Keeping 13 (ЛП)
— Приятного путешествия, — сказал я вместо этого.
Мама выгнула бровь. — Наслаждайся своим стропом.
Дай мне сил…
— Прощай, мама, — выдавил я.
Мама ухмыльнулась. — Прощай, мой прыгающий малыш.
Иисус.
Я подождал, пока мама закроет за собой дверь моей спальни, прежде чем сбросить с себя одеяло.
Двадцать минут спустя, я только что принял душ и боролся с парой качков, когда дверь моей спальни распахнулась. — Мне так чертовски скучно, — объявил Гибси, заходя в мою комнату. — У нас пасхальные каникулы, и как я их провожу? Запертым в своей комнате, готовлюсь к экзамену, в написании которого я даже не уверен, смогу ли его сдать, не говоря уже о том, чтобы сдавать в следующем году, и все потому, что ты решил сломать свой член и оставить меня в покое. — Бросив свою сумку на пол, он плюхнулся на мою кровать и драматично вздохнул. — Ты такой эгоист.
— Извини, что доставил тебе неудобства, — проворчал я, балансируя на дверном косяке ванной и пытаясь устроиться поудобнее, не причинив вреда. Мои швы заживали хорошо, но я все еще болел и был в синяках. — Я забыл, что это все из — за тебя, Гибс…
— Вау, какой набухший член! — Гибси застонал, уронив руку на лицо. — Вы все здесь, не так ли, парень? Отчасти жаль, что я сейчас пришел. Чувствую себя немного выхолощенным. И немного жестковатым. Может быть, мне стоит научиться стучать..
— Хватит болтать, — пробормотал я, поправляя пояс на бедрах. — Ты снова ведешь себя как ненормальный, и мне нужно, чтобы ты был нормальным в течение часа.
Он приподнял бровь. — Всего час?
— Гибс! — Нетерпеливо рявкнул я.
— Хорошо! — Он поднял руки вверх. — Я веду себя нормально.
— Хорошо. — Я вздохнул. — Потому что мне нужно, чтобы ты отвез меня кое-куда.
— О, нет, нет, нет. — Он выпрямился и указал на меня. — Постельный режим, Джонни. На семь-десять дней, парень.
— Да, и прошло уже десять дней, — парировал я.
— Девять дней, если говорить технически, — фыркнул он, вставая и принимаясь расхаживать по комнате. — И твоя мать специально упомянула десятидневный постельный режим, когда звонила мне ранее, не говоря уже о серьезной физической боли, которую она причинила бы мне, если бы я только подумал о том, чтобы помочь тебе уйти из дома!
— Ну, мне нужно ее увидеть. — Натянув самую свободную пару спортивных штанов, которые у меня были, я потянулся за свежей футболкой и быстро натянул ее. — Я не смогу сесть за руль по крайней мере еще неделю, и они забрали мои чертовы ключи от машины, так что мне нужно, чтобы ты отвез меня.
— Ничего не поделаешь, — парировал Гибс, решительно покачав головой. — Мамушка Кавана оторвет мне яйца, и в конце концов мне придется делить с тобой хирурга. — Он снова покачал головой, чтобы подчеркнуть свое неудовольствие. — Я люблю тебя, приятель, но не настолько сильно.
— Да ладно тебе, Гибс, — огрызнулся я, расстроенный. — Помоги мне.
— Я всегда, черт возьми, помогаю тебе, — простонал он.
— Да, — невозмутимо ответил я. — Потому что я всегда помогаю тебе в ответ.
— Ты должен позволить ее семье разобраться с этим, парень, — сказал он серьезным тоном. — Я здесь не шучу, Джонни. Тебе нужно сделать шаг назад. Ты рассказал мне, что они сказали — как ее мать предупреждала тебя держаться подальше. — Он в отчаянии всплеснул руками. — Так что просто держись подальше некоторое время. Очевидно, они хотят справиться с этим сами. Дай ей немного времени, и ты увидишь ее, когда мы вернемся в школу.
— А что, если я ее не увижу? — Спросил я. — Что, если она не вернется в Томмен?
— Конечно, она вернется.
— Откуда ты знаешь?
Гибси закатил глаза. — Может быть, потому, что она ходит туда в школу!
