Быть или казаться (СИ)

— И так везде. Любой мир третьей категории очень неохотно идёт на контакт двойкой. Потому доказать, откуда вы прибыли, часто просто нереально.
Ну, это я как раз могу понять. Банальная зависть.
Когда у нас в своё время в некоторых ковидных госпиталях ввели очень солидную доплату (именно нам нет, но всего в Алмате десятка два ковидников — многим да), я за один день потеряла трех близких подруг.
Нет, мы не перестали общаться. Просто вечером, встретившись после работы, одна из девчонок на радостях заплатила за всех в кафе, потому что её новый оклад вышел в районе шестиста тысяч тенге.
А три одногруппницы так сверкнули злыми и завистливыми взглядами, что лично у меня сомнений не осталось: дружбе конец.
Не скажу, что мне близко такое мировоззрение. Но понять чиновников третьего мира могу, по аналогии — если даже родным мне медикам родины ничто человеческое не чуждо.
* * *
Щукин, похоже, поймал свою очередную дебильную волну.
Если знать его меньше, русского можно было бы заподозрить в хамстве и неблагодарности; к счастью, ДжоЧже уже успел притереться к новому товарищу.
Виктор банально не ориентировался в некоторых моментах, ничуть не притворяясь и ничего не изображая.
Удачей являлось и то, что Ляну (и клану) в мире второй категории реально на время понадобился такой специалист, как русский. Скорее всего — просто расширился бизнес.
А одноразовый трансмиттер обратного хода не имеет. Плюс, к доктору без технической подготовки должны прилагаться инженер и робот (впрочем, робота там скорее всего дадут своего).
На каком-то этапе корейца осенило:
— Щукин, а ты можешь одним словом сформулировать? Что заставляет тебя буксовать сейчас?
Хвану изрядно надоело слушать препирательства деликатного старшего и зависшего в тупом упрямстве русского.
— Страшно, — коротко уронил товарищ. — Я трус, Ваня. Я очень не люблю необратимых решений.
— Э-э-э, почему необратимых? — искренне заинтересовался ДжоЧже. — Если тебе там буквально станет невтерпёж, вернуться сюда ты можешь в любой момент! За символическую плату, которую лично ты зарабатываешь за несколько часов. — Хван подумал и поправился. — Можешь заработать за несколько часов, если захочешь. Это только отсюда туда сложно, а оттуда сюда — без проблем и бегом.
— Ух ты. В двойках что, тоже есть проблемы с медобслуживанием?
— Не во всех, — в который раз вздохнул Лян. — Но в Баошань — да. В том квартале и секторе, о котором идёт речь. Хотя, это не проблемы в вашем понимании, а скорее зоны роста нашего бизнеса.
* * *
Виктория Абилхакимова, врач-интерн 7го курса медицинского университета имени Асфендиярова, Алматы, Республика Казахстан.
Как можно не потешаться над мужиками, когда очень хочется над ними потешаться?
Ну не стала я себе отказывать в удовольствии. Простите. Опять же, профилактика депрессии — искреннее веселье.
Ваня с Ляном так старательно уговаривали меня согласиться на переезд, что я упиралась около часа. Ну а чё, девчонке можно.
А если серьёзно, то всё это время я параллельно анализировала, что есть местный трансмиттер. Потому что одна деталь искренне не даёт мне покоя.
Хван, утомившись отвечать на дилетантские вопросы, решительно сворачивает голограмму и переходит на нормальный язык:
— Так. Щукин, если у тебя не было физики всю школу, то за пятнадцать минут ты всё равно десять лет не выучишь.
— Пока не разберусь, ни на что подписываться не буду, — по инерции продолжаю отыгрывать слабый пол, давая волю своему истинному эго.
— А тебе в итоге сейчас надо лекцию по теории синхронизации настроек закатить? Или только общие физические принципы? — кажется, кореец решил закусить удила.
— Лекцию, — говорю из вредности.
— Семь лет, — радостно отвечает Ваня. — Эта лекция занимает около семи лет, с учётом обучения в профильном колледже и университете.
— Э-э-э, тогда давай общие принципы. — Вон и Лян уже, похоже, прикидывает что-то нехорошее. — Может, они меня успокоят.
 
