В оковах бездны (СИ)

— У меня все отлично, — соврала. — На друзей никогда не обижаюсь. Судя по нашему ночному разговору, именно в эту категорию ты меня относишь.
— Тань, — начал Ларин, а я подняла ладошку, призывая его замолчать.
— Игорь, лучше ничего не говори. Хорошо? Нервы целее будут у нас обоих, — заявила я. — Останови на остановке, к зданию все равно нельзя подъехать. Дойду пешком.
Ларин припарковал машину у обочины и включил аварийный сигнал.
— Уеду, когда ты войдешь в библиотеку, — сказал он, а я улыбнулась.
— До вечера, — проговорила и взялась за ручку.
Ларин притянул меня за затылок к себе, чтобы поцеловать, но я успела приложить ладонь к его губам и не позволила Игорю прикоснуться ко мне.
— Ларин, я с друзьями не целуюсь и, тем более, не занимаюсь сексом, — заявила, натянуто улыбнувшись. — Хорошего тебе дня, друг! — с этими словами выскочила из машины.
Чувствовала на себе его гневный взгляд, который будоражил каждую мою клеточку. Телефон завибрировал в сумке. Достала сотовый и увидела номер Игоря.
— Прокурор? Чем обязана? — спокойно спросила, приложила все усилия, чтобы голос не дрогнул.
— Тань, что за детский сад? — устало проговорил он, а я не удержала нервный смешок.
— Детский сад был раньше, а теперь я решила жить как взрослые. Раз мы друзья, то я буду соответствовать этой категории.
— Ты права, так будет правильно, — ответил он и отключил телефон.
Я прикусила губу, зажмурилась, роняя горькие слезы. Сердце вопило и кровоточило, а вот разум подсказывал, что это верное решение. Если Ларин захочет быть со мной, то пусть, как и подобает мужчине, предложит руку и сердце, а если нет, то надо его отпустить. Роль любовницы и не пойми кого, меня не устраивала. Это сначала было здорово, новые эмоции захлестнули так, что разум отключился, а потом поняла, что хочу стабильности, а не это подвешенное состояние. Знала, что сама во всем виновата. Неправильно себя вела, вот и осталась у разбитого корыта. Но так устроена жизнь, мы, прежде чем научиться ходить, падаем и набиваем себе шишки, однако это не останавливает нас от попыток начать все сначала. И ведь как бы сложно не было, мы все же в итоге делаем заветные шаги, обретаем равновесие и начинаем ходить. Так же и я справлюсь, научусь правильно жить, ну а синяки и ссадины станут для меня напоминанием о том, как нельзя делать.
Вошла в библиотеку и полностью погрузилась в написание реферата. Здание было трехэтажным. На первом располагался буфет, где я и перекусила, устроив себе перерыв. Тоскливо смотрела на телефон. Очень соскучилась по подругам, мы созванивались, вот только теперь редко виделись, потому что Игорь никуда меня не отпускал вечером. Встречалась с ними в основном утром и то под контролем Ларина. Знала, что и в данный момент он, скорее всего, отслеживал мое местонахождение. Когда на экране высветился номер прокурора, я улыбнулась.
— Чем обязана? — придала голосу спокойный тон, стараясь не выдать истинных чувств.
— У тебя все хорошо? — поинтересовался Ларин, слышала напряжение в его голосе.
— Да. Что со мной может случиться в библиотеке? — хмыкнула я.
— Переживаю, что Добровольский воспользуется моментом и пришлет к тебе своих головорезов, — признался Игорь. — Если это произойдет, скажи, что показания в суде давать не будешь, так как была под кайфом и толком ничего не помнишь. Поняла? Без героизма. А то я успел узнать, какой у тебя вспыльчивый характер.
— Вот только давай не будем обсуждать характеры. Кто бы говорил про вспыльчивость, — хмыкнула я.
— Таня! Ответь на вопрос: ты поняла меня или нет? — рявкнул на меня Ларин.
— Игорек, я сегодня вечером заварю тебе успокоительный чай. Что-то ты в последнее время нервный и агрессивный. Все я поняла, — спокойно ответила, сделала глоток чая.
— Если что, сразу звони, — выдохнул он и попрощался со мной.
Допила чай, посмотрела на часы. Миша должен был забрать меня через десять минут. Уже собиралась подняться с места, но неожиданно ко мне подсел незнакомый мужчина в темных брюках и светлой рубашке. Я судорожно сглотнула, но не подала вида, что испугалась. Заскользила взглядом по татуировкам на жилистых руках.
