Пламя смерти (СИ)
— Значит, Илонна по-прежнему чувствует меня?
— Получается, да. Мы с ней ещё немного поговорили. Я сказал, что будь ты жив, то непременно послал бы призыв. Но призыва не было, значит, ты или мёртв, или обращён в зомби.
— Как это не было? — удивился Дилль. — Я ещё в песках делал кровавый салют. Но ни ты, ни Тринн не прилетели.
— Не было, — озадаченно подтвердил Аид. — Неужели ты думаешь, что Тринн или я не прилетели бы на помощь тому, кто вернул нам королеву?
— Э-э, вообще-то, именно так я и подумал, — смущённо сказал Дилль. — Всё-таки охрана малютки куда важнее.
— Тринн и так с неё глаз не спускает, — фыркнул Аид. — В общем, после разговора с твоей вампиршей я подумал-подумал, да и полетел к Единому. Мы с ним раньше не очень-то общались, но тут случай особый. Представь моё удивление, когда голем не только не отказался говорить со мной, но и очень даже любезно рассказал, что ты действительно жив и находишься в Эрмелеке. Вот я и полетел за тобой.
— А Илонна? Где она сейчас?
— Понятия не имею. Я отправил их всех обратно, должно быть, эта толпа вернулась в Григот.
— Аид, надо лететь туда, — Дилль вскочил на ноги. — Давай, отдыхай быстрее, и в путь.
— Как ты себе это представляешь — отдыхать быстрее? — возмутился Аид. — Вот же нахалёныш!
— Да, что-то я… — смутился Дилль. — Прости, я очень переживаю за Илонну.
— Понимаю, — буркнул дракон. — Но я — не воздушная элементаль, чтобы сутками порхать в воздухе. Жди.
Дилль, кусая пальцы от нетерпения, ждал, пока Аид отдохнёт. Илонна в опасности, на ней какая-то смертельная печать, а он сидит тут посреди то ли хивашской степи, то ли сумеречных земель. Врачеватели вливают в Илонну жизненные силы, но по словам Аида, это не поможет. Илонна должна умереть. Значит, остаётся одно — попасть в Лабиринт миров и попросить Великую Госпожу снять печать с Илонны, предложив ей взамен себя. Дилль был готов к смерти, его смущало только одно: в свои прошлые посещения Лабиринта миров, когда он был на грани жизни и смерти, он не встречал Великую Госпожу. Что, если он убив себя, он не встретит её опять и не сможет помочь любимой?
Возможно, близость этой ужасной печати поможет отыскать Великую Госпожу в Лабиринте миров. Значит, первым делом нужно добраться до Илонны, а там… там видно будет. Приняв это решение, Дилль уселся медитировать. Он пытался войти в то состояние, когда он и Илонна объединялись и становились одним целым, чтобы передать ей, что он жив, и скоро они будут вместе. Но медитация получилась обычной — Дилль всего лишь поднакопил эргов, но обрести единство с Илонной у него не получилось. Зато ожидание прошло незаметно — за это время Аид отдохнул.
Весь полёт до Григота Дилля снедало беспокойство. Он едва дождался, когда внизу появятся слабые огоньки города вампиров, а дракон начнёт снижаться. Аид приземлился неподалёку от ворот, и Дилль скатился по чёрному крылу.
— Аид, спасибо тебе! — он поклонился дракону в пояс. — В любое время ты можешь потребовать мою жизнь, и я с радостью отдам её тебе.
— Пф, зачем мне твоя жизнь? — выпустил облако дыма Аид. — Скажи лучше, ты имя королеве придумал? А то ведь Тринн мне уже макушку прожгла — всё хочет назвать малышку Мощнокрылой. Где это видано, чтобы королева носила такое дурацкое имя? Давай, скажи, что ты согласен на Златоглавку, да я полетел, обрадую Тринн.
Против воли Дилль улыбнулся — именно из-за имени малютки королевы всё и началось. Великие драконы не сошлись во мнениях. Принять точку зрения одного — значит, обидеть другого. Не то чтобы Дилль их опасался, но кто их, Великих, знает, вдруг рассердятся?
— Аид, — сказал он, — если вы назовёте королеву Златокрылой, то не обидно будет ни тебе, ни Тринн. По-моему, это замечательное имя для королевы драконов.
На морде Аида появилось странное выражение. Дилль уже начал опасаться, что Аид всё-таки обиделся, когда дракон расхохотался.
— Что может быть проще?!! Златокрылая! И никому не обидно. А ты молодец, младший. И как это я сам не догадался? Теперь-то Тринн точно обрадуется.
