В оковах бездны (СИ)
— Босс велел собрать твои вещи, пока ты выполняла задание, — заявил водитель и открыл спортивные сумки. — Тут все необходимое на первое время. Документы тоже прихватил.
Я ошарашенно смотрела на мужчину. Он был у меня дома? Копался в моих вещах? Стало не по себе от осознания того, что Черт с такой легкостью распоряжался чужими судьбами.
— Тебе придется затеряться на полгода, пока все здесь не затихнет. Твою прощальную записку, которую ты оставила дома для родителей, я сжег. Прости, но пришлось написать от твоего имени новое письмо. Там говорится о том, что ты устала, что хочешь побыть одна и сменить обстановку, что обязательно свяжешься с родными, как только устроишься на новом месте… И все в таком духе. Босс решил перестраховаться на тот случай, если все же кто-то из шакалов захочет тебе отомстить. Поэтому лучше затаиться.
— Хорошо, — выдохнула, пребывая в шоке от происходящего.
— Тогда поехали, — улыбнулся Николай, открыл передо мной дверь автомобиля.
Я устроилась на переднем сиденье, пристегнулась. Меня не пугали перемены, не тревожила мысль, что еду с незнакомым мужчиной непонятно куда. Ведь если бы меня хотели убить, то давно бы это сделали. Я всем сердцем надеялась, что скоро найду ответы на свои вопросы.
Большую часть дороги я спала, организм требовал отдыха. Остановки делали, чтобы перекусить и на ночлег. За два дня пути я так и не смогла выведать у Николая информацию. Этот мужчина был немногословен. Судя по вывеске, которую проехали, мы находились в другом городе. Здесь я никогда не была, поэтому с любопытством смотрела в окно, рассматривая местность.
Хотела поинтересоваться, куда мы едем, но потом поняла, что водитель не ответит, а снова попросит набраться терпения. Машина остановилась напротив двухэтажного дома, вокруг которого стоял высокий кирпичный забор.
— Мы на месте, — заявил Николай, размял рукой шею, а потом разблокировал двери.
Я вышла из машины, вдохнув полной грудью свежий воздух. Пахло цветущими деревьями. Чирикали воробьи, а солнышко приятно ласкало кожу. Николай вытащил из багажника мои вещи и уверенно зашагал к воротам. Я последовала за водителем. Он опустил мои сумки на зеленую траву, нажал на дверной звонок, а потом похлопал меня по спине.
— Если понадоблюсь, мой номер есть в твоем телефонном справочнике. Так и записано «водитель Николай». Удачи тебе, — проговорил он и направился к машине, а я растеряно посмотрела на мужчину.
— А вы не пойдете со мной? — воскликнула удивленно.
Николай обернулся, улыбнулся, покачал головой.
— Я свою работу выполнил — доставил тебя по указанному адресу, пора возвращаться к боссу.
Я тяжело вздохнула, а потом замерла, когда услышала звук отпирающейся двери. На пороге стояла красивая девушка с годовалым ребенком на руках. У мальчика были такие же угольно черные глаза, как и у матери. Мое сердце невольно дрогнуло.
— Мама, а кто к нам пришел? — услышала я детский голосок и перевела взгляд.
За незнакомкой топтались на месте две девчушки, держась за руки.
— Татьяна? — уточнила у меня хозяйка дома.
— А? — я пребывала в замешательстве. — Да-да, меня зовут Татьяна, — опомнилась я.
— Проходи, — улыбнулась незнакомка.
Я подхватила сумки и вошла, осматриваясь по сторонам. Ухоженная территория. Газон, дорожки, пушистые туи вдоль забора.
— А меня зовут Яна. Это мои дети: Катюша, Анюта и Ванечка. Муж на работе, познакомлю вечером. Сумки можешь пока на крыльце поставить, помощница отнесет их в твою комнату, — улыбнулась черноглазая девушка.
Я вообще ничего не понимала, но сделала все, как велела мне хозяйка дома. Почему меня привезли сюда? Это какая-то ошибка! Однако стоило выйти из-за угла дома, как резко остановилась. Напротив бани Игорь колол дрова. Дрова? Я пару раз моргнула, но мой муж никуда не исчез. В спортивных штанах и футболке, такой домашний и родной. Я судорожно сглотнула. Любимый бросил на меня безразличный взгляд, а потом продолжил заниматься своим делом. У меня рот открылся от удивления. Шок сковал все мышцы. Больше полугода я ждала и надеялась, что Ларин даст о себе весточку, не желала верить в то, что он умер, мечтала, что однажды найду его, но не была готова к такой встрече.
— Игорь? — воскликнула, не веря глазам.
