Практик (СИ)

— А на что инициация похожа?
Я не знал, как передать словами свои ощущения и воспоминания, но попытался, а там мы уже и пришли. Увы, полюбоваться стройными волейболистками и отправиться восвояси не получилось: вот так сразу привлекать Вику к занятиям не стали, только включили в состав группы и согласовали расписание.
— Ника сегодня в фотостудии занимается, за нами только в восемь машину пришлют! — заявила после этого барышня. — Пойдём куда-нибудь перекусим, я сегодня ещё не обедала. Покажешь мне «Под пальмой»? Ну пожалуйста! Я там ещё ни разу не была!
У меня свело скулы, но улыбаться я не перестал. Ну чего стоило вчера промолчать?
Вот кто только просил встревать со своими бесценными замечаниями?
— Давай сам тебя домой отвезу? — предложил, собравшись с мыслями.
— А там никого нет! — радостно объявила Вика и потрясла ридикюлем. — И я сегодня без ключей.
— Хорошо, пообедаем «Под пальмой», — сказал я без всякой охоты.
Не могу сказать, будто общество Вики было мне хоть сколько-нибудь неприятно, просто не тащить же её с собой в фотоателье! И как быть?
Но так далеко наперёд я загадывал совершенно напрасно, поскольку отпущенную на сегодня меру бед и несчастий до конца ещё не исчерпал. В кафе мы наткнулись на Северянина и его блондиночку, и всё бы ничего, да только этот нехороший человек при виде меня расплылся в глумливой улыбке.
— Ну ты вообще на соплюшек перешёл! — объявил он во всеуслышание.
Его спутница захихикала, рассмеялся и кто-то из посетителей. Захотелось догнать поганца и отвесить ему крепкого пинка, но вместо этого я вытянул руку и перехватил Вику, вовремя успев развернуть её обратно к себе.
— Самоконтроль! — наставительно произнёс я. — Самоконтроль и ещё раз самоконтроль!
— Но этот…
В зелёных глазах девчонки от обиды заблестели слёзы, и я ободряюще улыбнулся.
— Не принимай на свой счёт, уколоть хотели меня, а не тебя. Да успокойся, говорю! Не нужно кричать и кидаться на людей, больно можно сделать, и не теряя лица. — Я повернулся к уже распахнувшему входную дверь Северянину и окликнул его: — К слову, о соплюшках, Костя! Окажись буфетчик в доме отдыха чуть расторопней, твоя соплюшка проснулась бы в постели со мной, а не с тобой!
Северянину будто мокрой тряпкой по лицу съездили, он дёрнулся как от удара, и по энергетическому фону разбежались явственные искажения, но обошлось без драки. Покрасневшая до корней волос блондиночка вцепилась в руку своего кавалера и буквально вытянула его за собой из кафе.
Мне тоже оставаться там расхотелось.
— Пообедаем в другом месте, — сказал я и повёл Вику на выход.
— Это правда? — спросила она уже на улице.
Я недобро глянул в спину топавшему к скверу у главного корпуса Северянину и уточнил:
— Что именно?
— Ты и вправду собирался охмурить ту белобрысую дурочку?
— Правда то, что буфетчик был нерасторопен, — сказал я. — Остальное к делу не относится.
— Ну-ну! — фыркнула Виктория и моментально перескочила на другую тему. — И куда ты меня теперь поведёшь? Я кушать хочу!
Я задумался ненадолго и предложил:
— А давай до бульвара Февраля прогуляемся?
— Давай! — легко согласилась барышня. — С тобой хоть на край света!
Эту её реплику я предпочёл пропустить мимо ушей, благо ни на край света, ни даже на другой конец города идти не было нужды: на месте мы оказались уже минут через пять.
Фотоателье «Улыбка» занимало часть двухэтажного дома на примыкавшей к бульвару улочке, и как на заказ почти напротив него в угловом здании я углядел кафе с открытой летней террасой. Там мы и расположились.
— Часто здесь бываешь? — уточнила Вика. — Что посоветуешь заказать?
— Понятия не имею, — сознался я. — Подожди тут, мне по делам сбегать нужно.
— А ты куда?
Я указал на вывеску ателье.
— Схожу на документы сфотографируюсь.
— Ой! — обрадовалась Вика. — Я с тобой! Обожаю фотографироваться!
— Тебе Ники мало? — удивился я.
