"Фантастика 2023-200". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

— Зайтан Аршес! Вы это видите? — возмущённо ткнула я в заметку.
— Да. Возмутительно, не так ли?
— Это же… это же… просто дикость какая-то! — от негодования я даже есть перестала. — Да как они смеют?
— И не говори! Наверное, у них есть информатор на Ирла Айпагарр, который работает оперативнее, чем их отдел дознания.
— Что? — не поняла я. — О чём вы?
— О том, что дознаватели узнают о случившемся от газетчиков. А вы?
— О том, что Аливетту обвинили в пожаре!
— Ах это, — пожал плечами Аршес. — Журналисты любят сплетни и не любят проверять факты. Но нюх на сенсации у них отменный, этого не отнять.
— Но тут же всё неправда! Всё было не так! — негодование клокотало в груди, руки сами сжались в кулаки, от охватившего меня сильнейшего возмущения я едва смогла устоять на месте и не разорвать каскаррову лживую тряпку на клочки. — Аля нас всех спасла!
— Ви, — осторожно начал дознаватель. — Иногда в газетах пишут неправду. По ошибке, по недостатку информации, по заказу. Такое случается.
— Нет! Я этого так не оставлю! Где этот… «Аберрийский вестник»? Мы дадим это… как его?.. опровержение!
— Ви…
Я рванула газету у Аршеса из рук и вгляделась в написанное мелким шрифтом. Отлично, вот и адрес. Решительно оглядевшись, нужной улицы, естественно не обнаружила.
— Где находится улица Песочная? — посмотрела я на дознавателя.
— Ви, успокойся. Сейчас всё равно вечер, и в редакции никого нет. Мы вернёмся утром и разберёмся с этим вопросом. Я просто не хотел бы привлекать к случившемуся ещё больше внимания.
— То есть вот эта… ложь… — я потрясла у него перед носом рулоном газеты, — вас никак не волнует? Да как они вообще посмели?
— Виола, тут написано: «По предварительным данным, виновна в возникновении пожара Аливетта из печально известного своими интригами рода Цилаф». По предварительным. Это ещё не обвинение. Возможно, они сами в следующем выпуске напишут опровержение. А если ты придёшь скандалить в редакцию, то только хуже сделаешь, поверь моему опыту. Давай я завтра лично займусь этим вопросом. Потребую опровержения. Честное слово. Тебя они всё равно слушать не станут.
Я выдохнула, а затем жадно втянула ноздрями прохладный воздух. Аршес прав. Скандалом делу не поможешь. Он — королевский дознаватель, ему виднее.
— Вы обещаете?
— Даю слово.
— Хорошо.
Возвращение в отель заняло меньше времени, обратный портал в Ирла Айпагарр нам открыли сразу. Мы шли через освещённую огнями площадь, и я наконец осмелилась спросить:
— Вы что-то узнали про Аливетту?
— Пока нет.
— Это хорошо, — едва слышно проговорила я, но клятый гайроний слух уловил.
— Не согласен. Ты понимаешь, что её могут поймать и держать в ужасных условиях до достижения возраста ответственности?
«Следующий раз лучше даже думай потише», — посоветовал внутренний голос.
— И чем это будет принципиально отличаться от приюта? — ехидно спросила я.
На самом деле, я волновалась, но стоит дознавателю почуять слабину, как он насядет на меня с утроенной силой. А я всё сильнее сомневаюсь в том, что поступаю правильно. И ведь не спросишь у самой Аливетты.
— Аршес! — вдруг осенило меня. — А вы научите меня пользоваться почтовым арканом?
— Это будет довольно проблематично сделать, он трёхуровневый. Для начала тебе нужно освоить одноуровневые. Обычно почтовые чары изучают в академиях или частных школах.
— И сколько времени мне понадобится, чтобы его освоить? А когда я научусь, то смогу написать Аливетте? — с надеждой спросила я.
— Сможешь. Но через несколько лаурденов или даже лет. Зависит от твоей прилежности и усидчивости. А ещё она сама непременно должна знать почтовые чары, иначе не сможет принять ничьё послание.
Я поскучнела. Хотя Алю учили этим арканам в семье, и дело только за мной.
— А отследить его можно? Если я отправлю ей письмо, вы сможете пройти по следу и схватить её?
— Проследовать смогу, а вот схватить — вряд ли. Предпочитаю более приятные методы взаимодействия с девушками, — нахально улыбнулся Аршес.
