"Фантастика 2023-200". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
Вспомнил советский спектакль «Заседание парткома» и успокоился. Там ведь тоже на заседание парткома какой-то стройки не всех пускали. А тут, как-никак, заседает главный партком Страны Советов – Политбюро.
Решив, что сетовать глупо, уселся за свободный стол и принялся изучать бумаги. Ну, а коли они снабжены соответствующими атрибутами – подписями и печатями, то документы.
Первая заявка исходила из народного комиссариата здравоохранения. Все честь по чести – угловой штамп, печать и подпись товарища Семашки. Нет, все-таки Семашко, потому что фамилии, оканчивающиеся на «о» не склоняются. И что желает заполучить советское здравоохранение? Не так и много – сто тонн йода, вату в количестве двадцати тонн, аспирин – не менее тонны. Скромно. Кое-что я уже купил. Надо бы пометочки сделать, чтобы не запутаться.
– Товарищ, вы не могли бы одолжить мне свой карандаш? – улыбнулся я худосочному секретарю.
– Карандаш? – недоуменно переспросил тот. Похлопав глазами, переваривая просьбу, продемонстрировал мне свое собственное орудие труда и назидательно сказал: – А карандаш, товарищ Аксенов, нужно всегда иметь свой. Кремль вам не лавка, и не канцелярия. Карандаши, товарищ Аксенов, больших денег стоят.
Я задумчиво почесал затылок, вздохнул, и встав из-за стола, подошел к товарищу. Придержав худосочного за плечо, чтобы не дергался, вежливо попросил:
– Сидите-сидите, я сам возьму…
Вытаскивая из потного кулака карандаш, подумал, что совершил ошибку, не закупив во Франции хотя бы сотню карандашей, а ведь мог бы. Чего-чего, а этого добра в Париже хватает, и стоят они недорого – по десять сантимов за штуку. Про лезвия к безопасной бритве подумал, купив, в пределах разумного (чтобы таможни вопросов не задавали), и для Артура, и для ребят из ИНО, а с карандашами оплошал. Впрочем, в стране сплошного дефицита сложно угадать, что нужно везти, а что нет.
Сев на свое место, начал делать пометки – что я уже купил, и что необходимо еще докупать. Йода приобрел пятнадцать тонн, маловато, зато аспирина и прочих жаропонижающих препаратов взял тютелька-в-тютельку, как чувствовал. И сальварсана не зря закупал. Правда, его хотят целых две тонны, а у меня меньше. Видимо, совсем сифилис народ до ручки довел, если требуется в таком количестве «спасительный мышьяк». С другой стороны, Россия – страна большая, зараженных много. Знаю, что есть целые уезды, зараженные сифилисом. Что такое две тонны таблеток супротив массового заболевания?
А до секретаря, похоже, только сейчас дошло, что с ним проделали, и он начал медленно подниматься с места.
– Да я тебя… – начал он, но я прервал его начавшуюся филиппику благожелательной улыбкой:
– Товарищ, из-за какого-то несчастного карандаша вы собираетесь подраться с начальником отдела ВЧК, да еще во время заседания Политбюро? Я же вам спасибо сказал? Нет? Сейчас подойду, и исправлюсь.
Кажется, улыбка сработала, и секретарь, осознав, что связываться не стоит, угрюмо уселся на свое место. Посмотрев на меня зверообразно, вытащил из ящика стола новый карандаш. Вот ведь жаба! Мы таких в сортире топили.
К машинописной заявке наркомата здравоохранения приколота записка. С трудом «продравшись» сквозь «врачебный» почерк, осознал, что мне предписано приобрести следующие лекарства: Радиум для питья (раствор бромистого радия в подкисленной воде). Пакет содержит три склянки – необходимо десять пакетов; Радиум для ванн (также раствор бромистого радия) – пакет содержит одну склянку, сто пакетов; Радиевые компрессы (наполнены сильно активной радиевой грязью; выпущены трёх различных величин) – двадцать пакетов. И подпись – не то Готье, не то Гетье.
