Псиоп (СИ)

Пять минут, в этот момент понимаю, усиление продлится не больше этого времени, после чего сила закончится. Люди отдали все, что могли, эта сила далеко не бесконечна. Да и я сам, подняв руку к лицу, вижу, что у меня из носа потекла кровь. Нехорошо, нужно закончить со всем этим здесь и сейчас.
Паря немного в стороне, я наблюдал, как две черные фигуры рвут друг друга на части, обмениваясь ударами, снося полки и раскидывая в разные стороны товары. Надеюсь, это место застраховано. Зубастые рты цеплялись в темную плоть, желая сожрать противника, но по итогу отрывая лишь куски дыма.
Тем временем Пышка продолжал летать вокруг, ни на секунду не прекращая расстреливать убийцу из своих костяных пистолетов. Я же поддерживал их с помощью своего образа, ощущая, как заемная сила истаивает с каждой секундой. Из активных сил у меня есть лишь голос, но я откуда-то знал, что он не сработает против убийцы, его разум сейчас больше похож на чёрный вихрь, подавить его у меня едва ли получится.
Нимб запульсировал, в какой-то момент я ощутил, что есть еще одна возможность. Вытянув руку вперед, приказываю полу под ногами у убийцы:
— Зыбучий песок, — пол, повинуясь моей воле, изменился, отчего монстр стал стремительно проваливаться вниз.
— Кха! — от напряжения, у меня из глаз потекла кровь, я это понял, лишь приземлившись на пол, проведя рукой по лицу, попутно развеяв огненные крылья на скейте, чтобы хоть как-то снизить нагрузку.
Доступное нам время сократилось до двух минут. Чудеса требуют слишком много сил. Проносится в голове мысль, вот только она была не моей. Заозиравшись, я не увидел никого, покупатели уже давно разбежались, здесь не осталось никого, кроме нас четверых.
Пока я отвлекся, Людка сумела затолкать на половину своего убийцу в зыбучий песок. Тот упирался, но силы были равны. Именно в этот момент Пашка подлетел к монстру поближе, создавая в руках костяную пушку. Увидев это, я было хотел закричать, чтобы он не делал этого…
— Получи! — оскалился Пашка, стреляя в упор.
БАХ! Нимб над моей головой мигнул, окончательно исчезая, Людка исчезает следом, но не успел я испугаться, как понимаю, что она переместилась в красную комнату. Когда я восстановлю свои силы, я вновь ее смогу призвать. Пока же… я пошатываясь двинулся в сторону убийцы, который оказался вмурован в пол, оглушенный выстрелом, вернувшись к своему изначальному виду.
На вид лет тридцать, правильные черты лица, волевой подбородок. Когда-то в другой жизни я хотел выглядеть так же… Сейчас же я испытывал лишь пустоту и усталость. Я его не знал, убийцей оказался незнакомец, который решил, что ради своего будущего вполне может убить мою девушку, но это он зря.
Пошатываясь, я двинулся к убийце, но на моем пути оказался Пашка.
— Что ты задумал? — хмуро посмотрев на меня.
— Его нужно кончать, пока он не очнулся, — произношу, облизнув влажные от собственной крови губы.
— Я сам это сделаю, — мрачно улыбнулся Пашка, после чего тихо признался: — Знаешь, Людка мне тоже нравится…, но я подумал, что не хочу вам мешать. Должно быть я тот еще дурак…
— Спасибо, за все спасибо, — ощутив сухость во рту, тихо благодарю.
— Ерунда, для чего еще нужны друзья? — кивнул он, с этими словами доставая из кармана молоток.
У него уже не осталось сил, чтобы призвать череп, а потому убийцу он забьет молотком, словно больную бешенством собаку. Это действительно нужно сделать, чтобы никто больше не пострадал…
— Ни с места! — луч фонаря на секунду меня ослепил.
Лишь после этого я услышал чужие шаги. Это были полицейские, которые навели на нас автоматы. Одетые в камуфляж, каски и бронники, патрульные выглядели довольно решительно, они должно быть решились зайти внутрь, когда все стихло.
Пашка выронил молоток, поднимая руки вверх. Ни у кого из нас не осталось сил, чтобы призвать образ и добить ублюдка. Мы стояли без сил посреди разгромленного супермаркета. На моих глазах одна из ламп мигнула и упала вниз, отчего полицейские дернулись, но все же не открыли огонь. У них должно быть стальные нервы.
 
