Отработка в брошенном лесу, или Как случайно выйти замуж (СИ)

– Держи, недоверчивый, можешь посадить, через недельку выкопаешь молодой картофель.
– Я? Я еще и картошку посадить? Хозяин, да откуда ж ты такая стукнутая-то к нам пожаловала? Это какие же приличные черти, по-твоему, работу такую любят?
– Не хочешь, как хочешь, – Яра пожала плечами и положила картошку на стол. – Из Межмирья я прибыла. А чертей живых не видела. В Межмирье вам хода нет, а в родном мире вы не настолько наглые, перед людьми не светитесь.
– Да разве уж ты человек.
Казя махнул рукой в сторону девушки и, взобравшись на стул, облокотился на стол, совершенно по-бабьи подперев щеку кулаком.
– Ну чего с печкой-то не так, Ярослава?
– Вообще-то я искренне надеюсь, что с ней все в порядке, просто мне никогда не приходилось пользоваться для готовки печью. Научишь?
– М-да….
Кажется, Казя собрался плюнуть прямо на пол, но покосившись на картофелину, у которой уже начинали набираться бутончики цвета, решил – да ну его. Магичка-то самая настоящая. Вон чего умеет. И не боится показывать свою силу. А оторванный от земли продукт заставить жить новой жизнью, это же какая силища?
– Ладно, печь я тебе разожгу, не переживай, а ты давай уж, хозяйка, раз обещала, не откажи чертям в ужине.
– Даже не думала.
Хмыкнув Яра принялась резать лук, мясо она успела порезать еще до прихода чертят, как и сполоснуть горшочки. Липучка, конечно, все вычистила и пыли там не было, но все равно было спокойнее, если перед готовкой посуду обновить.
Казя, какое-то время понаблюдав за девушкой, тяжело вздохнул. Дожил! Порядочно непорядочного черта заставила не просто работать, а для пользы! Только бы никто не узнал из подземного мира. Это же какой позор!
Тяжело поднявшись со стула, он, сгорбившись, поплелся к печи. Обещал. Сам, без обмана. Значит, нужно делать. Жизнь без присмотра хозяина научила чертят многому, а жизнь в Брошенном лесу еще большему.
– Яра, – тихонько позвал девушку Лютик, как только его брат заполз в печь, видимо, чтобы проверить, все ли там в порядке, – Яра, а можно я эту картошку заберу?
– Бери, конечно, – покосилась на чертенка, который не отрываясь смотрел на зацветающую ботву, – если нужно, я тебе еще могу дать картофеля.
– С цветиками? – перевел на нее жадный взгляд чертенок.
– Да нет, просто картошку. Цветочки же не съедобные.
– Тогда не нужно, – махнул лапкой Лютик, – мне цветики нравятся.
Схватив со стола клубень с ботвой, мелкий проказник с тихим хлопком исчез.
– Картофан спер? – спросил Казя из печи.
– Да я разрешила.
– Ну все, пока не посадит, теперь не появится. Ох и наградила судьбинушка братцем!
– А что не так?
Яре и правда было интересно. Тем более голос Кази звучал несколько обреченным. Или смирившимся. Или и то, и другое вместе.
– Да нас из преисподней выгнали, знаешь, за что?
– А вас выгнали? – Яра была немало удивлена.
Чертенок высунул морду из пустой сейчас топки, и с явно выраженным скепсисом посмотрел на магичку.
– Слышь, Ярослава, а ты что про Брошенный лес знаешь?
– А про него никто ничего толком не знает, только то, что в нем много аномальных зон и маги пропадают так же, как и люди.
– О-ой, сколько же сюрпризов тебя ждет!
Ехидненько улыбнувшись, Казя снова уполз в недра печи и уже оттуда вернулся к разговору.
– Так вот, нас изгнали из дома из-за Лютика.
– Интересно, что же надо сделать, чтобы из ада выгнали?
На самом деле интересно услышать ответ, да и за легким разговором готовка шла веселее.
– Ничего особенного. Он просто очень тонкой душевной организации. Младшенький-то наш. Красоту любит. Цветочки всякие. Вот и пытался в аду вырастить цветы! А мы с Изей сначала прикрывали идиотика-то, семья ж все-таки. Дом один на троих делили, а потом и сами в эксперимент втянулись. Знаешь, стало любопытно, возможно ли на огненной земле увидеть хоть что-то, кроме огня, обжигающих камней и сгустков лавы.
– Огненные цветы, – в задумчивости протянула Яра. В ней тут же вспыхнул интерес. Действительно интересно, а можно ли создать такое растение, которому для роста необходим будет не просто теплый климат, а самый настоящий огонь для подпитки. Ух, как интересно!
