Быть или казаться (СИ)

— Думать не успеваю. Сложно придумать. — Заторможено и непонятно ответил русский. — Способ ищу.
Затем добавил пару ругательств.
— Если потрудишься объяснить нормально, мне будет гораздо легче сориентироваться, — обозначила сарказм коп. — Смогу — помогу. В том смысле, что распоряжусь.
— Стоп! — Эти слова медик почти пролаял, видимо, на что-то решаясь прямо сейчас. — Слушать меня! Команды исполнять! Время работы — три минуты.
— Заткнись!… - прошипела Лоу не хуже камышового кота.
Похоже, долбаный мужлан вообще не понимал, где находятся границы в общении с начальником отдела, ещё и при подчинённых.
В следующую секунду, неожиданно для себя, она уже срывала нейро-концентратор с руки корейца, а из его же кармана тащила смартфон: если мозгам русского нужен буст, пусть его друг поделится. Тем более что о его спасении, собственно, речь и идёт.
Тот на остатках сознания попытался сопротивляться, но ей было не до политесов.
Гаджет азиата оказался предсказуемо закрыт паролем на последовательную комбинацию отпечатков его пальцев.
— Сука, десять факториал, — выругалась Лоу. — Даже больше! Долбаный тихарь!
— Что? — тут же напрягся Щукин.
— Его смарт ломать дольше, чем ему жить осталось. Комбинаций очень много. — Джордан принялась прикидывать, успеет ли сбегать за "крабом".
По всему выходило, что нет. Да и работы даже тому устройству было не на пять минут, а много солиднее.
— ХВАН, НЕ УХОДИ! БЫСТРО РАЗБЛОЧЬ СМАРТ! Я ЗНАЮ, ТЫ МОЖЕШЬ! — Повысив голос, русский удостоился мутнеющего взгляда азиата. — Ты и так долго держишься! Сейчас потеряешь сознание, счёт на секунды! Спасти пытаюсь! Дай доступ!
Лоу с интересом отметила, что недоучившийся медик почти достучался до корейца.
— Если сдохнешь, твоя конфиденциальность будет всем до пи*ды! — Щукин подобрал на удивление уместный аргумент.
Хван сложил пальцы левой руки в щепотку и как-то по-особенному ими щёлкнул.
По его смартфону мигнула и исчезла дорожка блокировки. В следующий момент сорванный с руки нейро-концентратор дисциплинированно образовал с гаджетом связку.
ИИ участка, подчиняясь команде Лоу, мгновенно подключился к ним третьим. Она на десятую секунды позже вошла в импровизированную конференцию четвертой, через канал ИИ.
Параллельно, детектив защёлкнула браслет на запястье русского и, пользуясь ресурсами здания, синхронизировала человека и прибор за рекордные две с небольшим секунды.
— Как хорошо соблюдать инструкции, — пробормотала она себе.
Если бы не аккуратно снятая накануне нейро-карта Щукина, этот фокус в такие сроки был бы невозможен.
Получив, кроме прочего, ментальное усиление, мутный местами медик тотчас разразился скороговоркой:
— Стерильность искать некогда, работаем так. Активируй робота. — В их виртуальном пространстве команды звучали без интонаций.
Вверху залипла и замигала семёрка, извещающая об ускорении субъективного временного потока в семь раз.
— Десять сек до активации. Полторы в реале, — ответила Джордан в надежде, что Щукин сообразит, о чём речь. — Пока грузится, объясняй манёвр.
Когда они занимались совместными отписками и регистрацией, у Щукина была возможность заметить, что в технике она понимает.
Русский, сверяясь с виртуальной конфигурацией робота, сейчас вовсю подключал к нему манипуляторы и другие непонятные устройства. Что-то явно по медицине.
Одновременно, в чат полетели его пояснения:
— Разорвана сонная артерия. В норме, летал: падение оцэка плюс смерть мозга без снабжения. Но робот имеет скорость на порядок выше человека, сосуд зашьет за полминуты.
— Что такое оцэка? — ускорившееся время позволяло вести диалог.
— Объем циркулирующей крови, — поморщился Щукина. — Тонкость: кровоснабжение мозга сейчас должно поддерживаться через анастомоз, роботом. Молчи и будь на подхвате. Исполнять быстро.
Сам он пережал обеими руками сосуд на шее пострадавшего. Хван примерно на этом же этапе потерял сознание. Впрочем, последнее могло случиться и само по себе.
Лоу, благодаря разностороннему образованию, с интересом наблюдала за происходящим и даже понимала его суть.
 