 
— Ларина? — уточнил верзила, смерив меня оценивающим взглядом.
— Да, а вы, простите, кто? — бросила на него холодный, безразличный взгляд.
— Тебе привет от Ярослава, — оскалился мужчина.
У меня сердце споткнулось, но я вида не подала.
— Спасибо, ему тоже привет передавайте, — сухо ответила. — У вас все? — спокойно поинтересовалась.
— Сколько денег хочешь за свое молчание в суде? — задал верзила вопрос в лоб.
— Мне не нужны ваши деньги, — хмыкнула, гордо подняв подбородок. — Если это все, то спешу проститься, опаздываю.
— Деточка, — с нажимом проговорил мужчина. — Не вынуждай нас действовать по-плохому.
— Дяденька, вы мне тут не угрожайте. Деньги свои можете засунуть себе, знаете куда? — прорычала я, заметив, как недобро загорелись глаза незнакомца. — Я вообще в суд не собираюсь приходить.
Мужчина заметно опешил и недоверчиво посмотрел на меня.
— Не понял… Тебе уже заплатили за молчание?
— Никто мне ничего не платил, — хмыкнула, сложив руки на груди. — Я в тот день была под кайфом. Толком ничего не помню, в голове все перемешалось. Уже явь от реальности отличить не могу. Ярику и без моих показаний срок светит. К тому же, мы с ним так страстно целовались и обнимались, что судья, навряд ли, посмотрев записи, поверит в то, что он меня там силой удерживал, — пожала плечами.
Видимо, верзила был в курсе этой записи, потому что понимающе кивнул, и его губы растянулись в ухмылке.
— Ларина, только не забывай о том, что герои живут не долго, — с нотками угрозы проговорил незнакомец и поднялся из-за стола.
— Дяденька, приберегите угрозы для других и берегите себя. Злодеи, они ведь тоже мрут как мухи, — заявила, вздернув подбородок. — Ярославчику пламенный привет.
— Не сомневайся, передам, — огрызнулся он и скрылся с моих глаз.
Лишь после этого я выдохнула. У меня ладони вспотели от волнения, а сердце сжималось до боли. Хорошо, что Игорь нашел мне хорошего адвоката, да и делом моим занимался знакомый следователь. Папа тоже приложил руку к тому, чтобы я выпуталась из этой истории «чистой» и невредимой.
Когда зазвонил мой сотовый, я вздрогнула. Взяла телефон дрожащими пальцами и ответила на звонок, стараясь придать голосу беззаботность.
— Танюшка, я подъехал, можешь выходить, — сказал Миша.
— Уже иду, — ответила и подхватила сумку.
Выскочила из библиотеки и, не оглядываясь, помчалась к остановке, где стояла припаркованная машина брата. В голове пульсировала лишь одна мысль: за мной наблюдали враги, а я этого даже не заметила. Ужас!
— Танюшка! — завопила Наташа, выскочив из автомобиля.
— Спешилова, а ты тут откуда? — удивленно уставилась на подругу.
— Я это… Мы… — засмущалась она, перевела взгляд себе под ноги.
Миша прижал к себе растерянную Наташу и улыбнулся.
— Я встречаюсь с твоей подругой, — заявил брат, а у меня рот открылся от удивления.
— Миша! Я тебя убью! Ты же обещал не лезть к моим подружкам. Ты ей сердце разобьешь, а я по твоей вине Наташи лишусь.
— Танюха, сбавь обороты, — строго сказал Миша, метнув на меня убийственный взгляд. — Мы взрослые люди, поэтому не обязаны перед тобой отчитываться. Так что прими эту информацию и не ворчи.
— Партизаны, — улыбнулась я, обняв обоих. — Ладно, я рада за вас, просто ошарашили новостью.
— Мы тут собрались на дачу к Даше, поедешь с нами? — спросила Наташа, с надеждой заглядывая в мои глаза.
Решение приняла за долю секунды. Я ведь с братом, под присмотром…
— Конечно! Соскучилась по нашей компании, так что не упущу эту возможность, — ответила я.
По дороге веселились, общались, смеялись, слушали музыку. Все-таки хорошо, что брат начал встречаться с моей подругой. Все родные для меня люди под боком. Когда выехали за пределы города, мой телефон завибрировал. На экране высветился номер Ларина.