Ах да, он же не просто так ищет Аливетту. И почему я всё время об этом забываю, стоит только взглянуть в его синие глаза? Взвинченная газетной заметкой, невозможностью связаться с подругой и ощущением собственной ненужности, я не стала улыбаться в ответ. Вместо этого принялась дожёвывать ужин, который так и держала в руке.
 
Зайтан дознаватель сумел удивить. Вместо того чтобы отправиться в отель и лечь спать, как полагалось порядочным людям, мы отправились на поиски бывших воспитательниц «Утешения». Аршес счёл, что в это время они могут быть дома. Трудоголик! Он сверился с документами, зачарованной картой города и уверенно повернул налево. Я покорно шла следом, размышляя о подруге. Где она? Что делает?
В первом доме нам не повезло. Оказалось, что предыдущая повариха четыре года назад скончалась от старости. Из второго дома все жильцы переехали. Зато по третьему адресу нам открыла сухонькая, но крепкая старушка.
— Доброй ночи. Я королевский дознаватель Аршес Эррагер. Хотел бы задать вам несколько вопросов о приюте «Утешение».
— Проходите! Давно пора! — старушка посторонилась, пропуская нас в небогато обставленную, но уютную гостиную.
На полу лежал плетёный шёлковый коврик, небольшой магический светильник озарял комнату мягким светом. Судя по всему, до нашего появления хозяйка читала.
— Присаживайтесь, зайтан дознаватель. Чем я могу вам помочь?
— Скажите, вам довелось поработать под руководством зайты Наррасти?
— Да. Три лаурдебата. Потом она сменила весь персонал на новый, такой же бездушный и циничный, как она. Я просила дать мне возможность ходить к детям хоть бы и бесплатно. Понимаете, оба мои сына погибли в шторм. И девочки для меня родными были. Родными, понимаете? А она выгнала меня, хоть я ни полслова поперёк ей не сказала. Сразу поняла, к чему дело идёт. Кто был недоволен новым порядком — те мигом вылетели из приюта. А я молчала и держалась. Из-за деток держалась. У меня старшая группа тогда была, так я их, считай, вырастила. Прежняя директриса разрешила мне вместе с девочками группу менять, так я при них и оставалась с самого малого возраста.
— Почему зайта Наррасти так поступила, как вы считаете?
— Мотив у неё был с самого начала такой. Она приют оглядывала так, будто хозяйкой в нём была. Знаете, такое отношение… Будто всё ей принадлежит, включая людей. Питание она детям урезала почти сразу. «Нечего жировать», — сказала. Хотя кто жировал-то, а? Обычные были девчонки у нас, не толстые, но и не… — старушка кинула на меня сочувствующий взгляд. — Но и не тощие, как сейчас. Я же ходила в постоялый двор, куда сироток поселили. Ужас. Смотреть на них больно. Лица худенькие, запуганные, руки тростиночки. Я уж и поиграла с ними, почитала немного. Но возраст уже не тот, да и сердце рвётся глядеть на них. А они чураются чужих, оно и понятно. Хотя я завтра опять пойду, обещала. Да и чем мне ещё заниматься?
— Как вы думаете, зайта Наррасти могла причинять детям вред?
— Глупый вопрос, зайтан дознаватель. Не могла, а причиняла.
— Могла ли она быть замешана в убийствах или торговле людьми? — спросил Аршес.
— Меня это не удивило бы. Очень уж холодная она тварь. Ничего в душе у неё нет. Только и любит золото да драгоценные камни. Вот они для неё ценны. Думаю, что за мешок жемчуга такая и родную мать продаст.
— Вы замечали что-то подозрительное?
— Нет. Осторожная она была очень. При старых работниках ничего не обсуждала. Я писала заявления местному дознавателю. Но какие у меня доказательства были? Никаких. Он и высмеял меня. Потом уже Ятора приходила ко мне жаловаться, хорошая она была девочка, с горячим сердцем и очень справедливая. Так вот, Ята говорила, что девочки пропадали.
— Ята — это Ятора Адейтасуна?
— Да. Хотя при ней ничего такого не происходило, но вот эта история с переводами — странная. Куда детей переводили? Зачем? Никто так и не ответил. А потом Ята сама пропала. Я снова к дознавателю. А он меня опять высмеял. Сбежала, говорит, ваша девица с женихом, и вся недолга. Но только Ята не такая. Она бы попрощалась. Я даже королю писала, но всё без толку. Никто Ятору искать не стал.