Барышня пренебрежительно фыркнула.
— Да что она понимает! У Ники репортёрская съёмка, как она это называет. Исподтишка всех фотографирует! А в нормальном виде снять — ни в какую. Мол, мещанская пошлость. Так что я с тобой!
 
Подошла официантка, и раз уж пропала всякая надежда отвязаться от настырной девчонки, я решил для начала перекусить и сделал заказ. Да ещё намеренно сел так, чтобы видеть вход в ателье.
— А чем ты занимаешься, когда хулиганов не колотишь? — с подначкой спросила Вика.
— Работаю и учусь, — ответил я и сфокусировался на фотоателье.
— А в свободное время?
— У меня его нет.
— Вообще-вообще?
— Именно, — подтвердил я, уловив слабый намёк на присутствие в здании напротив оператора.
— А книги?
— Читаю.
— И какие?
— Детективы.
— Я тоже! — обрадовалась Виктория. — А в кино ходишь?
— Давненько не был.
— Надо сходить, — деловито заявила барышня, но тут к моему несказанному облегчению начали накрывать на стол.
Хорошие манеры не предполагали активной беседы во время приёма пищи, и натиск собеседницы ослаб, вот только ничего кроме уже уловленных искажений ощутить мне так больше и не удалось. Всё же не ясновидящий, да и потенциал в противофазе не удерживаю.
Оплатив счёт, что было воспринято моей спутницей как должное, я повёл Вику в фотоателье. Там нас встретил молодой человек, элегантный и утончённый.
— Чем можем помочь? — лучезарно улыбнулся он нам.
Я попросил изготовить фотографии на документы, а вот Вика на мелочи размениваться не пожелала и принялась выпытывать у молодого человека, какие в их ателье имеются фоновые изображения. Тот сдал меня с рук на руки мастеру с вислыми прокуренными усами, а сам повёл барышню в зал павильонной съёмки.
— Петя, приходи, как освободишься! — окликнула меня та.
Пришлось пообещать.
Поправляя причёску перед зеркалом, я снова попробовал уловить энергетические искажения, но на сей раз ничего не ощутил, даже до предела понизив экранирование. Когда расположился на фоне белого полотнища и придал лицу бесстрастное выражение, вновь попытался отыскать запропавшую невесть куда аномалию, и вновь безрезультатно.
Предупреждение, вспышка, лёгкий дымок.
Свободен.
Вот тут-то я и порадовался компании барышни. Так бы расплатился и отправился восвояси, а сейчас с полным правом прошёл в зал павильонной съёмки. Вика ещё только выбирала фоновые изображения, и я справился об уборной, после чего заглянул в служебное помещение.
Там — ничего интересного. Лестница на второй этаж и коридор с закрытыми дверьми, а ещё — ни малейшего намёка на энергетические искажения.
Почудиться те мне никак не могли, и значит, либо оператор покинул ателье через чёрный ход, либо изначально находился не здесь, а в соседнем здании. Мог я спутать? Вполне. Операторов в округе хватало. Всё же центр города — на бульваре Февраля из наших каждый второй, если и вовсе не двое из трёх.
Я вернулся в зал и обнаружил, что Вика остановила свой выбор на пляже с пальмами, с коими её сарафан сочетался едва ли не идеально. Да и сама она смотрелась просто замечательно: такой снимок испортить — это серьёзно постараться надо. Но любоваться барышней я не стал, вернулся в вестибюль и предупредил молодого человека, что оплачу весь счёт сразу, заодно повторно огляделся.
Фотоателье как фотоателье, ничего особенного. Но было бы странно, если б удалось что-то заметить в помещениях, открытых для посетителей. Я сюда больше для успокоения совести наведался, если честно.
Вика одним только пляжным пейзажем не удовлетворилась, следующим одобренным ею фоном стал вид столичной набережной.
— Петя, составь мне компанию! — попросила она.
Раз уж я усиленно изображал из себя покладистого кавалера, пришлось присоединяться к барышне. Как расценит подобный снимок её папенька, честно говоря, не хотелось даже думать. Я и не стал.
Как не стал и одёргивать Вику, когда та взялась выбирать следующий фон. Слонялся туда-сюда, приглядывался, присматривался, отслеживал энергетические аномалии. Убил на это самое меньшее полтора часа, даже небольшая очередь желающих запечатлеть себя на плёнку образовалась.