"Фантастика 2023-200". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
Перегородив всю дорогу, дородная дама волоком тащила двух упирающихся близнецов лет пяти, а те рыдали на два голоса:
— Не хотим к бабушке!
— Только не к бабушке!
— Мама, не надо!
— А ну цыц! Да что за наказание такое, сначала туда не затащишь, потом оттуда не выгонишь… — сквозь зубы ругалась несчастная растрёпанная мать.
На помощь ей пришёл кондитер. Одетый в нарядный костюм и поварской колпак, он выскочил из своего магазина, держа в руках кулёк с вываливающимися из него кексами. Попытался закрыть дверь, но не смог. Дважды помянув каскарра, всучил кулёк матери:
— С опорретаном! Счастьичка в новом году!
После чего обеими руками захлопнул и запер дверь, с клацаньем опустил и закрыл решётку на витрине, а затем побежал вниз по улице прямо в колпаке. Мать сурово глянула на притихших малышей и пригрозила:
— Сейчас все кексы тёте отдам, если будете ныть!
Указала она при этом почему-то на меня. Мальцы смекнули, что в компании кексов можно и бабушку потерпеть, а потому перестали стенать и протянули ручки к кульку. Мы как раз успели их обогнать, пока происходила раздача сладких взяток.
Очередь в портальную станцию я увидела ещё издалека. Сотни людей с чемоданами, саквояжами, младенцами и даже домашними животными ожидали перехода. Я смотрела на это широко распахнутыми глазами. Надо же… а я думала, что в опорретан все наоборот сидят по домам…
— Куда вы лезете?! — раздался чей-то недовольный голос.
— Вас тут не стояло! — возмутилась какая-то женщина.
— Да что вы понимаете, я занимала за этой дамой в фиолетовых шальварах! Пожалуйста, подтвердите.
— Занимали, но вас два часа не было. Сколько можно было место держать?
— Но я же занимала!..
— Но два часа назад!
Очередь гудела и возмущалась. Солидные зайтаны недовольно топорщили усы, дети сновали между рядами, периодически вспыхивали ссоры.
— Я говорила, что идти нужно было вчера, Аррун! Я же говорила! Ну почему ты никогда не слушаешь, что тебе говорят, Аррун?! Разве это так сложно? — истерически вопрошала зайтана в зелёном, и её длинные массивные серьги угрожающе покачивались вперёд-назад при каждом слове.
— Трата, ну не злись, ну лапушка моя, ну не мог я, ну работа же, — бубнил мужской голос в ответ.
— Работа! Работа?! Да что там с этой работы, слезы, а не деньги! Добро б семью содержал, как полагается, а ты всё на неё ходишь, на свою работу, а толку — чуть! — вопила Трата.
Я вжалась в Аршеса и отчего-то испытывала стыд, наблюдая за этой сценой.
Ждать своей очереди пришлось очень долго. И это мы ещё воспользовались портальной аркой для служащих. Народ всё прибывал и прибывал, казалось, что на станции собралась вся Нагусса.
— Пропустите инвалида! — распихивала всех локтями пышущая здоровьем бабка.
Если бы Аршес не закрыл меня рукой, в бок бы прилетел чувствительный тычок. После наступления бабки ряды ожидающих всколыхнулись, и по станции полетели шепотки. Граждане не просто сомневались в бабкиной инвалидности, но даже грозились оную причинить, не сходя с места, если святость очерёдности будет нарушена. К счастью, до боевых действий так и не дошло, а перед нами как раз засветилась арка, приглашая шагнуть в неизвестность.
Шум портальной станции сменился… шумом портальной станции, но совершенно другим. Неразборчивым клёкотом с агрессивными нотками. Я не сразу поняла, что люди здесь говорят на другом языке. И только широко открытыми глазами обводила необыкновенное место. Во-первых, всё вокруг было покрыто мозаикой и росписью. Десятки ярких кричащих оттенков. Сотни темноволосых и темноглазых людей, одетых в стёганые халаты разных расцветок. Тысячи голосов, создающих гул.
Ардан потянул меня на выход, и я с наслаждением вырвалась из шумного плена портальной станции, только чтобы замереть от шока. Как же холодно! И это днём? А что же тут будет ночью?! Заморозки?!?
— Аршес, — выдохнула я и резко отпрянула, ведь передо мной возникло белёсое странное облачко.
