"Фантастика 2023-200". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
После отравления родителей её поместили в специализированный госпиталь для душевнобольных, но лечение дало лишь отрицательные плоды — она замкнулась и перестала разговаривать. Со временем стало понятно, что девочка действительно виновна в смерти родителей (больше никаких доказательств или зацепок на месте преступления не обнаружили). Несмотря на это, из госпиталя её забрала дряхлая бабушка. Но вся эта ситуация настолько подкосила старушку, что через три лаурдебата умерла и она.
Девочка впала в буйство, вела себя неадекватно, а потом замкнулась и часами сидела, раскачиваясь на одном месте. Её родной дядя (единственный оставшийся близкий родственник) отказался от опеки и отправил её в «Утешение», настояв на анонимности. Вероятно, не захотел, чтобы в приюте знали о семейном скандале, или пожалел девочку, не став вешать на неё ярлык убийцы. В приюте она поначалу вела себя также — молчала, раскачивалась, не реагировала на окружающих. Но со временем разговорилась и выросла в ту Виолу Зинтозу, которая и связалась с Аршесом.
За время, пока Виола пребывала в приюте, её дядя через суд лишил её наследства как убийцу. Происходит она из вполне знатной изаррской семьи и в теории может претендовать на титул гваронессы, но приданого не имеет никакого.
Не могу ничего сказать о её психическом здоровье, но одну вспышку её агрессии я уже наблюдал — она оттаскала меня за ухо при знакомстве, когда ей показалось, что я был недостаточно учтив.
И. Хазарел
6/4/4/6973
Дорогой Инбид,
Прошу вас избавить моего сына от общества этой опасной убийцы любой ценой. Информацию о её прошлом я раскрою ему сама. Надеюсь, что к моменту, когда Аршес вернётся на службу, этой душевнобольной особы там уже не будет.
Всецело полагаюсь на вас.
Благодарю,
К.М.Э.Э.
В шестой день последнего лаурдебата 73-го года
Капитула двенадцатая, о принятом решении
В парке я просидела до самой ночи. Искусала губы до крови, истерзала себя и наплакалась до изнеможения. Сбежать от позора казалось очень соблазнительной идеей, но в итоге пришла к тому, что обязана объясниться с Аршесом. Я не знаю, что случилось в моём прошлом, ничего не помню из раннего детства. Если он сочтёт произошедшее тогда достаточной причиной, чтобы расстаться со мной — это его право. Пусть скажет мне об этом в лицо. Но сбегать от проблемы было бы трусливо и даже немного подло, а решать за двоих — неправильно.
Расправила юбки окончательно испачканного платья и побрела обратно в отделение. Казавшееся раньше красивым здание теперь выглядело враждебно. Собрав в кулак всё мужество, зашла внутрь. На меня смотрели. Взгляды впивались в лицо и проникали под кожу. Видимо, новости уже разнеслись среди дознавателей. Подавив желание развернуться и убежать, я продолжила позорное шествие до кабинета Аршеса.
Его на месте не оказалось. Я с облегчением выдохнула и бросилась в ванную комнату, умыться. Прохладная вода остудила пылающие веки. Сначала поплескала водой в лицо, а потом залезла в ванну. Я не знала, что мне делать дальше. Вряд ли Аршес выгонит меня в ночь. Но что делать утром?
Раздался осторожный стук в дверь.
— Ви, ты внутри? — спросил Аршес.
— Да, — просипела я.
Горло отчего-то заболело, а голос сел.
— Тебе плохо?
— Да, — честно ответила я.
— Я могу войти?
— Лучше я выйду сама. Сейчас.
Отчего-то разговаривать с ним, сидя в ванне, не захотелось. Я и без того чувствовала себя слишком уязвимой.
— Тут доставили наши вещи. Подать тебе что-нибудь?
— Да. Платье. Любое.
Дверь осторожно приоткрылась, сквозь узкую щель протиснулась рука гайрона и повесила платье на ручку.
Что он сейчас думает?
Злится? Презирает? Жалеет о своём выборе?
Из ванной я выходила, будто шла на эшафот. В спальне мягко горели бра, рядом с кроватью стоял здоровенный саквояж. Надо думать, что там мои вещи, и Аршес выставит меня за дверь.
