Моя лучшая студентка (СИ)
Нина же стояла, раскрыв рот от удивления.
— Боже мой, вы ведь… Ева Андреевна! Вы не представляете, как я обожаю ваше творчество! Я была почти на всех ваших выставках! А ваши работы! «Разрыв реальности» — это просто нечто невероятное!
Ева польщенно улыбнулась.
— Ну что ты милая, ко мне можно на ты, мы с тобой не так уж и далеки по возрасту. А ты…?
— Это Нина, моя студентка, она приходила за дополнительной литературой.
— Ох, — тут же спохватилась девушка. — Максим Алексеевич, такси уже, наверное, давно подъехало, мне пора, спасибо вам за книги. Ева Андреевна, была рада познакомиться, очень рада!
— Взаимно, дорогая, — улыбнулась Ева в ответ. — Завтра я провожу выставку снова. Там будут работы Догинского, Захарова, ну и парочка моих новых творений, приходи, если хочешь.
— Конечно же хочу, спасибо вам! До свидания!
Просияв, Нина кинулась на выход.
— Нина, а книги? — окликнул я девушку, и Ева рассмеялась.
— Ой, точно! — смутилась Нина, остановившись.
Взяв с тумбочки увесистую стопку книг, я указал ей на выход.
— Пойдемте, я помогу вам спуститься.
— До свидания, Ниночка, до скорой встречи! — дал знать о себе Сергей, и Нина вежливо улыбнулась ему в ответ, устремившись вниз по ступеням. Она явно была воодушевлена встречей с Евой. Мне даже стало интересно, что же за красоту она там ваяем в своей мастерской, что ее картины вызывают такую реакцию.
— Нина, я хочу извиниться перед тобой за весь этот цирк, который устроил Сергей. Мне ужасно жаль. Порой мой друг становится чересчур навязчивым и не видит границ.
— Все хорошо, на самом деле он достаточно интересный собеседник, хоть и манера общения у него немного… необычная.
— Ну и хорошо. Очень жаль, что я не смог тебя отвезти, — Нина остановилась, удивленно уставившись на меня. Я и сам не понял, какого черта ляпнул это. А сейчас лишь оставалось лихорадочно соображать, как это исправить. — Я имею в виду, что не очень доверяю таксистам, гоняют как бешенные. А так я был бы уверен в твоей безопасности. Ну то есть, ты ведь моя студентка, и я в некотором роде ответственен за тебя.
— Спасибо, но я не хочу отнимать твое время, тем более у тебя такие гости, — улыбнулась Нина, но тут же ее улыбка отчего-то угасла. — А Ева Андреевна, она твоя… девушка?
— Нет, мы просто друзья детства.
Было безумно приятно наблюдать, как на этом личике снова расцветает улыбка.
— Это здорово. Ну… в смысле, когда есть такие друзья. Ой, а вот и такси.
— Да действительно.
Но несмотря на очевидный факт мы все продолжали стоять и смотреть друг на друга… Не знаю, какой черт меня дернул подойти ближе и поправить завернувшийся воротничок ее платья. Сделав глубокий вход, Нина так и не выдохнула. Черт, какой я идиот! Наверное, напугал бедную девочку!
— У тебя воротничок замялся, — поспешил я оправдать свое совершенно неуместное действие.
— Спасибо, — наконец выдохнула она, схватившись за ручку дверцы. — До свидания, Максим Алексеевич.
Два слова, а я вновь словно ощутил непроходимый барьер между нами. Всё так. Я Максим Алексеевич, преподаватель своей лучшей студентки. И мне не стоит забывать об этом…
Глава 28. Максим
Так, Корнилов, нужно срочно переключиться на Еву, у тебя потрясающая девушка прямо перед носом! А ты просто находишься под влиянием бредней Антипова. Если сто раз повторить одно и то же, можно в это поверить, это и происходит с тобой. А теперь слушай метод лечения: держишься подальше от Егоровой, насколько это возможно, не слушаешь Антипова, сосредотачиваешь внимание на Еве. Только вот как держаться подальше от Егоровой, если уже пообещал ей встретиться в субботу? Дьявол! Так, успокойся, Максим Алексеевич, ведешь себя как какой-то эмоционально нестабильный юнец! Еще и разговариваешь сам с собой!
Только сейчас я сообразил, что реально веду этот диалог с собой вслух. Клиника!
Когда я вошел, Сергей с Евой уже вовсю попивали чай на кухне.