— Каскарр, тут гораздо прохладнее, чем я ожидал. Не бойся, это пар изо рта. Так бывает, когда воздух холодный. Пойдём-ка купим что-нибудь из верхней одежды.
Но это оказалось не так-то просто. Лавки закрывались одна за другой, ателье захлопнуло ставни прямо перед нашим носом, а магазин готового платья стоял тёмный и покинутый.
— У нас в саквояже есть что-нибудь тёплое?
— Точно! Есть!
Видимо, от холода я перестала соображать здраво.
Аршес распахнул саквояж, пока я нелепо подпрыгивала на месте, чтобы согреться, и указал на мундир.
— Ви, это что?
— Одежда! Святая Ама Истас, как они тут живут? — стучала я зубами.
Надетые на мне шерстяная кофта и куртка совершенно не спасали от проникающего под кожу холода. Аршес порылся в саквояже и тоскливо посмотрел на меня:
— А ты только униформу мне с собой взяла?
— Зато всё чистое, — неуверенно ответила я, чуя, что опять сделала что-то не то.
— Урдиновая моя, в форме аберрийского королевского дознавателя я тут буду, как бы помягче сказать, слегка заметен. А мы в Урруне.
Ардан закрыл саквояж, распрямился и огляделся.
— Арш, прости, я же не знала…
— Всё хорошо. Ты хоть что-то кроме формы мне взяла?
Я отрицательно помотала головой, холодея от досады. Или от погоды? В общем, холодея по разным причинам.
— Сам виноват, дал нечёткие инструкции и не проверил результат. Пойдём, нам надо заселиться, пока не простудились.
Мы бодрой рысью двинулись в сторону фешенебельного отеля на другой стороне площади.
— Сожалею, свободных номеров нет и до первого числа не предвидится, — без какого-либо сожаления сказал портье с сильным акцентом.
— А где есть другие гостиницы поблизости? — спросил Аршес.
— На этой улице ещё три, а дальше на главной площади ещё четыре. Удачи, — пожелал портье без какой-либо веры в нашу удачу.
В следующей гостинице все номера тоже оказались заняты. Как и в соседней. Как и в той, что располагалась через дорогу.
Три невыносимо холодных часа спустя, мы услышали все вариации фразы «Мест нет». Аршес выглядел крайне потерянно и смущённо, глядел на меня виновато и в конце концов предложил:
— Давай вернёмся обратно. Правда, придётся очередь отстоять. Но я не ожидал, что тут будет такой ажиотаж…
Мы как раз стояли на одной из небольших улочек, заканчивающихся тупиком. Я уже продрогла настолько, что мне хотелось только одного — согреться. Я бы даже с обезьянами полезла обниматься, вот настолько холодно мне было.
— Смотри, тут открыто, кажется. Сейчас зайдём, погреемся и вернёмся на портальную станцию. Правда, обратно придётся стоять в общей очереди. Служащий я только у себя, а тут — никто.
Симпатичный уютный ресторанчик действительно был открыт. Внутри даже нашёлся свободный столик, правда у самого входа. Заведение держала улыбчивая седая дама с короткой стрижкой и унизанными перстями руками. Её кричаще-оранжевый халат в жёлтый горох ярко выделялся среди полосатых и клетчатых одежд посетителей.
— Доброго дня! Нам бы горячего… супа, чая, гуляша, каши… И отвар противопростудный для зайты, если есть.
— Ох, как же вы так, птенчики!
Двух с половиной варовый птенчик виновато пожал плечами.
— Не смогли найти номер в гостинице. Замёрзли, пока искали.
— На улице же такая стынь! Вам на весь опорретан? Соседний дом пустует, желаете посмотреть? Только он окнами выходит на обрыв…
— Да хоть на свалку! — обрадовался Аршес. — Лишь бы там было тепло и имелась кровать. А ещё нам бы поесть и на вынос что-нибудь заказать.
— На завтрак и обед приходите сюда. Я закрываться не буду. А уж по вечерам не обессудьте — поищите другое заведение. Опорретан всё-таки. Садитесь, пообедайте, а позже я вас провожу, как закрываться буду.
Аршес усадил меня за столик и пошёл рассчитаться с хозяйкой. Вскоре нам принесли исходящую паром еду — и вкусную, и свежую, и горячую, что было куда важнее первых двух пунктов.