Моя лучшая студентка (СИ)

Все заканчивается резко со звонком его будильника.
Возвращаемся в реальность, отстраняясь друг от друга и тяжело дыша.
— Что мы будем делать с этим? — еле слышно выдыхаю, но он молчит. Слышит, но отвечать не спешит.
— Я хочу задать тебе один вопрос, — наконец произносит Максим, когда его дыхание приходит в норму. — Вчера ты кое-что сказала мне…
«Люблю тебя…» — тут же всплывает в моем сознании. Не знаю почему, но я понимаю, что спросить он хочет именно об этом.
— Можно, я не буду на него отвечать? — не дожидаясь, произношу я, и Максим вздыхает.
— Слишком много произошло, я понимаю…
Да, произошло слишком много. И если бы я вчера не напилась, этого бы явно не произошло. Господи, какая я глупая! Сегодня будет решаться судьба Максима, а я все только усложнила!
Будильник снова прозвенел.
— Нам пора в колледж, Нина, — неохотно протянул Максим. И у меня сердце зашлось от этой мысли. Нет-нет! Снова терпеть на себе эти презрительные взгляды, слышать перешептывания за спиной. Тем более сейчас это будут вовсе не сплетни… Какой ужас!
— Нет, Максим, только не это! — запричитала я, машинально схватив его за руку. — Давай не пойдем, пожалуйста!
Максим удивленно смотрит на меня и вдруг начинает смеяться.
— Ты понимаешь, что предлагаешь прогулять занятия своему преподавателю?
— Иногда я забываю, что ты мой преподаватель. Особенно, когда просыпаюсь с тобой в одной постели, — невольно фыркаю я, и он улыбается.
— Нина, мы с тобой взрослые люди, а взрослые люди не бегут от своих проблем. Знаешь, я тоже не в восторге от того разноса, что мне сегодня устроят.
— Ох, все правда настолько серьезно?
— Не знаю, Нина, но приятного мало.
— Когда тебе идти?
— Не знаю, Иван Антонович прилетел сегодня ночью.
О, боже правый, теперь я еще больше не хочу идти в колледж!
— Иван Антонович? Все дошло до директора?
— Да.
— О, Господи…, - простонала я, сжав ладонями виски. Но Максим тут же отвел мои руки, нежно поцеловав запястья. И теперь мне еще больше хотелось остаться здесь, в его постели, и завершить то, что мы вчера начали… О, боже!
— Не переживай Нина, все будет хорошо.
— Конечно…, - потерянно произношу, стряхивая с себя это наваждение. — Что ж, я вызову такси.
— Да. Нина, не волнуйся, на тебе это не отразится. Потерпи немного, скоро экзамены, и все закончится. Я понимаю, что терпеть эти насмешки очень тяжело.
— Все хорошо, Максим.
Однако, я понимала, что в нашем положении не было ничего хорошего… Такси приехало быстро, и уже спустя час я, выпив таблетку от головной боли и наскоро собравшись, поспешила в колледж. Подошла как раз к концу первой пары. Звонок еще не прозвенел, поэтому я устроилась возле окна напротив библиотеки. Вереница мыслей и чувств не давала мне покоя. Поверить в то, что я нравлюсь этому невероятному мужчине было просто невозможно. Я вновь и вновь прокручивала в голове события прошлой ночи и сегодняшнего утра. Что он чувствует ко мне на самом деле? Желание? Несомненно. Но, кажется, и не только это. Его глаза… так могут смотреть только глаза влюбленного мужчины, я уверена в этом! От этой мысли сердце сладко заныло, а в животе словно бабочки запорхали. Подняв взор, я увидела Максима в конце коридора. Его лицо было хмурым, и мне захотелось разгладить эти морщинки на его лбу нежным поцелуем. Он подошел ко мне и улыбнулся. От этой улыбки мое сердце забилось чаще.
— Как все прошло? — тихо спросила я, оглядевшись по сторонам.
— Пока никак, меня не вызывали, — ответил он.
— О, тогда удачи.
— Все будет хорошо.
***
Тем временем в кабинете замдиректора…
— Так что там за скандал с Корниловым, Анатолий Матвеевич? — без предисловий поинтересовался Иван Антонович, войдя в кабинет замдиректора.
— Никакого скандала, Иван Антонович, просто кто-то из студентов решил глупо пошутить и распространил среди студентов информацию о том, якобы Максим Алексеевич хм… близко общается с одной из студенток.
— С кем именно?
— С Егоровой Ниной.
Взглянув на замдиректора, Иван Антонович от души расхохотался.
