"Фантастика 2023-200". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Планы посетить ресторан и культурно посидеть обломились. Дальше фойе ходу не было, даже в зал не пустили за стол с белой скатёрочкой поблаженствовать. Пришлось опустить планку, зайти в магазин и на последние приобрести флакон одеколона. Половину ёмкости употребил наружно, а оставшееся – внутрь. Пусть теперь скажут, что он цветочками не благоухает…
В кафе удалось проскользнуть, буквально по кромочке прошёл. Юркнул за столик, нижнюю половину тела под стол умостил, руки с траурными ногтями туда же спрятал. Официантка пребывала в раздерганных чувствах, обусловленных поствакцинальной ситуацией, близко даже к посетителю не подошла, швырнула меню на стол и удалилась.
– Выбрали? – казенным голосом обратилась она к Григорию, а сама про что-то своё думала, окружающее её уже мало интересовало.
– Сёмушки печорской две порции, салат мясной, бифштекс с яйцом и литру самой дорогой водки. – на большее фантазии Григория не хватило, и так всё в мечтах желаемое озвучил.
– Всё? – черкая в блокнотике уточнила официантка.
– Хлеба ещё пять кусков и литр клюквенного морса. – расширил свой заказ Григорий.
Официантка и это приписала, а затем скороговоркой вслух повторила заказ. Григорий важно головой кивнул, и она удалилась.
После пары рюмок жизнь просветлела, сёмга придала ей гламурности, а мясной салат перебил чувство голода. Обшарпанная кафешка начала походить на увиденный давным-давно в кино зал дорогого ресторана в котором коротал время с красавицей Джеймс Бонд. Григорий ковырял вилкой из нержавейки свой бифштекс, капал на застиранную скатерть яйцом, отправлял в ротовую полость рюмку за рюмкой, цепко держа её хватом с оттопыренным в сторону мизинцем. Каждая порция усиливала желание спеть что-то лирическое, про первую любовь, берёзки и уходящие вдаль дороги. Только он приступил к этому, как сознание отключилось. Вакцина, она и в Сыктывкаре – вакцина.
  
Глава 5 Мария Васильевна
 
Киев, конец июня 1987 года
Мария Васильевна сегодня не кухарничала – не пекла свои любимые пирожки с капустой, не варила борщ, котлеты не жарила. Она доедала вчерашнее.
Тарелка с рассольником опустела и заняла своё место в мойке. Рядом с ней примостилась и ложка. Бабушкина ещё ложечка, серебряная, с вензелёчками. Хотела Мария Васильевна давно её внучке подарить, да всё руки не доходили. Ничего страшного – после на очередной день рождения преподнесёт. Из крана полилась вода, чисто вымытые тарелка и ложка заняли свои привычные места. Не осталась грязной и кастрюлька. Хозяйку её Марией Васильевной звали, а не Федорой Егоровной.
Заварила чай из жестяной коробочки со слоном. Вспомнилась почему-то пословица про то, что не надо жалеть заварки. Мария Васильевна её никогда не жалела и сегодня не будет. Её Максим Петрович, пока жив был, всегда хвалил за чай. Одной чашкой никогда не ограничивался. По две, а то и по три за вечер выпивал. Хорошие были времена с Максимом Петровичем – на море ездили, в кинотеатр ходили… Да много чего ещё…
Не торопясь попила чай с печеньем. Раньше оно лучше было, а сейчас его разучились на фабрике печь. Ушли старые мастера, а с новых что спрашивать. Молодежь – один ветер в голове.
Чашка была аккуратно вымыта и водворена в посудный шкаф к своим товаркам. Раньше их шесть было, а к сегодняшнему дню только три и осталось. От профкома на заводе ей те чашки подарены были как передовику производства. Вспомнила Мария Васильевна как радовалась, когда домой их несла. Чайная ложечка тоже побывала под струйкой воды, была насухо вытерта и в ящик стола положена.
Заварной чайничек также был обихожен, кухонный стол чисто-начисто вытерт.
Вот старая, чуть газ не забыла перекрыть. Ох, годы-годочки, совсем памяти не стало. Раньше стих любой из школьной программы прочитать могла, а сейчас – что час назад было – уже и с трудом вспоминается.
Пакет из мусорного ведра переместился поближе к дверям – опять же, чтобы его не забыть вынести. На улице тепло, день-два и запахнуть его содержимое может. Надо это нам – совершенно не надо.
 