Ларин замер с топором в руках, внимательно смотрел на меня. Разряд тока прошелся по моему телу от этого цепкого взгляда, заставив вздрогнуть. Любимый нахмурился, на лбу пролегла глубокая складка. Я не выдержала, бросилась к нему. Прижалась к твердой груди и разрыдалась.
— Ты жив! Жив! — причитала, уткнувшись носом в его шею, вдыхая родной запах, туманящий разум.
Ларин окаменел, не сдвинулся с места, даже не обнял. У меня слезы текли по щекам нескончаемым потоком.
Нашла! Жив! Я знала! Я верила!
— Игорь, — выдохнула, отстранившись.
Шмыгнула носом. Бездонно черные глаза смотрели на меня с хмурым недоумением и раздражением.
— Таня, тебя не предупредили? — с беспокойством спросила Яна.
— О чем? — прохрипела, смахнув слезы.
Отчего так больно в груди? Я ничего не понимала. Почему муж смотрит на меня так, будто впервые видит?
— Когда на Игоря было покушение, стреляли по машине. Он не справился с управлением… Ты же в курсе, что машина упала с моста в воду? — уточнила Яна, на что я активно закивала. — За Игорем присматривали люди Черткова, они вытащили его и доставили на вертолете в наш город. Сергей Иванович собрал лучших врачей. Они спасли жизнь Ларина, несмотря на то, что он был в очень тяжелом состоянии. Его только несколько месяцев назад выписали. Из-за травмы головы у Игоря случилась потеря памяти, а еще он не говорит. Врач сказал, что речь вернется, что это больше психологическое…
— Вообще не говорит? И ничего не помнит? — ошарашено посмотрела на Ларина, он принялся дальше колоть дрова, потеряв к нам интерес.
— Днем не произносит ни звука, а вот по ночам, когда крепко спит, зовет Таню, — вздохнула Яна, посмотрев на меня с сожалением.
— А память? Должен же он хоть что-то помнить? — обеспокоенно спросила, с тоской наблюдая за любимым.
— Может, что-то и помнит, а возможно, что все стерлось… — заявила Яна, крепче прижав к себе сына.
— Разве так бывает, чтобы человек все забыл? — не верила я.
— У меня тоже была похожая травма головы, — призналась Яна, отвела взгляд в сторону. — Я так и не вспомнила свою прежнюю жизнь. Иногда всплывают какие-то фрагменты, но я до сих пор сомневаюсь: реальность это или просто сон.
Я схватилась за голову и зажмурилась. Не может быть! Что теперь делать? Вздрогнула, когда Яна обняла меня.
— Не отчаивайся, я уверена, что ты справишься, иначе, Сергей Иванович не отправил бы тебя сюда. Он спрятал Игоря здесь, чтобы ни одна живая душа не знала о том, что Ларин жив. Я уверена, раз Игорь зовет тебя по ночам, значит, где-то в глубинах его подсознания сохранился твой образ. Возможно, он вспомнит, а если нет, пусть заново влюбится в тебя, — поддержала меня Яна.
— Ты дочка Сергея Ивановича? — догадалась я, заметив некое сходство во внешности. Да еще и эти черные глаза, как у него и как у Игоря. Они явно родственники, иначе Чертков не стал бы здесь прятать племянника.
Яна вздрогнула от моего вопроса.
— Прошу не распространяй эту информацию. Никто не знает об этом родстве, слишком опасно… — проговорила она на одном дыхании.
— Не переживай, я умею хранить тайны, — заверила хозяйку дома, она заметно расслабилась.
— Ой, ты, наверное, устала с дороги, пойдем в дом. Покажу тебе комнату, да и пообедать не мешало бы.
Я еще раз взглянула на мужа, он в мою сторону даже не смотрел. Какая-то давящая тоска и стужа образовались в груди. Как быть? Как вернуть любимому память? Как вести себя с ним? Голова гудела от вопросов. Тяжело вздохнув, последовала за Яной.
В доме было очень уютно, просторно и светло. Яна познакомила меня со своей помощницей и охранником, показала комнату на первом этаже, куда уже успели отнести мои сумки. Как оказалось, спальня Игоря была напротив моей. Маргарита Петровна накрыла на стол. Игорь вошел в дом, бросил на меня непроницаемый взгляд, подошел к Кате и Ане, поцеловал малышек в макушку. Девочки звонко рассмеялись, а он улыбнулся и подхватил их на руки, поднес к столу. Маргарита Петровна забрала у него Анечку и усадила за стол, а вот Катя устроилась рядом с Лариным. Она что-то шептала ему на ухо, а он искренне улыбался, и в глазах отражалась теплота. Наблюдала за мужем, и сердце замерло в груди. Я никогда раньше не видела, как Ларин общается с детьми. Муж не хотел, чтобы я подарила ему ребенка, считал, что еще не время, мы постоянно ссорились из-за этого. Поэтому видеть его, окруженного детворой, мне было непривычно.