Реально пора завязывать выделываться. Программа по набиванию цены выполнена на две сотни процентов.
— Твоё тело, помимо прочего, можно представить в виде набора молекул. Что такое три-дэ-принтер, представляешь?
— Угу. — Именно что представляю.
Я врач, а не инженер. Ещё и из далёкого прошлого.
— Здесь, в камере трансмиттера, твоё тело разбирается на молекулы. Синхронно с этим разбором, три-дэ-принтер в точке приёма собирает тебя же из молекул обратно. Всё. Ты прибыл, — со скучающим видом завершает мини-лекцию кореец. — Если попробуешь снова углубиться в детали, о которых понятия не имеешь, я прямо сейчас удалю твой допуск к кормильцу. Ты меня достал, Щукин. Будешь оперировать без робота…
— Только один вопрос ещё! А откуда три-дэ-принтер ТАМ знает состав моего тела ЗДЕСЬ?
— Есть два вида трансмиттера, — Ваня вздыхает, потому что поясняет это всё по кругу не первый раз.
А я просто не могу поверить тому, что слышу. И боюсь откровенно задавать наводящие вопросы.
— Первый — стационарный, именно в него нас с тобой здесь никогда и не пустят, если верить статистике, — всё-таки кореец хорошо владеет собой. Хе-х. — Он сканирует организм целиком.
— У нас чуть другой тип, — это не выдерживает Лян. — Он снимает матрицу с мозга и передаёт усечённый объём информации.
— Звучит пугающе, — теперь не могу удержаться от вздоха я.
— Это абсолютно безопасно, — настаивает Хван. — Для начало, тебя именно так отправляли сюда! Просто у кое-кого память отшибло… Хорошо, что не на профессиональную тему.
— Сам же говоришь, меня сюда отправляли стационарным? А теперь отправят только слепок всех слоёв памяти?
— Твой мозг хранит гораздо больше информацией о твоём теле, чем ты думаешь, — хмыкает кореец. — Ты ж врач. Должен знать.
— На самом деле, это вопрос стоимости оборудования. Стационарный трансмиттер дешевле, — врезается представитель клана. — Но то, что он стационарный, не значит, что он лучше.
— Почему? — в принципе, я уже уловила концепцию.
Но почему-то никак не могу сказать "да".
— Потому что, если у тебя сломаны рёбра и на них наложены скобы, стационарный трансмиттер тебя и передаст вместе со сломанными рёбрами! — Это Ваня. — А в случае передачи только информационной матрицы с мозга, настройки идут по тому слепку памяти, который является оптимальным с твоей точки зрения… — дальше по шестому кругу следуют непонятные мне технические подробности.
* * *
Хван был готов пришибить Щукина на каком-то этапе. Слава богу, русский наконец поимел совесть и прекратил буксовать.
Лян собирался перебрасывать их стандартным эвакуатором сбитых пилотов.
Это была неплохая техника, нужная: мало ли, какая оказия случится? А так, в армию Китая идти не боятся, зная, что умная машина всё равно выбросит тебя из горящей кабины на базу.
Кстати, парадокс, но вот именно такой трансмиттер, снимающий слепок с мозга, лучше и дороже стационарного. Просто кто ж даст гонять военную технику на гражданке? Дорого.
Попутно, Хвану было искренне интересно: а где клан добывает такое оборудование?
Как инженеру, по массе деталей ему было ясно: канал существует регулярно, работает периодически.
Фигня, что такой армейский эвакуатор рассчитан ровно на пару-тройку человек и срабатывает лишь один раз (чтоб вслед за эвакуированными пилотами на базе не оказались не в меру бойкие ребята противника).
Видимо, клан имеет доступ к производителю оборудования в Поднебесной. Даже из мира третьей категории.
 
Хван окатил русского товарища уставшим взглядом и первым вошёл в овал портала.
Чтобы тут же выйти в огромном пустом ангаре абсолютно голым, как и предупреждал Лян.
Он вздохнул и отошёл на метр, ожидая Щукина.
В следующую секунду его рот открылся, как и глаза: из передающей плоскости трансмиттера появилась фигура… он не сразу подобрал слова, какая.