"Фантастика 2023-200". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
Смотрим остальные фото. Ого, стоило вчера Константину здоровье пошатнуть, стоило. Не один десяток монет. Такое впечатление, что в обороте практически не были. Похоже на чью-то старую коллекцию. Ан нет, тут что-то другое – на ряде снимков половинки монеток, имеются даже четвертинки. Недобрая, ох недобрая рука такое непотребство творила – порублены то все монеты не дешевые, как будто демон, недолюбливающий нумизматов, свои черные дела творил. И, что интересно, географически и во временном отрезке монеты все локализованы – Веймарская Республика. Металл тоже разнообразием не отличается – серебро, пятисотка.
– Как здоровье, Константин?
– Серег, давай без приколов. Ради общего дела страдал, прошу это оценить и перевести благодарность в область материального премирования.
О как заговорил, это, наверное, после болезни. Как, оказывается, вирус свиного гриппа человека изменить то может. Всего неделя госпитализации, а как будто курс ораторского искусства Костя прошел, причем не в самом плохом месте. Или, это общение с медицинскими сестрами на него так благотворно повлияло? Надо будет как-нибудь проверить, устроить над собой подобный эксперимент. Чего не сделаешь с целью профессионального роста и повышения экономической эффективности деятельности…
– Молчу, молчу… Размер премии определим по конечному результату деятельности. Поясни по монетам. Что ты там такое надыбал? И что за варвар показательную рубку Веймара там у тебя устраивал? Знал ведь, самое главное, что половинить и четвертовать, нет бы выбрать монетки попроще.
– Счас, погоди, водички хлебну и тебе перезвоню.
– Ты там, водичкой то не сильно увлекайся и не замени ее чем-нибудь. Нам с тобой сегодня еще работать надо, монетки выкупать.
– С выкупом сложно будет, тут другой вариант. Подожди, счас перезвоню. Фото пока смотри, прикинь по деньгам, по самому бюджетному варианту.
Ну, пока Константин свое здоровье, пошатнувшееся поправляет, посмотрим повнимательнее картинки с монетами. Так, интересно, все трехмарочники, тенденция какая-то непознанная. И целенькие и кусочками. Начнем с не порченных.
Тысячелетие Рейнланда, шит в просторечии. Парочка. Обе монетки Берлинского монетного двора. Нет бы Штутгарт попался, но нет – Берлин. Семьсотлетие дарования свободы городу Любек. Одна шутка. Лучше бы их две было, а шит один. Но уж как попало. Университет в Марбурге. Раз, два, целых три. И все как вчера сделаны, даже по фото видно. Девятьсот лет Наумбурга. Аж пять штук. Парочка Лессингов, столько же Гете. Так, что еще. Десятилетие Веймарской Конституции, шесть штучек. А вот цеппелин только один. Еще по одной освобождение Рейнланда и Штейн. Это все целые монеты. Переходим к порубленным. Половинкам и четвертинкам. А испорчены то все монеты по три рейхсмарки, не юбилейные и не памятные, а те что с тридцать первого по тридцать третий год чеканили. Одна половинка тридцать третьего года даже из Карлсруэ оказалась. Лучше бы уж Конституцию или шиты порубили…
Только с монетами разобрался, Константин звонит. Даже по голосу слышно, что здоровье должным образом поправлено, на все сто готов к труду и обороне… Попала вожжа под хвост, бывает с ним такое…
– Докладывайте, любезный Константин, как дошли до жизни такой.
– У корешка давнего решил остановиться, пасечник он. Мужик хороший…
– Так, ближе к телу.
– Ну вот, пасечник он. Сели, но вдвоем как-то не по-людски, значит. Соседа тогда он еще кликнул, дружок то мой. Тот больше по рыбным делам, понятно, не с поплавочной удочкой. Но зимой, для души, любит над лункой посидеть…
– Ты про монеты, давай рассказывай.
– А, это все, про монеты. Приняли немного, ну и про работу, значит, разговор зашел.
– Уже не про баб, про работу начали, значит нормально накатили.