Я низко опустила голову и замерла у входа.
— Расскажи, что случилось, Ви, — мягко попросил Аршес, подходя ко мне.
— Хазарел раскопал историю моего прошлого, — выдавила я.
Повторять всё это мне не хотелось. Слова застревали в горле морскими ежами и раздирали меня изнутри. Но пусть лучше он услышит от меня, чем от других. Гайрон бережно прижал меня к себе и выслушал.
— Значит, Хазарел тебя обидел? Он за это ответит, обещаю.
— Это правда, Аршес. Я чувствую, что это правда… — несмотря на все попытки сдержать потоки слёз, они полились из меня бурной рекой.
— Это не вся правда, в этом я уверен. А своей интуиции я привык всецело доверять. Я планировал заняться твоим прошлым чуть позже, когда мы закончим дело с приютом и привыкнем друг к другу получше. Я чувствовал, что там есть что-то болезненное, потому что ментальных блоков на тебе нет, а значит, ты ничего не помнишь, потому что забыла сама. А дети забывают что-то, только если это было либо совершенно неважно, либо настолько травмирующе, что вспоминать ужасно больно. Ты была ребёнком, Ви. Тебе было девять. Я думаю, что произошла трагическая случайность. Не верю в то, что ты могла совершить нечто подобное нарочно. Просто не верю.
Я смяла в ладонях тонкую ткань его рубашки и вжалась в него с такой силой, будто от этого зависела моя жизнь.
— Ты меня не бросишь? — тихо спросила я, боясь поднять на Аршеса взгляд.
— Нет, конечно. Даже не сомневайся в этом. Я свой выбор сделал, и до тех пор, пока ты со мной честна и верна мне, я от тебя не откажусь. Просто возникли некоторые сложности. Дома мне пока что лучше не появляться, я довольно сильно рассорился с матерью и двумя братьями. Нет, я, безусловно, знал, что им тяжело будет принять человечку в качестве моей арданы, но к такому всё равно оказался не готов. Так что пока поживём тут, а в следующем году присмотрим жильё в городе.
— Арш, я не хотела, чтобы ты из-за меня ссорился с семьёй! — всхлипнула я.
— Я поссорился не из-за тебя, а из-за того, что всегда поступаю по-своему. Это не первая и не последняя ссора, поверь мне. Ви, я не вчера родился и понимал, что наш союз вызовет протест. Но всё равно поступил так, как посчитал нужным, и ни о чём не жалею, — уверенно сказал Аршес, садясь на кровать и усаживая меня себе на колени.
— Но если бы не моё прошлое…
— То нашлось бы что-то ещё. Твоё происхождение, которое, кстати, довольно высокое. Если я правильно понял, то ты гваронесса Зинтоза, этот титул ты должна была унаследовать от родителей. Не знаю, можешь ли ты заявить права на титул теперь. Ведь вмешался твой дядя, через суд получил права на твоё наследство и продал его. И вот это интересно, Ви, потому что всё твоё имущество изначально принадлежало семье твоей матери, а титул — отцу. Твой дядя был таким же нищим, как и твой отец, хоть и мог похвастаться знатным происхождением. Но твой дед по отцовской линии был заядлым игроком, и закончил жизнь в долгах и нищете.
— Откуда ты знаешь?
— Копнул чуть глубже, да и Хазарел вцепился в эту историю, как тюлень в рыбину. При всех его недостатках, дознаватель он хороший. Так вот, твой отец удачно женился по любви на единственной дочери богатого производителя шёлка. Но твоего деда по материнской линии забрал шторм. Он утонул в одну из торговых поездок. Бабушка по матери души в тебе не чаяла. Твоя мама была очень поздним ребёнком, да и сама родила уже в зрелом возрасте, поэтому к моменту всех этих событий твоя бабушка была очень стара. И потом, они все были обычными людьми, у твоей мамы даже способностей не было. Судя по всему, смерть дочери твою бабушку подкосила, но с ней ты начала чувствовать себя лучше. А потом она скончалась, и это травмировало тебя ещё сильнее. Думаю, что твой дар появился из-за страха смерти. Иногда у сильных чародеев такое бывает. Магия откликается на острейшую бессознательную потребность. Ты так сильно боялась смерти близких, что научилась видеть смерть заранее.