Свет надежды

В холодильнике нашлись макароны, кетчуп и чесночный хлеб. Ивен сунул все это в микроволновку, разогрел и выставил на стол. Крис накинулась на еду так, словно три дня не ела. Ивен и сам проголодался, и все же не столько ел, сколько смотрел на нее и думал о том, что она ему рассказала. Ее история действительно растрогала его — не столько сами события, сколько то, что Крис каждый раз находила выход из любой ситуации, и то, сколько жертв принесла она ради того, чтобы выжить и найти в этой жизни тихую гавань. Он снова и снова обдумывал все это, и писатель в нем уже планировал сцены и сочинял диалоги.
Они убрали со стола и улеглись в постель. Крис повернулась на бок и улыбнулась ему.
— Мне так хорошо! А тебе?
— А мне тяжело оттого, что наелся на ночь, — проворчал Ивен.
— А вот у меня такое ощущение, словно я похудела сразу на сотню фунтов. Это оттого, что я избавилась от напряжения и от всех этих тайн. Представляешь, годами хранить тайну? По-моему, тебе стоит переквалифицироваться в психотерапевты. Я уже второй раз плачусь тебе в жилетку.
— Да, я заметил.
Она протянула руку и погладила его по щеке.
— Да, я знаю, я слишком много болтаю.
— Нет.
— Самое удивительное, я до сих пор не понимаю, почему я так доверяю тебе. Ты, случайно, не знаешь?
Ивен покачал головой. Ему хотелось, чтобы Крис еще раз коснулась его.
— Понятия не имею.
— Что, твои знакомые всегда раскрывают тебе свою душу?
— Мои знакомства обычно не заходят так далеко. — Он накрыл ее ладонь своей и наклонил голову, чтобы поцеловать ей руку, а потом снова прижал ее к своей щеке. — Я вообще-то никого к себе не подпускаю.
— Ну да, я так и думала.
— А теперь мне хочется подобраться к тебе поближе.
— Как, опять?
— Боюсь, что да.
— Ну так что же тебе мешает? — сказала с полуулыбкой-полувздохом.
— Да ничего!
Чудный, полный любви и нежности сон был прерван резким, настойчивым телефонным звонком. Крис пробормотала что-то протестующее, потом села в постели и с тревогой уставилась на Ивена. Ивен снял трубку.
— Марла? — хрипло сказал он, протирая глаза. — Какого черта? Сколько времени? А? — Он нахмурился, слушая голос в трубке. — Да, она здесь.
— Что, с детьми что-нибудь? — всполошилась Крис. — Надо было вчера позвонить в отель и спросить…
Ивен зажал трубку ладонью:
— Нет-нет, с ними все в порядке, — потом снова обратился к Марле, плохо скрывая раздражение: — Да, мы работали над сценарием. Не мели ерунды! Да, набросок будет готов к субботе. Нет, только первоначальный… — Он снова нахмурился. — Не уверен.
Он сунул трубку под одеяло и обернулся к Крис.
— Она спрашивает, где ты будешь жить, у меня или в гостинице. Я могу ей сказать, что это не ее дело…
Крис покачала головой.
— Нет, это нехорошо… В конце концов, это ведь она оплачивает мою поездку.
— Ну так что ей ответить?
Она вгляделась в лицо Ивена, стараясь понять, чего хочет от нее он сам, но выражение его лица было непроницаемым. Сейчас это был совсем другой человек, чем вчера вечером: почти чужой и весьма раздражительный. Крис вдруг смутилась оттого, что сидит в его постели совершенно голая, и поспешно натянула на себя простыню.
— Решай сам, — пожала она плечами.
Что за ужасное пробуждение! Она-то надеялась понежиться в постели, наслаждаясь воспоминаниями, прижаться поближе к Ивену, а вместо этого — мрачный Ивен, у которого такой вид, словно он готов пожалеть обо всем, что было вчера. Неужто он и впрямь жалеет об этом? Господи, неужели она совершила такую ужасную ошибку?
Ивен внимательно посмотрел на нее, потом взял трубку.
— Пока она будет здесь. Если она тебе понадобится, можешь позвонить в отель: Крис заедет туда или позвонит… Сейчас спрошу.
Он опять зажал трубку.
— Она хочет поговорить с тобой.
Крис замотала головой.
— Скажи ей, что я в ванной!