— Макс, прости, мы тут немного похозяйничали, пока тебя не было, — смущенно отставив в сторону кружку с чаем, произнесла Ева. Сегодня она выглядела просто сногсшибательно. Черное платье чуть выше колен, обтягивало ее идеальную фигуру, белокурые волосы стянуты в пучок, легкий макияж, подчеркивающий красоту глаз и пухлость губ. На плечи был небрежно наброшен белоснежный жакет. Просто мечта, а не женщина! Я почти был готов простить ей внезапный набег на мое жилище.
— Все хорошо, Ева, чувствуй себя как дома.
— В таком случае ты должен мне его показать, — произнесла она, обворожительно улыбнувшись.
— Да тут и показывать особо нечего, но если хочешь, пойдем, — и я повел Еву в единственную комнату, по совместительству спальню. Хорошо, хоть успел прибраться до начала всей этой вакханалии с блинами и Антиповым.
— У тебя милая квартирка, — вежливо улыбнулась Ева, осмотревшись, а в следующий миг ее взгляд застыл на моем портрете, лежащем на столе. — Какая красота! Немного шероховато, но выглядит вполне достойно.
— Это потому, что Нина больше по пейзажам, а не по портретам, — раздался за нашими спинами голос Сергея. — Это ведь она нарисовала? Выглядит здорово, надеюсь и мне в субботу подобное перепадет.
В комнате воцарилась тишина. Ева замерла с портретом в руках, губы ее сжались в тонкую полоску. Ну спасибо тебе, дорогой друг! Однако, к моему облегчению, девушка улыбнулась, вернув портрет обратно.
— Да, выглядит действительно здорово. У девочки явный природный талант. Макс, я бы хотела встретиться с ней еще раз. Если завтра пойдет на мою выставку, попроси ее захватить с собой пейзажи, очень хочу посмотреть.
— Хорошо, я передам ей. А мне в свою очередь хотелось бы посмотреть твои произведения искусств. Ты говорила, что направлялась в мастерскую, давай я отвезу тебя, все равно ближайшие пару часов мне нечем будет заняться.
— С удовольствием! — просияла Ева. — Поехали прямо сейчас!
Дорога до мастерской заняла довольно много времени, так что Ева немного слукавила, когда сказала, что заехала ко мне по пути. Мы вошли в просторную квартиру. По центру ее красовался мольберт с абсолютно чистым холстом. Видимо Ева только собиралась приступить к созданию очередного шедевра. А вот стены были сплошь и рядом увешаны картинами. Они же стопками стояли на полу, подпирая стены. Подоконник был уставлен баночками с кистями; коробками, из которых выглядывали наполовину выдавленные и испачканные тюбики с красками.
— Прости, Макс, я недавно сняла эту квартиру под мастерскую, пока здесь царит творческий беспорядок.
— Беспорядком меня не напугаешь, — улыбнулся я ей в ответ. — А где твои картины?
— Так вот же, — улыбнулась она мне в ответ, обведя рукой стены. Я так и замер, раскрыв рот. Ради приличия решил подойти поближе. Мой взгляд сразу же упал на знакомое название «Разрыв реальности», именно эту картину упоминала Нина. Она представляла собой… ну… смесь синих, болотных и фиолетовых брызг, полос и белых точек на черном фоне… Рядом красовалась вторая работа, именуемая «Глас безнадежности». Если честно, я не ожидал, что Ева пишет в стиле абстракционизма. Кажется, эти картины именно в этом стиле.
— Выглядит… здорово. Вот эти красные круги в сочетании с коричневыми брызгами, они очень хорошо отражают суть названия…
— Ой, Макс, — от души расхохоталась Ева, прервав мои потуги красноречия. — Просто выдохни. Я понимаю, что многие считают это бездарной мазней. И вовсе не обижусь на тебя.
— Прости, Ева, просто я ужасно далек от творчества, я уже предупреждал.
— Не так уж и далек, раз захотел иметь свой портрет, — как бы невзначай заметила она. Видно тот факт, что Нина нарисовала меня, все же зацепил ее.
— Это подарок. Я помог Нине кое с чем, и она в благодарность нарисовала этот портрет.
— А ты смотрю отзывчивый человек, раз помогаешь девушкам.
Мне совершенно не нравилось, в какую степь клонила Ева. Не знаю, что там ей сказала моя мать, но кажется, девушка уже начинала считать меня своей собственностью. Иначе к чему эта необоснованная ревность?