Петровне ещё надо позвонить. Вчера она со своим давлением маялась, таблетки опять горстями ела. Говорила ведь ей – не ходи по такой жаре на рынок. Нет, опять её понесло, ягодок ей захотелось…
– Петровна, здравствуй. Сколько сегодня намеряла? А, ну ничего. Ещё поживёшь. – как можно бодрее произнесла в трубку Мария Васильевна.
– Что, Мария, подсобирываешься? Сегодня у тебя? Или опять я чего напутала. – дребезжащий голос подруги со вчерашнего дня не изменился. Подковыристость в нём та же присутствовала. Вроде и не вредная старуха, но всё вот у неё как-то так получается.
– Сегодня, Петровна, сегодня. Тебе завтра. Не забывай. – усмехнулась Мария Васильевна.
– Склероза то у меня не больше твоего будет. Не переживай, подруга сердечная. Скоро тебя догоню, снова спокоя от меня не будет. – вновь продребезжал голосок.
Потом разговор перешёл на старое. Вспомнили как вместе работали, как на демонстрации ходили, новогодние праздники отмечали. Почти полчаса и прошло. Попрощались. Трубки на телефонах синхронно места свои заняли.
Сходила Мария Васильевна до мусорных баков, голубей во дворе покормила, с соседкой парой слов перемолвилась.
К себе на второй этаж поднялась, в ванной ещё все проверила. Тут был порядок – грязного белья не накоплено, чистое давно высушено, побывало под утюгом и в платяной шкаф уложено на соответствующей полке. Умылась, полотенце на крючочек повесила.
Горячую и холодную воду долго перекрывала. Руки ослабли, пальцы плохо слушаются, а вентили тугие. Раньше всё на раз-два получалось, а сейчас даже от малого дела морока. Чуть поделаешь что – уже устала. Сил ни на что не хватает. Наконец справилась. Ежели чего – не зальёт соседей снизу.
Прошла по комнатам. Все приборы обесточила. Холодильник ещё вчера разморозила, промыла, высушила. Сегодня он спать не мешал. Бывало, как загремит – мертвого разбудит.
Села на диван. Повспоминала. Пенсия получена. Коммунальные и за квартиру уплачено. Дочери, зятю и внучке ещё вчера всё сказано. В чистое утром оделась. Документы в платочек завязаны и в кармане булавкой приколоты. Дверь ещё сходить открыть, не настежь, стулом припереть. Вот сейчас и на диван можно прилечь. Подушку под голову, плед на ноги.
Примерно через полчаса Мария Васильевна вдруг глубоко вздохнула и забылась. Шестьдесят дней назад её тоже в поликлинике вакцинировали.
  
Глава 6 Встреча с деканом
 
Пермь, конец июня 1987 года
Уже второй день Володя руководил ЦМН-678. Данная аббревиатура расшифровывалась весьма просто – центр медицинского наблюдения. Ну, а циферки обозначали его номер. О подобном зигзаге своей профессиональной карьеры он никогда и не предполагал. Да и не только у него, у всего населения планеты жизнь в одночасье изменилась, такую букву зю нарисовала что только держись.
А всё началось с разбитой ампулы в Узбекской ССР. Почти как в том известном стихе получилось. Ампула разбилась – Володя не привился. Володя не привился – в начальники попал. Вроде бы даже какая-то рифма наклюнулась, с местным уклоном.
На встречу у морфологического корпуса он немного опоздал. Общественный транспорт сурово игнорировал своё расписание – в течение получаса не появился ни один автобус, следующий в нужном Вове направлении. Пытался ловить такси. Данные средства передвижения проносились мимо не интересуясь махающим рукой молодым человеком. Пришлось выдвигаться на своих двоих.
На Компросе пешеходов встречалось не особо много. У пермяков вероятно образовались одновременно какие-то более важные дела чем хождение по улицам.
Стрелки часов торопили. Володя прибавил шагу. Вот и корпус, но что-то маловато собравшихся, многие проигнорировали вчерашние слова декана. А может они уже безмолвными буратинами в разных местах города навзничь лежат? Подошло их время и потеряли они сознание после полученной вакцинации? Или домой к семьям направились? Своя рубашка всегда ближе к телу, тем более в такой мало определённой ситуации.