Путь сквозь тень (СИ)

Если бы не предупреждение Кёльколиуке, я бы влетел в них на середине лестницы и миссию можно было бы считать проваленной.
— Спасибо, — шепнул я.
— Рад. Помочь.
Логично было бы предположить, что лестница между этажами связывает все три. Но лечебницу строил Орден, с обычным подходом для максимизации страданий, в том числе и своего персонала. Поднялся на второй? Будь добр как следует поискать лестницу на третий.
При этом, сложность второго этажа повысилась примерно раз в десять — будто ГГК услышала мои мысли и дала соответствующие указания системе. Монахи в масках попадались если не на каждом шагу, то в каждом коридоре — точно, бесшумные, словно призраки. Моя мана не успевала восстанавливаться в перерывах между «Призрачными покровами». Такими темпами, я запрошу у Кёльколиуке ежесуточное восстановление задолго до того, как попаду в кабинет хранителя. Беда.
— За углом. Один.
— Двое. Наперерез.
— Один. Прямо. По коридору.
Отрывистый шёпот Кёльколиуке стал моей путеводной звездой. Он ни разу не ошибся, не опоздал, не привлёк ненужного внимания. Мы были тише любого из патрульных Ордена, незаметней тени от паутины в углу. Но в конце последнего коридора ждала неприятная неожиданность — лестницу на третий этаж охраняли двое монахов двенадцатого уровня. Именно охраняли, а не просто стояли рядом — и я не мог рассчитывать, что прокрадусь мимо них под «Покровом» на расстоянии тридцати сантиметров, чтобы те ничего не почуяли.
Что я мог, так это зайти за спину одному из них, а дальше… Что дальше?
В моём арсенале хватало инструментов для устранения обоих стражей, но цена такого манёвра могла оказаться чересчур высока. Самое простое — кинуть «Вспышку» с близкого расстояния и угостить обоих дубинкой, пока не прочухались. Чуть сложнее — это слегка пошуметь в коридоре, дать одному выйти и снять дубинкой обоих по очереди. У каждого из вариантов были свои недостатки — ослепляющий свет наверняка привлечёт патруль, монахи могут проигнорировать звук или сразу поднять тревогу, а пока я буду оглушать одного, второй повернётся в неподходящий момент.
Даже если я идеально и бесшумно вырублю обоих, спрятать их толком негде, да и патрули быстро заметят пустующий пост.
— Одна ошибка — и ты ошибся, — тихонько буркнул я под нос одну из любимых «волчьих цитат».
— Не. Поспоришь, — согласился Кёльколиуке.
Спустя десять минут мучительных размышлений я пришёл к выводу, что нужно действовать максимально быстро — то есть, применять «Вспышку» и будь что будет. У меня останется совсем немного времени на обыск кабинета хранителя, но иначе я попросту проторчу здесь до рассвета. Я задержал дыхание и накинул «Покров», как вдруг один из монахов сорвался с места и прошёл быстрым шагом мимо меня, едва не задев плечом. Осмелев, я двинулся вперёд, обойдя второго охранника и бесшумно поднявшись на третий этаж.
Это вообще живые люди или какая-то разновидность нежити? Работают в середине ночи, молчат как рыбы, не замечают нарушителя под «Призрачным покровом» на расстоянии носа. За время моего пребывания в Аниме я встречался с множеством форм человекообразной «не-жизни»: классическая нежить, ходячие манекены, песчаные стражи гробницы, механические автоматоны. Из них Империи принадлежали только последние, и вряд ли монахи относились к ним — звук шагов был бы совсем другим.
Может, все они просто спят на ходу. Охранники-лунатики — отличная идея для магической «психушки».
Третий этаж пустовал. Не так, как первый, здесь буквально не было никого — ни охранников, ни пациентов. Распахнутые настежь палаты напоминали чёрные пасти чудовищ, готовые проглотить любого, кто решит сделать шаг внутрь. На подоконниках скопился слой пыли. Сюда вообще заглядывает кто-нибудь, кроме «главврача»? Как вообще можно работать в таких условиях, даже если «работа» это жуткие эксперименты над пациентами? Конечно, это здание было не единственным, а всего лишь центральным. Комплекс лечебницы состоял из доброго десятка, не считая катакомб под землёй. И всё же, это было очень странно, даже по меркам Ордена.
