Игра (ЛП)

Киллиан мельком взглянул на меня, а фары встречной машины осветили сексуальный изгиб его губ.
– Выступаешь за команду колледжа? – он вновь повернул голову на дорогу.
– Да, и получаю за это стипендию, – мне не было стыдно. Ну, если только совсем чуть-чуть.
– Значит, у тебя все хорошо?
– Терпимо.
После этого он ничего не сказал.
Когда мы подъехали ближе, я указала направление. Киллиан остановился перед полуразрушенным студенческим общежитием, и я потянулась к дверной ручке.
– Не трогай.
«Вот… снова, этот его не-спорь-со-мной голос!»
Забавно, но у меня даже мысль не промелькнула ослушаться его приказа.
– Охрененно жаль, что этот вечер закончился вот так, – Киллиан повернул голову в мою сторону, оставаясь полностью в тени, но это не мешало мне представлять каждую черточку его прекрасного лица.
Мое сердце стучало так громко, что парень просто не мог его не услышать.
– Я в порядке. Все хорошо, что хорошо кончается.
Снова прозвучал его глубокий, гортанный смешок.
– Любишь бейсбол?
– Не особо.
Я с удовольствием бегала по треку, но не очень любила другие виды спорта.
– Футбол?
– Нет.
– Но пришла на вечеринку футболистов?
«Сегодня ночью мне точно будет сниться его голос».
– Это была моя самая ужасная ошибка. Но спасибо, что помог мне.
– Благодаря тебе вечер оказался... интересным. Я все время наблюдал за тобой. Было видно, что ты никогда не посещала такие мероприятия.
«Он наблюдал за мной?!»
– Ты абсолютно прав, – сейчас я бы все отдала, чтобы прекратить болтовню и позволить ему трахнуть себя. Зачем же тогда я отталкивала его?
– Ты в отношениях?
– В отношениях?! – казалось, мне просто необходимо было повторять все его слова.
– Вторая половинка… – в его голосе прозвучал смех, и я почувствовала, что на его щеках снова появились ямочки. – Парень?
– А, нет.
– Я провожу тебя, – Киллиан вышел из машины, прежде чем я смогла его остановить.
Дверца с моей стороны открылась, и его пальцы обхватили мое предплечье, а затем скользнули вниз по руке. Я не могла вспомнить, когда последний раз ходила, держась с парнем за руки. Возможно, еще в начальной школе.
Я ввела код безопасности на входной двери и, шагнув в вестибюль, повернулась пожелать ему спокойной ночи.
– До твоей двери.
Я хотела возразить, но на ум не пришло ни одного веского аргумента. И как дрессированный щенок поспешила к двери своей квартиры.
– Ключ, – протянул он руку.
Я покорно вложила ключ в его ладонь и внимательно следила за тем, как МакГрегор большими и ловкими пальцами открыл мою дверь.
Киллиан поднял взгляд.
Я перестала дышать.
Он наклонился и невероятно чувственными губами поцеловал меня в лоб.
Я серьезно... честное слово... в лоб!
– Спокойной ночи, Вебекка.
Я не смогла произнести ни слова и просто зашла внутрь.
– И, Длинноногая...
Я оглянулась через плечо.
– Если придешь еще раз на вечеринку, то обязательно поздоровайся со мной.
Я кивнула. Затем закрыла дверь и заперла ее за собой.
Охренеть! Я позволила отцу-мечте моих будущих детей просто уйти. Я знала, что больше никогда его не увижу. Но зато у меня остались воспоминания о нем. Теперь, однозначно, мой вибратор принесет намного больше пользы, чем в прошлом году.
«Теплые губы Киллиана МакГрегора коснулись… моего лба...»
Я была обречена.
Глава 3
Всю неделю после вечеринки – каждую свободную минуту – я проводила в Интернете, выискивая информацию о Киллиане. Чувствовала я себя безумной фанаткой. Но ничего не могла с собой поделать.
Двадцать пять лет. Звездный квотербек колледжа был задрафтован в первом же круге. В двадцать один – уже профессионал. Два года назад занял позицию защитника «Скорпионов». Год назад стал одним из самых завидных холостяков страны. Но, как и любой человек, имел свои недостатки. По общим сведениям, он был весьма вспыльчив и легко пускал в ход кулаки, когда коса находила на камень. И, к моему величайшему удивлению, имел репутацию плохого парня… совсем не подходящую квотербеку. Да и я до сих пор не могла забыть... его лицо ангела.