– Ну, а как. Давно не виделись. Про работу, значит, разговор зашел. Ну я и про свои дела рассказал, друг то про меня все давно знает, а сосед его тут и говорит, что монеты у него имеются. Дед войну в Пруссии завершил, трофей кое-какой домой принес. Разрешалось это тогда, офицерам побольше, а солдату-пехотинцу – сколько в сидор войдет. Ложками-вилками разными он тогда разжился, да и монет мешочек где-то ему попал. Монеты серебряные, на блесны взял. У них в семье все рыбаки, из поколения в поколение. Так вот, они в семье уже три поколения эти монеты на блесны переводят, немножко еще и осталось. Ну, и родственникам и друзьям монетки тоже давали, опять же на блесны эти самые. Я показать монеты попросил, он и не отказал. Просил продать, он ни в какую. Только на обмен. Сговорились поменяться, уже только сегодня, вчера не получалось, на полтинники серебряные. Монеты он мне сегодня отдает, а я ему полтинники в следующий раз завезу. Меняемся вес на вес. Я беру монеты только целые, обрубки ему оставляю. Так что, Сережа, готовь денежки. Твоя рука первая, не возьмешь – Георгию отнесу.
Ну, суперредкостей, там, конечно, уже нет. Изрубили, наверное, все, рыбаки-любители. Но, есть у меня, куда их быстро пристроить. Сохранность по фото, опять же, весьма приятная.
– Сговоримся. Ставлю пока бронь. Ты еще сегодня-завтра в районе или уже домой намылился?
– Какой, домой. Мне сегодня за руль нельзя. Разговелся и оскоромился. Завтра еще парочку деревень проверю, есть у меня там точки. А потом и к вам, в рассадник коронавируса.
– Ты, Костя, лишнего себе не позволяй, после болезни все же.
– Хорошо, заботливый ты наш. Если что, ждите картиночек. Пока.
Так и пообщались. Посмотрим, что еще завтра Костик нароет интересного. Ну, а почему, именно такие монеты рубили в первую очередь, еще я у Кости успел спросить. Оказалось, все просто – без рисунков они были, не красивые, вот их и рубили. Жесть.
Глава 83 Коллекция пожарного
Озадачил меня с утра Константин, как есть озадачил. И, главное, чем – печными дверцами и зольниками, вещами вполне бытовыми и до настоящего времени довольно широко распространенными за пределами городских поселений России.
Припасть ведь к батарее центрального отопления, даже в двадцать первом веке – не все имеют такое счастье. Печь на дровах до сих пор не отошла в прошлое и является непременным атрибутом миллионов российских домов. Я уж не говорю о дачных и охотничьих домиках. Там печи тоже имеют место быть, не на экваторе, чай живем.
Вопрос то почему такой возник – опять же из-за многообразия друзей Костиных. В одной из деревень, сегодня уже практически не жилой, есть у него знакомец. В настоящее время пенсионер, но довольно живенький, порох в соответствующих местах у него еще имеется. Грибы, ягоды, рыбалка, охота – все это ему пока еще здоровье позволяет. Областью его трудовой деятельности до заслуженного отдыха являлась пожарная охрана. Проживал он в период исполнения сих важных обязанностей в одном из районных центров, но не только в нем предупреждением возгораний занимался, но и сельские поселения района тоже курировал.
Как уж к коллекционированию он присоюзился, история умалчивает. Да и давно это было, еще при незабвенном Леониде Ильиче. Предмет увлечения пожарного профилю его деятельности вполне соответствовал – коллекционировал он не что-нибудь, а печное литье. Добывал его правдами, а иногда и с использованием служебного положения. Находил несоответствия противопожарных норм и правил у печи с интересной для него чугуниной, ну, а там уже нюансы…
После пенсионного переезда в сельскую местность, туда же переместилась и его коллекция. Жил отставной пожарный без забот и хлопот, пейзанским удовольствиям предавался, но тут у сына-бизнесмена возникли из-за коронавирусного режима жизни определенные финансовые трудности. Для родной кровиночки ему ничего не жаль, вот он и решил со своим чугуном расстаться. Это все со слов Костиных, а как уж на самом деле – а кто его знает.
– Серег, посмотри на просторах интернета как сегодня печное литье продают-покупают. Я бы сам погуглил, но со связью здесь проблематично. Будь другом, помоги. Я тебе фото его собрания скину, может что и найдешь.