 
Последняя лестница, ведущая в башню, нашлась удивительно быстро и никем не охранялась. Я поднялся по ней, чувствуя, как от волнения леденеют ладони под перчатками. Если дома нет никого, мне останется лишь найти карты и уйти тем же путём. Если хранитель лечебницы предпочитал проводить круглые сутки в своём кабинете, у меня большие, громадные проблемы.
Дубовая дверь в кабинет оказалась слегка приоткрыта — плохой признак. Я застыл, не дойдя до неё пары метров.
— Внутри. Один, — подтвердил Кёльколиуке мои худшие опасения.
— Проклятье, — процедил я сквозь зубы. — Это хранитель?
— Не. Знаю.
— Он спит?
— Нет.
Подкравшись под «Покровом», я заглянул в щель. Свет внутри не горел, а ночь сегодня выдалась особенно тёмной. Лишь спустя минуту я различил движение внутри — кто-то возился у стола около дальней стены.
Либо хранитель предпочитал работать в полной темноте, либо сегодня в его кабинет вознамерилось попасть два непрошенных посетителя. И один немного опередил второго.
Я в очередной раз добрым словом помянул ГГК — грёбаную генерацию квестов.
Какие шансы на то, что внутри орудовал мой союзник, также пришедший на помощь Кассандре? Мягко говоря, никакие. Гораздо вероятнее, что это был кто-то из городских шпионов, вроде Дезмонда и его агентов, разнюхивающий что-то важное насчёт лечебницы. Нет времени ждать, пока он закончит — да и вдруг после его ухода башенка внезапно запылает, как один из столичных архивов? Если очень повезёт, мы договоримся друг другу не мешать.
Я толкнул дверь и вошёл внутрь, не используя «Покров». Ничто в моём облике не выдавало принадлежность к Ордену — и это само по себе должно было успокоить «коллегу»-нарушителя. Но прежде чем я успел сказать, что не хочу конфликта, тёмная фигура обернулась и уставилась на меня черепом вместо лица.
Это, конечно, тоже была маска — просто исключительно реалистичная и жуткая. При том, что мне довелось видеть настоящих оживших скелетов и было, с чем сравнить. Слова застряли у меня в горле на секунду, и тот, кто стоял напротив, решил не терять времени зря. В его руках словно из воздуха возникло некое древковое оружие, в котором я не сразу узнал небольшую косу. Сходство незнакомца с каноничным обликом Смерти достигло апогея.
А потом он молча бросился на меня, замахиваясь косой.
Со стороны эта битва, пожалуй, должна была смотреться весьма стильно. Две фигуры в чёрном — одна в птичьей маске «чумного доктора», другая в маске-черепе и с косой сражаются в башне на вершине сумасшедшего дома для магов. Правда, первые полминуты сражение протекало исключительно в одни ворота — незнакомец пытался дотянуться до меня косой, я уворачивался, пытаясь выгадать время для контратаки дубинкой и кинжалом. Время упорно не выгадывалось.
Из-за темноты в кабинете и суматохи боя я не мог толком рассмотреть табличку над головой противника — только уровень, двадцать пятый. Он размахивал косой, как бешеный, а та оказалась на удивление эффективным оружием для замкнутого помещения. Вскоре её жертвами пали стол и два стула, а также с десяток предметов поменьше, которые я беспорядочно швырял при удобном случае. Коса разрубала их молниеносно и почти беззвучно. В итоге, как ни смешно, погром кабинета хранителя шёл относительно тихо, а из всех заклинаний я применил лишь «Поступь», боясь дышать огнём, чтобы не сжечь карты. Раза три у меня выдавались свободные полсекунды — попытаться окликнуть человека в маске-черепе, но на мои приглушённые «Эй!» и «Стой!» он предпочитал не реагировать.
Моё терпение лопнуло довольно быстро — я хотел поберечь ману, но мне просто не оставили выбора.
— Нэсс! Обезвре…
Я едва успел отшатнуться назад, когда коса пролетела в миллиметре от моего носа, но шипящий сгусток теней прекрасно услышал команду и резко осложнил жизнь моему таинственному врагу. Тот, впрочем, тоже не сплоховал и откатился в дальний угол прежде, чем шипастые щупальца оплели его по рукам и ногам. Нэсс развернулась в его сторону, я покрепче сжал дубинку — как только он подставится, лежать ему тут до утра. Никто не может сказать, что я не пытался по-хорошему.