Так и захотелось вскрикнуть, как тот волк из мультика: «Что, опять?». Имею ввиду, что опять на моем пути встречается радий и радиоактивные лекарства. Слов нет. Радиоактивные лекарства, как панацея от всех болезней. Одно лечим, а все остальное калечим. И кто такой умный? Подпись мне ни о чем не говорила, но вот то, что записка напоминала рецепт – не хватало только личной печати врача, навело на некоторые раздумья. А уж не личный ли врач товарища Ленина этот Гетье? И что, он лечит Владимира Ильича радиоактивными лекарствами? У меня вдруг закралось подозрение – а не является ли странная болезнь и последующая смерть Ленина результатом «лечения»? А ведь что самое скверное – я не смогу объяснить вред этих лекарств. Кто мне поверит, если в двадцатые годы двадцатого века опиумную настойку прописывают как средство от поноса, а в Париже не один раз видел объявления, что дипломированный врач излечивает импотенцию с помощью новейших методов электричества? И астматикам доктора прописывают специальные папиросы.
Нет, наверняка в Париже можно приобрести все эти снадобья, но стоит ли это делать? А ведь если я как-то «отмажусь» – дескать, не смог, не приобрел, нет в продаже, то найдутся доброхоты и без меня. Из самых наилучших побуждений найдут, из-под земли достанут и привезут Владимиру Ильичу радиоактивную отраву, и будет его этот Готье-Гетье пичкать, пока вождь мирового пролетариата не умрет. Хм… Думай, башка, шапку куплю. Ладно, что-нибудь да придумаю.
Следующая заявка со штампом Народного комиссариата просвещения. Странно, но она написана на имя товарища Кустова. А почему не на Аксенова? Ох ты, совсем крыша поехала. Все же правильно, начальником торговой миссии «Центросоюза» является сотрудник НКИД Кустов. Наркомпрос, в лице народного комиссара товарища Луначарского, категорически требует закупить для нужд просвещения, образования и науки не менее десяти тысяч пудов бумаги, и три тысячи пудов чернил. Ишь, требуют они… Но для образования и науки надо. И отчего это Луначарский дает заявки в пудах, если на метрические единицы перешли еще в одна тысяча девятьсот восемнадцатом году? И пусть для населения сделали послабление, но сам-то нарком мог высчитать, а теперь мне самому мучиться. Десять тысяч пудов – сто шестьдесят тонн. Это что, целый корабль загружать бумагой? Ну ни хрена себе! Бумага ладно, куплю, сколько смогу. А вот чернила? Ну совсем ошалели в России. Неужели сажу не смешать с клеем, да не развести водой? Нет уж, чернила из-за границы не повезу. Нэп на дворе, сами научатся делать. И, есть у меня подозрение, что бумага с чернилами станут очень выгодным делом. Вместе с нэпом станет расти родимая бюрократия, а это расходование бумаги с чернилами. Столько, сколько потребуется для отчетов, ни одному школьнику не извести.
Ага, а вот и заявка Наркомата по национальным делам, за подписью товарища Сталина. Интересно, чем я могу помочь в разрешении межнациональных отношений нашего многонационального государства? Закупить во Франции работы по этнографии и этносоциологии? На кой, товарищу Сталину иностранные авторы? Кстати, кроме Конта с Дюркгеймом никого и не вспомню. Конт, насколько помню, основоположник социологии. И его, и Дюркгейма, наверняка уже перевели на русский язык. И сомнительно, чтобы западная наука помогла нам в решении национальных проблем. Напакостить она точно сможет, а уж решать, как правильно налаживать национальные отношения, мы сами будем. Вначале, разумеется, дров наломаем, но потом у нас все получится.
Нет, в заявке отчего-то идет речь о буровом оборудовании. Так – буровое долото – двадцать штук, вертлюги – двадцать, бурильные трубы, тросы… И приписка, сделанная от руки: «Американское и румынское оборудование не брать. Дерьмо!». Сурово. С румынским оборудованием ладно. Не слышал, чтобы Румыния делала качественные машины. А американцы-то чем не угодили? Они же, вроде бы, считаются первопроходцами (или первопроходимцами?) по добыче нефти. Джон Рокфеллер и его «Standard Oil», как помню, получил исключительное право торговли советской нефтью.
С Рокфеллерами вообще интересно. Если верить сторонникам «теории заговора», то вся экономика мира развивалась как следствие борьбы Рокфеллеров и Ротшильдов. Дескать, когда бакинская нефть попала под контроль Ротшильдов, а Россия стала крупнейшим после Соединенных Штатов поставщиком нефти в мире, то Рокфеллер, недовольный подобным положением, устроил в России революцию.