Вот робот по команде Щукина заработал сразу четырьмя "руками". В повреждённый сосуд выше и ниже места разрыва машиной была споро введена какая-то трубочка, обеспечивая ток крови в мозг в обход места разрыва. Она поняла, что таким образом продублировалась функция выключенной на время артерии.
Русский уважительно покивал действиям манипуляторов и отдал следующую команду.
Робот закрыл от них видимое пространство другой парой "рук" — так он либо зашивал, либо как-то иначе восстанавливал повреждённые стенки сонной артерии (отсюда было не видно).
— По-хорошему, кровь должна сейчас идти на снабжение мозга из внешнего источника, — сказал Щукин в ускоренном виртуале. — Но у вас и кровь, и установку наверняка взять негде. Быстро — точно негде, — поправился он. — Если не запитать мозг, умрёт в пять минут. Уже меньше… Инфекцию мы сейчас точно занесли, прости господи, но эту проблему будем решать не сейчас.
Манипуляторы сновали, как мухи.
— Ни*уя себе, — через минуту, в порыве чувств, русский решил, что рядом с женщиной можно не сдерживаться.
— Что? — на всякий случай уточнила коп.
— Расскажи кому, не поверят, — медик кивнул на замершие в воздухе девайсы. — Сосуд уже ага. Сейчас "кожу" сделаем. Так, что тут у него есть…
Ещё через какое-то время рваная рана на шее корейца закрылась самым обычным хирургическим наногелем.
— До чего приятно жить в технологическом обществе, — шумно выдохнул Щукин, выходя из виртуала в реал. — Спасибо, — он серьёзно протянул ладонь женщине.
Джордан фыркнула, обдала его демонстративным презрением и, разумеется, не ответила на рукопожатие: и внизу, и вверху замерли её подчинённые. Сотрудники ловили взглядами каждое движение на их площадке, заодно сдерживали любопытствующих — видимо, блокирующие решетки кто-то вернул на место.
Среди народа этажом ниже Лоу заметила Дьёрка, доказывающего что-то импровизированному оцеплению.
* * *
Виктория Абилхакимова, врач-интерн 7 курса медицинского университета имени Асфендиярова, Алматы, Республика Казахстан.
Лично у меня, в отличие от обоих раненых, шок наступает после того, как мы заканчиваем с Хваном. Правда, мой шок профессионального и эмоционального характера, а не тематического: я не понимаю и половины того, как робот решает ту или иную задачу.
Если рассказать кому-то У НАС, что за три минуты можно спасти от разрыва сонной артерии, обзовут бредом и надают тумаков.
А вот поди ж ты.
Во-первых, хирургический робот шьёт в десятки раз быстрее человека. Хм, а может, и не шьёт, а как-нибудь иначе восстанавливает повреждённую ткань — кто её знает, местную технику.
Я просто указываю ему место и заказываю тип операции, в данном случае — восстановление ткани (с указанием её типа). Мечта любого травматолога.
Наверняка, если разобраться, арсенал материалов у него пошире одного- единственного, с поправкой на местное технологическое превосходство. Сейчас просто вникать некогда.
Во-вторых, на небольшом оперируемом участке машина сама добросовестно следит автоматически за мелкими сосудами, тампонированием, прочей лабудой. Вроде бы, на уровне здравого смысла всё просто, чистая механика — но пойди и обеспечь сам это всё вручную, силами живого человека, в реальной ситуации. Особенно в цейтноте, если говорить о нашем случае.
Попутно, трудяга-робот выполняет функции анестезиолога, если его предварительно зарядить картриджами со всем необходимым медикаментозом. Сюда же: хорошо, что мы отправились в полицию, не сливая ничего из его бункеров после моей операции.
 
Откровенно говоря, проконтролировать именно анестезию я была не в состоянии даже теоретически — просто физически не успевала. Да и не сильна я в ней, если честно, хотя тут и была местная.