 
– Ну, извиняй, умница, мы, черти, огненной магией не владеем. Пятки не обжигали, по камням раскаленным ходя, и на том спасибо!
Казя даже чихнул от возмущения, а Яра решила обязательно попробовать вырастить что-то подобное. Конечно, понадобится помощь мага, владеющего огнем, не обязательно стихийника, можно и универсала, или и вовсе погодника. Главное, чтобы помочь мог. А если получится цветок огненный, то обязательно отправит Лютику. Подумать только, чертенок, который любит растения. С ума сойти!
*** 
Лють вернулся минут через десять. Ярослава как раз принялась резать картошку, Казя почти закончил проверять печь и теперь складывал в нее дрова. А Лютик как появился, весь из себя довольный, так и начал задавать вопросы про Межмирье. Ему было интересно все. Вот совсем все. Так что в итоге Яре пришлось рассказать про свою жизнь в этом удивительном месте. Межмировую академию магических искусств знали везде. В любом мире, где была хоть крупица магии, любой, кто этой магией обладает, стремится попасть в Межмирье. Так что любопытство чертят было понятным. Единственное, о чем Яра не хотела рассказывать, так это каким образом стала студенткой. Поэтому пропустив историю о том, как Хаспер нашел маленькую одаренную Ярославку на Земле, она решила рассказать о своей студенческой жизни.
– И че, вот прям влюбилась?
Шевеля носом, с сомнением переспросил Казя.
– Сложно было не влюбиться. Она дриада, ее по определению тянет к тем, кто умеет с природой общаться. А этот…
– Обманул, да?
Лютик сидел на стуле и, вздыхая, слушал историю. В отличие от брата, было похоже, что он искренне переживает.
– Знаете, какая Гера была? Красавица! Черты лица правильные, все девчонки на курсе завидовали. Глаза ореховые, волосы эти ее длинные с постоянно какими-то листочками и ягодами в них. Она как сама природа. Живая, разная, игривая, печальная. Платья легкие, воздушные всегда носила, говорила, что в других ей тяжело ходить. Когда смеялась, было чувство, как будто ручейки звенели, а если плакала, всем вокруг слышалось, как листва шуршит под дождем. А уж когда она с деревьями сливалась... Вы не представляете, на что способна была моя Гера. Она учила меня магии дриад. Открытая была, не хотела домой возвращаться в свой волшебный лес. Говорила всегда, что там все знакомы, а она жить хочет, сама любовь найти. Детей родить от того, кто полюбит, а не кто ветками крепче оплетет. Ну вот, полюбила. Дурочка.
– Что, горькой любовь-то оказалась на поверку?
– Не сладкой, Казь, не сладкой.
Яра уже давно поела и сейчас лениво помешивая в кружке чай.
– Понимаешь, мы, девочки, когда влюбляемся, хотим верить, что мужчина рядом с нами самый надежный, что он защитит и поможет. И уж точно никак не ждем, что именно он будет первым, кто нанесет удар. Гера ждала предложения и дождалась. Избранник ее его сделал. На глазах Геры сделал предложение ведьмочке с первого курса. Тварь. Оказывается, они с детства были знакомы и только ждали, когда девчонка войдет в брачный возраст. А Гера… Гера это так, экзотика, этому гаду рогатому было интересно, сможет ли полюбить девчонка с деревянным сердцем.
– Ну, погоди, чего сразу рогатый-то? Не все, у кого рога есть, подонки такие!
– Да я разве спорю, – Яра посмотрела на Лютя, – просто у этого подлеца и правда были небольшие рожки. Такие, знаете, как у козлят. Еще не прорезались, но уже видно, где вырастут. Любовь Геры тоже ходил вроде и козлик, но еще не до конца. А на поверку оказалось, что уже даже не просто козел, а козлина с опытом.
– И что? Что с девкой-то стало?
Казя поерзал на стуле и, потянувшись, схватил пригоршню орешков.
– Дриады, Казь, это удивительные создания. Но любить они могут один раз за круг. Для нас, людей, это равносильно тому, что за всю жизнь у тебя только одна попытка, чтобы полюбить. К счастью, дриады могу уходить на перерождение. Обычно это делают в старости, когда силы уже иссякают и с деревьями они более не могут сливаться. А Гера… Гера отказалась от сил и ушла добровольно на перерождение. Ей всего-то двадцать было. Для дриады это не возраст. Дитя. Мы с ней договорились, что я найду место, где она может вырасти. Приложу все свои силы, чтобы помочь подруге. И вот она уже два года ждет своего часа.