Тогда я копнула чуть глубже.
Мать-одиночка воспитывала его вместе с братом. Остальные статьи не давали должного представления о его семье. Зато подробное описание школьной жизни позволяло лучше понять его характер. Парень вырос в Ричмонде, штат Калифорния, и посещал афроамериканскую среднюю школу, где и научился махать кулаками. На втором году обучения, по счастливой случайности, на него обратил внимание тренер по футболу. Товарищи по команде стали его бандой и во всем покрывали его. Я нашла детскую фотографию, на которой крупный ребенок с дерзким выражением лица стоял в окружении пяти темнокожих мальчишек в спортивной форме. Его лицо было таким же ангельски красивым, как и сейчас. Мальчишки, обхватив друг друга за плечи, улыбались.
Итак, Киллиан МакГрегор имел репутацию плохого парня. И многие девушки находили в этом особую привлекательность. Но только не я. По крайней мере, до тех пор, пока Киллиан не взял меня за руку и, проводив до двери моей комнаты, не поцеловал в лоб.
Я не могла выкинуть его из головы. Поэтому делала то, что и всегда. Бегала. Рано утром. Пустынная жара пыталась растопить мое тело, но я все равно бегала.
Сегодня я надела поверх синих трусиков бикини беговые шорты, облегающий спортивный лифчик и белую майку. Затем носки и любимые кроссовки. А напоследок закрепила волосы в тугой хвост.
Я в несколько подходов размяла пальцы ног, руки и пробежала примерно милю умеренным темпом. Затем остановилась, сделала десятиминутную растяжку, разогревая мышцы, и приступила к основной части своего пробега. Уровень эндорфинов в моей крови повысился на пятой миле.
«Длинноногая... он назвал меня Длинноногой…»
Я не останавливалась до тех пор, пока все мои мысли не сосредоточились только на беге. На двенадцатой миле я достигла точки, где уже ничто не имело значения: ни красивый пейзаж, ни адская жара, ни будоражащие кровь воспоминания о Киллиане... Я упорно продолжала бежать.
В конце концов, преодолев последний холм, я вернулась в свою квартиру. Но... сколько бы миль я не пробежала, все равно не смогла вовремя заснуть и выспаться. А через две недели после вечеринки я выкинула кроссовки и купила новую пару – довольно сильно упала во время бега.
Через три недели я перестала смотреть телевизионные новости, читать статьи в Интернете и даже слушать сплетни о Киллиане МакГрегоре и его команде. Я поняла, что мне нужен сон, еда и психиатр. И неважно, в каком порядке. Я превратилась во влюбленную фанатку, которой нужно было срочно налаживать свою жизнь.
Я так и не простила свою сестру, но это, похоже, ее ничуть не волновало. И ее обычное поведение лишь укрепляло мои предположения. Мне было скучно и тоскливо. Я чувствовала себя синим чулком. Сестра поинтересовалась, видела ли я на вечеринке девушку, из-за которой Киллиан поругался со Стампом. Она понятия не имела, что это была я. А я не собиралась ей ничего рассказывать. Ведь она даже не извинилась за то, что бросила меня одну и не вернулась со мной домой.
Моя жизнь шла своим чередом. Я подала заявление на посещение летних занятий. Готовилась к весеннему беговому сезону. И старательно игнорировала факт, что профессиональные футболисты в это время тренировались перед первой предсезонной игрой.
Я запретила себе думать о Киллиане МакГрегоре. И у меня получилось. Ну, почти. Большой Бен, мой верный друг на батарейках – ярко-розовый шестидюймовый фонтан радости – неизменно возвращал все мои самые потаенные мысли к одной недосягаемой футбольной звезде.
В августе у меня начались регулярные занятия совместно с двухнедельной практикой под руководством моего тренера. Мои фантазии, а точнее попытка сделать их реальностью, побуждали меня тщательно выполнять все его требования. Но, к сожалению, победа для меня оставалась все такой же призрачной.