"Фантастика 2023-200". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

— Физподготовку, — недовольно пробурчала Трайдора.
Рыжеволосая подруга хоть и заметно подтянулась за последние два года, всё равно осталась… сочной. Но чем старше мы становились, тем больше парней на неё заглядывалось. Трайде, по крайней мере, было что сложить в корсаж. А у меня ничего из того, что принято убирать в отделанный кружевом лиф, так и не выросло. Видимо, всё ушло в рост. На плотном столовском питании я прибавила четверть вары, что очень удивляло девочек и создало некоторые трудности при выборе одежды. В итоге из подруг меня выделял не только серебристый с лёгким голубоватым отливом цвет волос, но и внушительный рост. А если туда прибавить ещё и гайронью силу, помноженную на тренировки, то становится понятно, почему Зиталь предпочитал грань не переходить. Нос в случае чего я бы ему в лицо вмяла без особых усилий.
— Сенда наконец ведёт тебя на свидание? — загорелась Горрия.
— Нет. Мы друзья, — в который раз закатила глаза я.
— Ага, знаем мы, как он на тебя смотрит. Друзья они… У него уже два года девушки нет, пожалела бы парня! — заиграла любимую мелодию Горрия.
— И что мне теперь, со всеми парнями, у которых девушки два года нет, начать встречаться из жалости? — фыркнула я.
— Да нет, можно только с Сендой, — радостно оскалилась шатенка.
Рослый беловолосый проклятийник с резкими скулами и широченными плечами вызывал у зельеварки неизменный романтический интерес, но на все её тонкие и не очень тонкие намёки он не отвечал никак, а время проводить предпочитал со мной. Но я с самого начала предупредила, что встречаться с ним не намерена, поэтому обвинять меня в чёрствости или игре на его чувствах тоже нельзя. Он в любой момент мог перестать со мной общаться. Хотя скажу честно, мне бы этого ужасно не хотелось. Не будь я гайроной, давно бы затащила в постель именно его.
Но — нельзя.
Моя жизнь состоит из экономии, учёбы и ограничений, потому что у меня есть цель: заявить права на титул и Цейлах. И даже Сенда с его чудесной улыбкой рядом с этой целью выцветает до полной монохромности. Сначала — наследие Цилаф, потом всё остальное.
Отнеся поднос на место, я подошла к пышногрудой буфетчице, хозяйничающей на линии раздачи, и улыбнулась:
— Приветствую, Лодиака! Очень вкусный сегодня омлет.
— И тебе доброго утра, Вета. Омлет на диво удался, — согласилась она.
— Лоди, ты случайно не видела в столовой мой учебник? Кажется, я забыла его за ужином вон за тем столиком, не могу нигде найти.
— Нет, учебники никто не приносил, а сама я не находила, — она задумчиво постучала пальцем по пухлым губам и заверила: — Если кто-то обнаружит, я дам тебе знать за обедом. Да и у кухарок спрошу, может, кто его видел.
— Спасибо! Тогда до обеда!
— Увидимся!
Куда же запропастился этот каскарров учебник?
Но и в обед Лодиака лишь развела руками…
Как я должна учить растениеведение, если потеряла учебник?
Через пару часов после обеда за мной зашёл Сенда. Я широко улыбнулась другу и повесила бабушкину сумку на плечо.
— Куда пойдём? — спросил он, отвечая на мою улыбку.
Светло-голубые глаза смотрели весело и с едва уловимой лаской. В их лучах я отогревалась. Сенда был единственным, кто мне не лгал. Проверяла неоднократно.
— Хочу пройтись до лавки древностей, навестить зайту Соргинду. Посмотреть, может, у неё появились новые нитки или книжки.
— Кто бы сомневался. Кстати, у меня есть для тебя небольшой подарок. Но я тебе его не отдам. Это сюрприз.
— Ах, как это жестоко с твоей стороны!
— Я жестокий, ты разве не знала? — широко улыбнулся он, подтрунивая.
Пока придумывала достойный ответ, мы как раз вышли из ворот Нинарской Академии и плавно углублялись в город по давно знакомому маршруту.
— А я думала, что ты милый и безобидный, — фыркнула я, когда уши стражников остались далеко позади.
— Милый и безобидный проклятийник? Не самое распространённое сочетание, — хмыкнул он.
День сегодня выдался вполне ясный, и мы шагали по залитому солнцем городу, наслаждаясь холодным сезоном. Цены ему не было, пока не начинались сплошные ливни.