Опустившись на кровать, я болезненно вздохнул и попытался справиться со своими эмоциями, прежде чем заговорить снова. — Послушай, — начал я, теперь немного успокоившись. — Я не прошу тебя сводить меня в спортзал. Я не подойду к окровавленному мячу для регби и не прошу тебя лгать ради меня. — Глядя ему прямо в глаза, я сказал: — Я прошу тебя отвести меня к ней, потому что я, черт возьми, не могу добраться туда сам. И мне нужно… и ей нужно, чтобы я… — мои слова оборвались, и я ущипнул себя за переносицу. — Если ты не поможешь мне и с ней что-нибудь случится, клянусь, я никогда не прощу тебя за это, Гибс. Я никогда не прощу себя.
— Это эмоциональный шантаж.
— Это единственный путь, который у меня есть, — твердо ответил я.
— Она убьет меня, — заметил Гибси. — Ты ведь понимаешь это, не так ли? Твоя мать убьет меня.
— Я беру на себя всю ответственность, — возразил я. — Просто сделай это для меня, Гибс.
— Прекрасно, — рявкнул он, вскинув руки. — Зови своих гребаных врачей. Спроси их, знакомы ли они с операцией, которая включает в себя удаление женского каблука из чьей-то задницы, потому что именно это произойдет со мной, когда я заберу ее ребенка из этого дома, Джонни. Она собирается причинить мне боль. — Застонав, он добавил: — Скажи им, чтобы забронировали мне чертову кровать. Мне она понадобится.
14
ПОБЕГ ИЗ ТЮРЬМЫ
ДЖОННИ
— Ладно, нам нужно все хорошенько обдумать, — объявил Гибси, выезжая на главную дорогу рядом с моим домом. — Захватим с собой что — нибудь вроде отвлекающего маневра — морковку, чтобы помахать ею на случай, если они нас прогонят.
— Морковка? — Я повернул голову и уставился на него. — О чем, черт возьми, ты говоришь? Нам не нужны морковки и отклонения, Гибс. Мы собираемся подъехать к ее дому, припарковать машину и постучать в эту чертову дверь.
Гибси закатил глаза. — У тебя нет такта. Вот, вытащи мой телефон — он у меня в кармане.
— Мне не нужен такт, — проворчал я, но сделал, как он просил. Он взял телефон у меня из рук, и я управлял, пока он набирал номер. — Ты получишь за это баллы в своих правах, — пробормотал я, благодарный за то, что хоть раз смог что-то контролировать, даже если это был всего лишь руль.
Гибси ухмыльнулся и прижал телефон к уху. — Только если меня поймают — Эй, как дела, детка? Мне нужно, чтобы ты была на улице через пять… да, пять минут. Почему? Потому что я заезжаю за тобой, вот почему. Да, не трать время на вопросы. Просто надень свое пальто и встретимся у тебя на подъездной дорожке. На улице холодно, так что надень красное. — Он ухмыльнулся, явно набив себе рот, прежде чем сказать: — Я знаю, что ты дома, потому что я видел, как ты наблюдала за мной из окна спальни ранее… Да, я знаю, что ты тоже преследуешь меня. Да, ты ненавидишь меня. Я знаю. Я все это слышал раньше, детка. Я тоже тебя люблю.
— Мы берем с собой Клэр? — Спросил я, когда он закончил разговор.
Гибси кивнул. — В этом больше смысла, чем в том, что двое парней появляются сами по себе. — Пожав плечами, он добавил: — Шэннон — ее лучшая подруга, парень. Она не могла связаться с ней после Дублина. Девушка ужасно нервничает из-за всего этого.
Я пожал плечами. — Достаточно справедливо.
Через пять минут мы выехали на улицу Хьюи и Гибси и были встречены хмурой Клэр, которая стояла в конце своей подъездной дорожки, держа неоново-розовый зонтик, чтобы защититься от мартовского ливня.
— В чем дело, Джерард? Что за чрезвычайная ситуация? — спросила она, забираясь на заднее сиденье, когда Гибси подъехал к ней. — О, привет, Джонни, — добавила она, немного смягчив тон. — Надеюсь, ты чувствуешь себя лучше.
— Все хорошо, — ответил я, чувствуя себя неловко оттого, что она знала.
— Кав здесь, он заставил меня подъехать к дому Шэннон, — сказал Гибси. — Я думал, что ты захочешь прийти.
— Хочу. — Наклонившись вперед, Клэр высунула голову между нашими сиденьями. — Но они не пустят тебя через переднюю дверь. Я попросила Хьюи отвезти меня туда в пятницу, чтобы повидаться с ней, но ее мать сказала мне, что она в постели. — Клэр сморщила нос, когда говорила. — Она даже не захотела меня выслушать, ребята. Она сказала, что Шэн слишком устала для посетителей, и просто не впустила меня.