— Сука… — сухо произношу, устало прикрыв глаза.
Но нет, у меня не осталось и грамма силы, чтобы поставить точку в этой истории. Единственное, что я мог — это во всех деталях запомнить лицо убийцы, чтобы выследить его позже. Открыв глаза с усилием поднимаю руки. Он еще поживет, но ему уже вынесен приговор. Пока же будет не самой лучшей идеей позволить себя пристрелить.
  
Эпилог
 
Эпилог. Дружба начинается с убийства. 
Решетка камеры отъехала в сторону:
— На выход! — а на пороге показался полицейский со связкой ключей в руках.
Пашку увел ранее отец, пока по делу мы проходим как свидетели, я же дожидался матери или своего адвоката. За время, пока я сидел в камере в одном из околотков, я успел привести себя в порядок. Правда, я все еще ощущаю себя не очень, но хотя бы перестал выглядеть, словно оживший труп. Битва с диким довольно сильно меня вымотала.
Пройдя коридор, дежурный меня просто вытолкал наружу, захлопнув за мной дверь. Оказавшись на улице перед околотком, я даже немного растерялся, пока не увидел немного впереди мамину машину. Она все же приехала, устало понимаю. Выпрямившись, что аж хрустнула спина, я двинулся к машине. Меня точно будут ругать, я привлек к себе внимание, но мне было все равно, я сделал то, что должен был.
Было нестерпимо жалко людей, но фарш назад уже не провернешь. Пашка поступил неосмотрительно, когда напал на вражеского Псиопа посреди супермаркета, но пока мы сидели в камере, он и сам признал свою вину. Пашка плакал, а я никогда не видел, чтобы он плакал. Мне с трудом удалось его успокоить, донести, что я ни в чем его не виню. Никто из нас не ожидал, что наша игра в героев закончится сначала смертью Людки, а затем и гибелью непричастных людей.
Гордыня, именно так назвал мой грех дикий, возможно, он и прав. Порой я веду себя слишком самоуверенно. Это было частью меня, как и образ, стоит это признать…
Дойдя до машины матери, я увидел через окно ее саму. Наши взгляды встретились, на удивление я не ощутил в ней злости, скорей… гордость?! В этот момент она гордилась мной. Это было необычное чувство. Потянув на себя дверь, сажусь рядом с ней на кресло.
— Скажи мне сын, какую ошибку ты допустил? — мягко спросила она.
— Что влез в битву к которой оказался не готов? — осторожно предполагаю.
— Нет, ты оставил своего врага живым, — наклонившись, она ласково провела рукой по моим волосам, — я слишком долго тебя игнорировала, настало время научить тебя всему. Хоть ты и парень, но ты МОЙ сын. Я покажу тебе, на что способен наш голос на самом деле, после чего ты выследишь и убьешь своего врага.
С этими словами она завела машину, и мы сдвинулись с места. Посмотрев на удаляющийся околоток, я подумал, что вскоре могу вновь в нем оказаться, но мне было все равно. Посмотрев на маму, я ей благодарно улыбнулся. Я все еще ее не простил, но в этот момент я ощутил с ней близость. На какую-то секунду мне даже показалось, что я увидел в зеркале заднего вида, как наши глаза с матерью в темноте светятся красным, но должно быть мне показалось.
От усталости я спустя пару секунд провалился в забытье. И мне приснился сон, как закованного в кандалы убийцу увезли в полицейском УАЗике, вот только за рулем оказался не полицейский, а медсестра из школы. Посмотрев в окошко, она удовлетворенно кивнула. Спустя тридцать минут машина въехала в расположение военной части, где их уже ждали. В этот момент сигнал оборвался, и я проснулся…
Открыв глаза, я увидел потолок своей комнаты. На секунду мне даже показалось, что все случившееся — это дурной сон. Да и в целом я не помню, как ложился в свою кровать. Не могла же мама сама меня донести? Стоило мне подумать о матери, как дверь в комнату открылась, и она появилась на пороге в спортивном костюме: