Мерзавец и Маргарита (СИ)

- Марго, ну что ты? – Макс кладет теплые руки мне на плечи, и прижимает к себе – легко и нежно. Утыкаюсь ему в шею, втягиваю терпкий мужской запах. Расслабляюсь – Макс поглаживает меня по спине, будто лошадь пугливую приручает.
- Я… прости, все хорошо. Стесняюсь, - все же решаюсь я на глупую честность.
- Тебе нечего стесняться. Ты красавица, - Макс придвигается еще ближе, упираясь в мой живот эрекцией. – Можем отложить, если…
- Нет уж! – сержусь я, и поднимаю на Макса лицо. – Ты так активно предлагаешь все перенести… признайся, Макс, уж не девственник ли ты? Если да – ты скажи, и мы правда перенесем, пока не будешь готов!
- Ну держись, - хохочет он, опрокидывая меня на кровать.
  
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ГЛАВА 22
 
Макс накрывает меня своим телом. Он весь пышет жаром, согревая меня. Дотронуться страшно – обожгусь, но я касаюсь его…
Протягиваю руку к его шее, провожу ласково. Наслаждаюсь каждой лаской – моей или его, да и какая разница, если этот вечер – наш общий?
- Марго, - шепчет бездумно Макс. Целует мою шею болезненно, и я вздрагиваю. – Больно? Прости, я постараюсь быть нежнее…
И он правда старается. Поцелуи становятся мягче, хоть Макс иногда и забывается, действуя с агрессивным напором. Но вспоминает, и сбавляет темп. Жаркий шепот перемежается откровенными ласками – руки мужчины, кажется, исследовали уже каждый сантиметр моего тела. Почти.
Смущенно кусаю губы, когда рот Макса накрывает мою грудь, и вскрикиваю – низ живота будто раскаленные иглы пронзают. И больно, и сладко – заставляя выгибаться навстречу мужским губам. Раздвигаю ноги шире – непроизвольно, тело словно своей жизнью живет.
- Направляй меня, - просит Макс, и я чувствую его руку на лобке, а затем пальцы его скользят ниже, пока не…
- Боже, - всхлипываю я.
Такие ласки для меня не новы – я пыталась и сама, но почти ничего не чувствовала. Дома казалось, что застукают за постыдным занятием, а потом было не до того – мысли мешали.
Направлять Макса не пришлось. Пальцы его легко сжимают клитор – то нажимают, то трут. Обводят, скользя по влаге желания, за которое почему-то не стыдно… Непроизвольно приподнимаю бедра, встречая волны накатывающего удовольствия. Тело мое требует чего-то неведомого: тяжести мужчины на мне, поцелуев, жарких движений.
- Поцелуй меня, - прошу я, и Макс выполняет просьбу.
Целует откровенно, медленно лаская языком. Прерывается, чтобы вдохнуть, и я понимаю – он еле сдерживается. В живот мне упирается его литая эрекция, и я перебарываю смущение – обхватываю его член ладонью.
Пытаюсь обхватить, но пальцы не смыкаются на нем. Твердый, бархатистый, с чуть изогнутой головкой, он толкается в мою ладонь. Поцелуи Макса становятся более жадными. Пальцы мужчины проникают в меня, заставляя вскрикнуть в его рот.
- Прошу тебя, - шепчу я, крепче сжимая его ладонью.
- Сейчас…
Хочу его безумно, но все же немного сжимаюсь, когда чувствую головку члена между своих ног. Макс кивает каким-то своим мыслям, и снова целует меня – так ласково, что хочется и плакать, и смеяться. Давит членом на клитор, ласкает, размазывая наше общее желание.
И я снова расслабляюсь. Вскидываю бедра навстречу мужским движениям, и Макс пользуется этим – входит сразу и на всю длину.
- Тебе не больно?
Голос его хриплый и низкий. Вибрирует, и во мне все отзывается на него. Макс пытается не двигаться, замереть пытается, но у него плохо получается. Подает бедрами, толкаясь во мне, и выдыхает сипло.
- Я не девственница. И не хрустальная, - смущение окончательно меня покидает.
Приподнимаю широко разведенные ноги навстречу движениям мужчины, и Макс все понимает – ускоряется, входит в меня уже не так осторожно. Закидываю правую ногу ему на талию, и зарываюсь руками в короткие, жесткие волосы.
Наверное, мне никогда не было так хорошо, и я никогда не была так полна наслаждением, как сейчас. Толчки члена становятся грубее – Макс снова забывается, и это мне тоже нравится. Как и поцелуи-укусы, под которые я подставляю губы, шею…
 