 
— Да уж, действительно шутник. А о каких фотографиях речь?
— Да там тоже все за уши притянуто, их сфотографировали возле дома Корнилова, когда он передавал Нине какую-то литературу. В общем, проблема высосана из пальца и не стоит вашего внимания, Иван Антонович.
— Вот и отлично, у меня и без того проблем выше крыши. Шутника-то вы нашли, Анатолий Матвеевич? — поинтересовался мужчина, и тот поперхнулся чаем.
— Нет, Иван Антонович, не удалось.
— Что ж, полагаю тогда мы с вами должны лично принести извинения Корнилову и Егоровой.
— Полностью с вами согласен, — закивал в ответ мужчина.
— Тогда предлагаю сделать это прямо сейчас, пойдемте.
Неохотно поднявшись с кресла, Анатолий Матвеевич последовал за директором.
***
Нежно погладив меня по волосам, Максим повернулся, чтобы уйти, но я машинально схватила его за рукав.
— Постойте, Максим Алексеевич.
Так странно называть его по отчеству после всего, что между нами было. Максим застывает на мне взглядом, и я попадаю в плен этих синих, словно океан, глаз. Сердце разрывают чувства. Сильные, захватывающие, и я больше не могу держать их внутри.
— Вы хотели задать мне вопрос…
Но больше сказать ничего не успеваю. Шумно выдохнув, Максим притягивает меня к себе, лишь на мгновение замирая в жалких сантиметрах от моего лица.
— Я люблю тебя, — выдыхает, яростно сминая губами мои губы. Кажется, мое сердце не способно вынести столько счастья. Еще секунда и оно точно разорвется. Он ведь правда только что сказал это? Я не ослышалась?
Спустя несколько мгновений ко мне возвращается здравый смысл. Что же мы творим? Прямо здесь, в стенах колледжа! Неохотно пытаюсь высвободиться из этих крепких рук, но он не отпускает.
— Максим Алексеевич, нас увидят.
— Плевать, — шепчет он, вновь притягивая меня к себе. — Теперь я хочу услышать…
— У нас могут быть неприятности.
— Нина, хватит меня мучить.
Послав все к чертям, обхватываю ладонями любимое лицо и притягиваю к себе.
— Я люблю вас, Максим Алексеевич, — выдаю на одном дыхании, глядя ему прямо в глаза. Пытаюсь отстраниться, да не тут-то было. Снова целует. Так страстно, что у меня ноги подкашиваются. И я не могу остановить его, хотя здравый смысл вопит прекратить все это. Но вместо этого обхватываю ладонями его шею, вплетаюсь пальцами в волосы цвета тьмы… Так сладко, что…
— Корнилов!!! — гремит на весь коридор голос директора, и я отскакиваю от Максима, пытаясь не грохнуться в обморок. Рядом с директором стоит бледный, как полотно, Никифоров, во все глаза глядя на нас.
— Что вы себе позволяете?!
Последние слова заглушает звонок, и к моему ужасу, в коридор высыпают студенты. Словно загнанный зверек озираюсь по сторонам, переводя взгляд с рассерженных лиц Анатолия Матвеевича и Ивана Антоновича на удивленные лица ребят. Неподалеку стояли Дима и Лера, ошарашенно глядя на меня. В толпе мелькнуло искаженное злобой лицо Анжелы, все вокруг слилось в какую-то серую массу. А затем мир для меня сузился до лица любимого. Он смотрел на меня и улыбался. Сделав шаг навстречу, я уверенно взяла Максима за руку.
— Я люблю тебя.
— Я люблю тебя, — еще шире улыбнулся он мне в ответ.
— Помнишь, ты говорил мне утром, что взрослые люди не бегут от своих проблем? — тихо произнесла я, глядя ему в глаза, и Максим кивнул. — Бежим!!!
Крепко схватив любимого за руку, я потянула его сквозь толпу под изумленный гул голосов и возмущенные крики директора. Стремительно преодолев два лестничных пролета, мы вылетели из здания колледжа, и плотная стена ливня поглотила нас.
— Моя сумасшедшая девочка! — смеялся Максим. Мокрые волосы облепили его лицо. Я задыхалась от ветра, но ничто в мире не смогло бы сейчас остановить меня. Я бежала, продолжая тянуть его за собой. Впереди показалась остановка. Добежав до нее, я заскочила в так вовремя остановившееся такси, и Максим сел рядом. Его мокрые от дождя волосы торчали во все стороны, по щекам стекали капли дождя, а с лица не сходила счастливая улыбка.