Аид взмыл и скрылся в ночи. Дилль потопал к воротам. Со стен и из амбразур надвратной башни на него глядели изумлённые стражники.
— Чего рты раскрыли? — заорал он. — Открывайте, или мне тут всю ночь стоять?
Послышался скрип отодвигаемого засова, и одна из воротин медленно открылась. Перед Диллем появился незнакомый вампир с отвалившейся книзу челюстью.
— Рот-то закрой — клыки простудишь, — посоветовал Дилль. — Где Илонна?
— Полумастер клинка Жуар, командир полночной стражи, — представился вампир. — А ты… жив?
— Как видишь, — нетерпеливо сказал Дилль и повторил: — Где сейчас Илонна?
— Глава клана в доме мастера Фирриса.
— Это замечательно, а где моя жена?
Вампир и Дилль уставились друг на друга с недоумением. Наконец вампир сообразил и сказал:
— Воин Илонна избрана советом старейшин главой клана Дракона, который создан указом короля Юловара. Клан Григот в полном составе вошёл в новый клан.
— Долго же я отсутствовал, — удивлённо пробормотал Дилль. — Ученица — глава клана? Командир, не дашь мне проводника?
— Разумеется. Но только после того, — вампир подобрался, — когда докажешь, что ты жив.
Дилль посмотрел на готового пустить в ход меч командира, на стражников, наставивших на него арбалеты.
— Думаешь, Великий Хранитель согласился бы таскать на себе мертвяка?
— Обычного — нет, но всем известно, что ты был дружен с драконами, — возразил вампир.
— Хорошо, дай мне нож.
Командир стражи протянул ему свой кинжал, Дилль оттянул рукав рубахи и резанул себя по запястью.
— Видишь, у меня идёт кровь. Этого хватит?
— Ну-у, не знаю, — протянул вампир. — Вдруг ты стал настолько могущественным личем, что у тебя даже кровь идёт.
— Слушай, — рассердился Дилль, — будь я личем, и ты, и твои парни уже превратились бы в кучу гнилых кишок. Давай мне провожатого, иначе я заплутаю.
Полумастер поколебался и отдал приказ сопровождать буквально свалившегося с неба мага. Один из стражников шёл, указывая дорогу, двое других не спускали с Дилля глаз, вооружённые арбалетами. Он не преминул это отметить.
— А чего это вы за стрелялки схватились? Вроде как настоящий воин должен орудовать только мечом.
Воины хмуро проигнорировали откровенное ехидство и только покрепче сжали ложа арбалетов. Наконец тот, что шёл впереди, остановился.
— Это здесь. Жди, я сообщу мастеру Фиррису.
Вампир постучал. Вскоре послышались шаги, дверь распахнулась, и на пороге показался отец Илонны. Он окинул суровым взором воина и хмуро спросил:
— Что случилось? Разве вы не знаете…
— Я случился, — сказал Дилль, выходя вперёд. — Приветствую тебя, мастер.
Фиррис даже отшатнулся, а его глаза стали огромными.
— Ты?!! Живой?!!
— Я, — улыбаясь до ушей, ответил Дилль. — Живой.
Мастер Фиррис подошёл, вглядываясь в его лицо, затем покачал головой и сказал:
— Глазам не верю. Выходит, Илонна была права, когда говорила, что почувствовала тебя.
— Где она, мастер? — веселье Дилля мигом улетучилось. — Могу я увидеть её?
— Она, — лицо мастера Фирриса окаменело, — умирает. Ты можешь увидеть её, но она тебя уже не сможет.
Оттолкнув его, Дилль бросился внутрь дома. Фиррис поспешил за ним, говоря, куда свернуть. Дилль промчался по тёмным коридорам и комнатам и влетел туда, где неярко горели несколько масляных ламп. Посреди комнаты стояла большая кровать, на которой лежала Илонна. Вокруг сидели врачеватели с усталыми лицами. У стены Дилль приметил Гунвальда, Герона и Вальдора — лица воинов были мрачнее грозовых туч. В углу тихо утирал глаза старый слуга дома Готвадов.
Ни с кем не поздоровавшись, Дилль бросился к кровати. Вошедший за ним мастер Фиррис остался в дверях. При появлении Дилля все поднялись, обмениваясь изумлёнными взглядами. Вальдор до половины вынул из ножен меч, Гунвальд затряс головой и даже глаза протёр, а Герон быстро перекрестил Дилля. Врачеватели шарахнулись в стороны, словно он был прокажённым. Дилль, не обращая ни на кого внимания, положил чёрный посох на пол, опустился на колени перед Илонной и взял её исхудавшую руку в ладони.