 
— До опорретана осталось совсем немного времени. Скоро бал. Я хотел предложить тебе свою кандидатуру в качестве кавалера, — заговорил беловолосый, щурясь от ярких лучей. — Если ты, конечно, ещё не дала согласие Зиталю.
— Не начинай! — отозвалась я. — Сто раз говорила, что между мной и Зиталем ничего нет. И с радостью приму твоё предложение, если ты уверен, что не хочешь позвать какую-нибудь девушку на свидание.
— Уверен, — коротко ответил Сенда и сменил тему: — Хочешь леденец или пирожное?
— Ты сегодня просто фонтанируешь замечательными предложениями. Конечно, хочу!
Мы притормозили у подвернувшейся кондитерской, и Сенда купил корзиночку со сладостями.
— Мы столько не съедим, — плотоядно уставилась я на пирожные и обваленные в ореховой стружке крупные конфеты.
— Зайту Соргинду угостим.
После того как старушка продала Сенде полуистлевший трактат по проклятиям на древнеаберрийском, он воспылал к ней особой трепетной любовью. Это путь к сердцу обычного мужчины лежит через желудок, а у проклятийников, как известно, сердца нет, вот и приходится заполнять эту зияющую в груди дыру древними фолиантами. Беловолосый настолько дорожил своей покупкой, что даже мне не давал подержать ту книгу в руках, разрешал только смотреть, затаив дыхание. И да, последнее — обязательное условие.
К лавке мы подошли, когда солнце склонилось к горизонту и окрасило город во все оттенки янтаря. Сенда нёс корзинку, а я разглядывала расцвеченные золотом дома. Словно вся улица стала в миг зачарованной, и магия навеки поселилась на выбеленных стенах. И на пороге небольшого домика, всего в ста варах от нас я вдруг заметила знакомую фигуру. Ярко-синие, теперь уже коротко стриженые волосы, насмешливая улыбка, тонкий шрам, рассекающий правую половину лица.
Ярц.
Я замерла на месте, пригвождённая к булыжной мостовой одним лишь его видом. Заметив меня, он лениво отсалютовал, кивнул мне на прощание и повернулся к своей беловолосой спутнице. Рядом напряжённо застыл Сенда. Его левая рука вдруг скользнула мне на поясницу и осталась там. На исчерченной выступающими синеватыми венами правой кисти засияла золотом магия — пальцы сами чертили сложный боевой аркан.
Но Ярц даже не обернулся в нашу сторону. Он со своей спутницей скрылся за углом на ближайшем перекрёстке, так и не удостоив меня больше ни единым взглядом. Сердце в груди билось часто-часто, словно ускоряя время своим ритмом.
— Это он? Тот гайрон? — тихо спросил Сенда, не убирая руки с моей спины.
— Что? — я подняла на него глаза и постаралась успокоиться.
Ничего не произошло. Ярц мне не навредит. Мне не стоит его бояться. Точно не стоит после стольких лаурденов. Он дал слово и сдержал его.
— Это тот самый гайрон, про которого ты рассказывала? Из-за которого ты больше не доверяешь мужчинам?
— Я не доверяю никому, — слишком резко ответила я, сбитая с толку неожиданной встречей.
Что он вообще делает в Нинаре, да ещё тут, рядом с лавкой зайты Соргинды?
— Тем не менее, это тот самый гайрон, которого ты любила, а потом он тебя обманул и попытался использовать?
— Нет, Сенда. Этот тот гайрон, которому я по глупости позволила себя обмануть, но я никогда не любила его. Это было лишь мимолётное наивное увлечение не разбирающейся в мужчинах девушки.
Почти правда. Да, я не любила Ярца по-настоящему, но… он ранил меня. Вернее, я позволила ему себя ранить. И много раз распекала себя за то, что не довела тогда дело до конца. Боялась, что он отомстит, хотела, чтобы он умер, а иногда — надеялась, что гайрон раскается и вернётся просить прощения. Но ничего из этого не произошло. Ни мести, ни смерти, ни извинений.
Только одно письмо и одна клятва.
— И с тех пор ты решила просто закрыться? Не вступать ни в какие отношения, чтобы тебя никто не мог предать? Это глупо, Вета! — горячо заговорил проклятийник, ловя мой взгляд. — Если тебя обманул один, это не значит, что так поступит каждый!