Ивен улыбнулся и сказал в трубку:
— Она не может подойти… Ну да, я же говорю… — Он поморщился. — Ладно, хватит! Да… О'кей. Да, конечно. Пока.
Он повесил трубку и покачал головой.
 
— Эта женщина обладает чуткостью атомной бомбы. Она передает тебе дружеский привет. И просит передать, что у нее будет «небольшая вечеринка» — понимай, огромное сборище — в субботу вечером. В твою честь.
— О Господи!
— Если хочешь, можешь ей позвонить и сказать, что вечеринки не будет.
Крис подумала.
— А стоит? Я даже не знаю. С Марлой надо быть осторожнее. Но я не хочу, чтобы обо мне все знали.
— Поздновато беспокоиться, — сухо заметил Ивен. — О тебе кино снимают, так что привыкай.
— Да, пожалуй, ты прав… А что это будет за прием? Я имею в виду, кто там будет?
Ивен пожал плечами.
— Да все, кто обычно ходит на такие тусовки. Актеры, сценаристы и прочая пестрая публика…
Ивен произнес это небрежным тоном, но Крис сразу загорелась.
— Слушай, но это же здорово! Это тебе все надоело, ты к этому привык, а я-то нет!
На лице Ивена было все то же замкнутое выражение. Он пожал плечами.
— Как хочешь.
Отчего он так переменился? Крис стало ужасно неуютно. Она даже обиделась и рассердилась. И растерялась. Он говорил, что она может довериться ему. А сегодня Крис была готова обозвать себя провинциальной дурой: почему она поверила ему?
— Ивен, я…
— Знаешь, надо кое-что доделать в сценарии, — коротко сообщил он. — Можно сделать это в офисе Марлы, здесь — где хочешь. Тебе нужно в отель?
— Вообще-то у меня все вещи там…
Он кивнул и вскочил с постели.
— Ну да, конечно! Ты хочешь есть? — спросил он, сдернув с крючка у постели короткий халат. — Поди прими душ, а я пока пожарю яичницу.
— Ивен…
— С беконом, разумеется! Я готов съесть слона!
— Ивен, подожди! Что происходит?
Ее вопрос застиг его на полдороге к двери. Ивен обернулся. Крис сидела в постели, прикрыв грудь простыней, и испуганно смотрела на него.
— Ты… стал совсем чужим, ты словно стеной отгородился! — жалобно сказала она. — Что случилось, Ивен?
В душе у него кипело столько чувств, что он не мог ответить — несколько секунд он просто стоял и молча смотрел на нее. Потом медленно покачал головой.
— Ничего. Ты здесь ни при чем, Крис. Я собирался… — Он растерянно взъерошил волосы. — Я не знаю. У меня была идея, а Марла все испортила.
— Какая идея?
Ивен подошел к кровати и присел на край. Он беспокойно теребил пояс халата и старался говорить как можно спокойнее.
— Я надеялся, что ты проведешь все время здесь, у меня. До самого воскресенья. Нет, я понимаю, тебе надо в отель. Наверно, тебе даже надо отдохнуть. Отдохнуть… от меня.
Он осекся.
Крис, видимо, поняла его. Она потянулась и взяла его за руку.
— Понимаешь, у меня тоже было что-то вроде мечты.
— Какой мечты?
— Ну, я хотела повидать все места, о которых я читала. А если ты отвезешь меня — ведь ты же обещал, помнишь? — то по дороге мы можем разговаривать. Ты можешь даже записывать меня на магнитофон, — улыбнулась она. — А в отель мне все равно нужно: надо же переодеться! А потом, мне хотелось бы пожить там хотя бы немного. Я в таком месте никогда не бывала: три телефона и каждый вечер шоколадки на подушке! Я хотела попробовать, понимаешь?
— Понимаю.
— Но, видишь ли, Ивен, — тихо продолжала она, подняв руку и отводя волосы, упавшие ему на лоб, — мне хотелось, чтобы со мной был ты. Всюду. Все время.
Он печально улыбнулся.
— Да, здесь есть место и моей мечте.
— Вот именно!
— Извини, Крис. Я вел себя как последний осел.
— Есть немного! — Она нежно погладила его по груди. — Зато теперь я знаю твоютайну. Когда твои чувства задеты, ты отгораживаешься стенкой. Я это запомню.
Он посмотрел на ее руку.
— Неужели я такой прозрачный?
— Как стеклышко!
Она стащила халат с его плеч. Ивен сдернул его совсем и швырнул на пол.