- Еще быстрее! – молю я, выгибая спину навстречу его телу.
Макс сильнее и быстрее подает бедрами, вбиваясь в меня, и окуная в экстаз. Комната заполняется волнующими и неприличными звуками – стонами, шлепками, всхлипами, и это добивает меня.
Вскрикиваю, сжимая в себе мужской член. Макс продолжает двигаться, догоняя меня, а я впервые за долгие годы чувствую себя свободной – такое ощущение, наверное, может дать лишь хороший секс. Пальцы сводит короткими судорогами, нервы оголены и каждое прикосновение приносит сладкую боль.
Да, такое чувство дает лишь хороший секс…
… или любовь.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍
  
ГЛАВА 23
 
На работу почти лечу: я счастлива! В теле воздушная легкость, настроение просто прекрасное.
Хочется петь, танцевать посреди улицы. Кружиться в эйфории!
Улыбаюсь хмурым прохожим, которые чуть ли не пальцами у висков крутят – вот сумасшедшая, чему радуется в серое утро понедельника?!
- Доброе утро! – звонко здороваюсь я с коллегами.
Помятые мужчины вздрагивают – ах, да! Привыкли к девочке-тени же! Пусть отвыкают. Надоело со стенами сливаться, да и не боюсь я людей сегодня. Наоборот, хочется общаться со всеми… весь мир хочется обнять!
Похожее чувство у меня было от таблеток Лёвы, но разум не затуманен. Наоборот – все чувства обострены, и я вижу этот мир так четко, что глаза режет.
- М-маргарита? Доброе утро…
Коллеги мямлят, и я фыркаю – вот вам и бесстрашные борцы с преступностью! Испугались девушки в радужном настроении.
- Готова работать на благо Родины и Следственного комитета, - шутливо докладываю я, и слышу привычное:
- Ступайте в архив. Нужны дела на имя Макаренко, Бамбурина и группировки «Арес». А затем… затем поможете нам сверить данные. Идите!
Почти бегу в архив – привычный маршрут, изученный до мелочей. Знаю, где откалывается плитка, а где пятно на стене – слишком часто хочу по этим коридорам.
Все же, нужно уходить – не приносит мне эта работа радости. В работе нашей, итак, мало приятного, но некоторых устраивает чувство выполненного долга. И меня бы оно устроило, если бы занималась чем-то полезным, а не бумажками. Мою работу, к стыду признаю, может выполнять любая школьница, научившаяся читать и писать.
Да, пора уходить, хоть Макс и отговаривает от поспешного решения.
- Привет, - отвечаю я на звонок Макса. Он словно мысли мои прочел, и позвонил.
- Привет, милая, - мягко здоровается Макс, будто не с ним я активно прощалась еще час назад. – Как рабочее утро?
- Как всегда, - фыркаю я, и встаю около грязного заколоченного окна, не дойдя до архива. – Бумажки. Хотя, сегодня меня попросили поучаствовать в обсуждении, что необычно.
- Что за обсуждение, если не секрет?
- Вообще-то, секрет, - улыбаюсь я, и качаю головой: - Хотя, никакую тайну я не храню, кто мне такое доверит?! Снова поднимаем дело одной преступной группировки: с осужденными и подозреваемыми, вину которых доказать не удалось. Скорее всего будем рассматривать связи… но тебе это скучно, наверное.
- Нет, - быстро отвечает вежливый Макс. – Мне интересно все, чем ты занимаешься!
Как же это мило! И как лживо… кому это вообще интересно? Московскому бизнесмену уж точно дела нет до головорезов. Просто поддержать хочет, видя как я подавлена своей бесполезностью.
- Видишь ли, - тихо произношу я, оглядываясь по сторонам. Но в коридоре пусто и тихо: - есть одна ОПГ – «Арес» называется. Главного их так называют, и по его имени и группировку. Те, кого задерживают – молчат. Сведений почти никаких, а адвокаты у задержанных – зверюги. То есть, показания не достать – молчат, в их делах пусто. Но слухи разные ходят, которые игнорировать невозможно: что бандиты имеют связи в верхах. В бизнесе, среди чиновников, и среди нас. Вот и будем опять просматривать дела и искать зацепки – меня впервые на мозговой штурм позвали не в качестве кофеноски!