холле гостиницы обнаружился необычайно довольный Волков, при виде Песцова оскаливший зубы в попытке показать радость от встречи. Моськин тоже был там, перекрывая выходную по всем правилам. Кроме Моськина, было еще два гражданских типа, явно входившие в группу поддержки Волкова.
— Какая встреча, Дмитрий Валерьевич, — рыкнул Волков, плавно выдвинувшись навстречу Песцову. — Мне передали, что моё доверенное лицо вас оскорбило. Приношу свои извинения, если это так.
Моськин вздрогнул и даже как-то прижал уши к голове, хотя в человеческом облике это было не столь выразительно, как в собачьем. И хвост, хвост был ему сейчас жизненно необходим, чтобы поджать.
— Откуда мне было знать, Александр Михайлович, что это ваше доверенное лицо? Никаких документов мне не предъявили, с меня же, напротив, старались взять неоговорённую ранее расписку. Мне казалось, что в наши внутренние дела не стоит посвящать посторонних. Слишком они могут неоднозначно трактоваться законом, если вы понимаете, о чём я.
— Моськин мой подчинённый, — отрывисто бросил Волков. — Вы могли ему полностью довериться.
Оказалось, хмыканье довольно заразно и Песцов тоже подцепил эту нехорошую привычку от мисс Мэннинг, потому что именно этим междометием указал своё отношение к словам Волкова. И в самом деле, доверять тому, кто полностью предан противнику, — что за глупая идея?
— В любом случае сейчас здесь я сам, так что закроем этот вопрос.
Песцов закрывать вопрос не торопился, с тоской посмотрел на двери, но было понятно, что никто его не отпустит просто так. Хотя время он всё же решил потянуть.
— В газете писали, что Соболев обвинил вас в краже домового.
— Да какая кража? — возмутился Волков. — Наверняка сам уморил, а когда обнаружил исчезновение, решил, что я ему удачно подвернулся.
Если это официальная версия, то она меня очень радует. Возможно, она порадовала и Песцова, но тот лишь осторожно уточнил:
— И всё же как вам удалось решить проблему с Соболевым? Если это, конечно, не секрет.
— Да какой секрет, дражайший Дмитрий Валерьевич? Вызвали независимого мага, который и определил, что ритуал, проведённый мной, был всего-навсего поисковым.
 
Волков демонстрировал полную открытость, но Песцов играл не хуже. Пожалуй, будь я членом жюри, оценивающим их артистические данные, компаньон получил бы куда более высокую оценку, чем противник. И отнюдь не потому, что я была пристрастна: во всех движениях Волкова сквозила неестественность, Песцов же показывал именно то, что хотел, и так, что никто не усомнился бы, что он испытывает именно это чувство.
— Поисковым? — поразился Песцов. — Кого же вы пытались искать? Неужели там погибли не все вами натравленные на нас волки?
Волков сузил глаза, демонстрируя раздражение, но ответил подчёркнуто спокойно:
— Я понимаю, почему князь Соболев пытается взвалить на меня вину за собственную халатность, но вам-то, Дмитрий Валерьевич, какой прок, если меня облыжно сделают виновным?
— С чего бы облыжно? А ваш артефакт, приманивающий волков и найденный в санях Соболева? — резко бросил Песцов. — Не в поисках ли его вы сворачивали с наезженного тракта?
— Помилуйте, Дмитрий Валерьевич, — рассмеялся Волков, — с чего вы взяли, что этот артефакт принадлежит нам? Там стояло клеймо наших артефактных мастерских или было ещё какое указание на наш клан?
— Нет, но…
— Но что? С таким же успехом артефакт мог подсунуть сам Соболев, чтобы потом обвинить нас. Возможно, решил перестраховаться. Отпугивающий волков артефакт не работал, что Соболев, вне всякого сомнения, знал. И тем не менее безопасностью приглашённой певицы не озаботился, не так ли? Возможно, речь шла не о небрежности, а о злом умысле? Погибни вы — и Соболевы окончательно выставят нас из губернии, чего мне бы хотелось избежать. Невыгодно это нам, понимаете, Дмитрий Валерьевич?
Песцов явственно засомневался, и у него были веские причины: Соболев не выглядел щепетильным, поэтому использовать схему, предположенную Волковым, вполне мог. Меня же в разговоре Волкова неприятно царапнул факт его осведомлённости об испорченном артефакте. Вряд ли такие сведения пошли гулять из клана Соболевых сами по себе, а это значит, что у Волкова там был шпион.
— И сейчас я пытаюсь решить возникшие проблемы мирным путём, — продолжал разливаться соловьём Волков. — Поэтому предлагаю пройти к…продолжим называть её для общего удобства «мисс Мэннинг».
— Что вы имеете в виду? — нервно фыркнул Песцов, как и я, почуяв спинным мозгом грядущие неприятности.
— Не здесь же, — широко улыбнулся Волков. — Пройдёмте в номер к мисс Мэннинг и там поговорим. Все вместе поговорим. Она ведь тоже заинтересованное лицо, не так ли?
Песцов молча развернулся и пошёл наверх. Волков неторопливо поднимался с ним рядом. Его спутники остались в холле, поэтому я, недолго поколебавшись, отправилась к своему номеру. В конце концов, вдруг Песцов нуждается в поддержке? А я могу осуществить не только моральную: в коридоре на стене висело приличных размеров кашпо с традесканцией. Уверена, в случае чего на голове Волкова она будет смотреться ещё лучше, чем на стене. Но пока случая проверить не было, и я, затаив дыхание, ждала продолжения разговора.
Но Волков молча шёл до самой двери. Перед ней остановился и уверенно постучал. Ожидаемо ему никто не ответил, лишь горничная перестала сметать пыль, прижала метёлочку к пышной груди и с восторгом уставилась на привлекательного военного. Тот же постучал ещё раз и вкрадчиво спросил:
— Мисс Мэннинг, мы можем поговорить?
— Возможно, Филиппа спит? — предположил немного пришедший в себя от ударов судьбы Песцов.
— Вы только недавно вошли в гостиницу, — насмешливо заметил Волков и постучал уже кулаком.
 
Было очень заметно, что он начинает злиться и ещё немного — и стучать будут уже ногами, потому что на громкий стук из номера всё так же никто не отвечал.
— Может быть, даме стало нехорошо? — пискнула горничная. — Она такая бледная была, когда пришла.
Волков наконец удостоил её взглядом, скорее, хмурым, чем одобрительным, но стучать прекратил. С его руки неожиданно сорвалось плетение, точь-в-точь по проявлениям похожее на то, каким Владимир Викентьевич проверял как-то мою комнату на предмет посторонних визитёров. Плетение в номере никого засечь не могло, и всё же я заволновалась: а что если Волкову придёт в голову проверить таким же образом всю гостиницу? Выдержит ли мой щит или покажет штабс-капитану, что кто-то пытается от него скрыться?