Keeping 13 (ЛП)
— Она уже поела? — Спросил я, не в силах сосредоточиться ни на чем, кроме своей девушки. — Она что-нибудь ела сегодня?
— Да, она ела суп с девочками, — ответила мама.
— Слава Богу, — выдавил я, с облегчением опустив плечи. — Она после того, как сильно похудела, ма.
— С ней все будет в порядке, Джонни, любимый, — уговаривала мама. — Ей просто нужно немного времени, чтобы все это осознать. Нужно многое переварить.
Я знал это, но было нелегко наблюдать за ней на расстоянии.
Мама прикусила губу, прежде чем сказать: — Я думаю, что она больше боится выпускать Джоуи из виду, опасаясь, что он сбежит, чем чего-либо еще.
— Все в порядке, ма, — пробормотал я.
— Я не хочу, чтобы ты чувствовал себя обделенным, — поспешила утешить мама. — Она не злится на тебя, милый. Она просто горюет.
— Я знаю.
— Ты уверен, что знаешь?
Нет. — Да. — Отодвинув табурет, я встал и вытянул руки над головой. — Я собираюсь завалиться спать. Попробуй отключить мой мозг на час. — Я поцеловал ее в макушку, прежде чем направиться в коридор. — Спокойной ночи, ма.
— Спокойной ночи, Джонни, любимый, — крикнула она мне вслед.
Закрыв за собой кухонную дверь, я прошел по коридору и, перепрыгивая через три ступеньки за раз, поднялся по лестнице, прислушиваясь к звукам голосов, доносившихся со всех сторон. Тадхг и Олли вернулись из домика на дереве, и я слышал, как они возятся в одной из свободных спален. Было так непривычно слышать в этом месте что-либо, кроме своих собственных мыслей, что я воспользовался моментом, чтобы просто постоять на лестничной площадке и послушать, как братья спорят о сладостях, прежде чем спуститься в свою комнату, заставляя ноги идти мимо комнаты, в которой, как я знал, находилась она.
Проскользнув в свою комнату, я закрыл дверь и прижался лбом к косяку. Выключив свет, я заставил себя дышать глубоко и медленно. Моя голова шла кругом, мысли путались, когда я пытался сосредоточиться на том, что предстояло утром — на том, чему, я знал, я должен была соответствовать как физически, так и морально. Проблема была в том, что мои мысли были прикованы к девушке в комнате дальше по коридору. Той, которую я не мог исправить. Той, которая владела мной. О чем я думал, отправляясь завтра? Я не мог уйти сейчас. Как я мог оставить ее? Господи Иисусе, я чувствовал, что вот-вот взорвусь…
— Привет, Джонни.
Вздрогнув при звуке голоса Шэннон, я обернулся и увидел, что она сидит в темноте на краю моей кровати. Лунный свет, льющийся из окна моей спальни, освещал ее бледное лицо, когда она смотрела на меня с самым одиноким выражением, которое я когда-либо видел. — Привет, Шэннон, — ответил я, быстро прочистив горло, когда слова прозвучали хрипло. Настороженный, я остался там, где был, неуверенный в том, чего она от меня хотела. — Как ты себя чувствуешь?
Ее длинные волосы были распущены и спадали на одно плечо, а одета она была в пижамный комплект из одной из бесчисленных сумок с новой одеждой, которыми была завалена комната для гостей. Матери мальчиков уже несколько дней привозили вещи в дом, и с первого взгляда на розовый блестящий топ в тон и шорты в тон, которые были на ней, я понял, что Клэр приложила руку к их покупке.
— Я, э-э… — Она опустила взгляд на свои сцепленные руки и прерывисто вздохнула, прежде чем снова перевести взгляд на мое лицо. — О боже, Джонни, твоя голова, — выдохнула она. В ее голосе слышалась паника, глаза расширились. — Что случилось?
— Ну, все началось еще весной 1988 года, когда на свет появился Джерард Гибсон. Десять лет спустя он появился в моей жизни, и с этого момента все пошло насмарку, — усмехнулся я, а затем мысленно надрал себе задницу за шутки. — Извини.
— Все в порядке, — прошептала она, нервно теребя край топа. — Я скучаю по тебе.
Мое сердце бешено колотилось в груди, а ноги задвигались прежде, чем мой мозг успел сообразить, что к чему. — Я прямо здесь, Шэн. — Садясь рядом с ней, я подавил желание посадить ее к себе на колени, вместо этого положив руку на ее голое колено. — Я никогда не уходил, детка. Я просто пытался дать тебе немного пространства.
— Я не хочу больше пространства, — прошептала она, придвигаясь ближе. — Я просто хочу тебя.
— У тебя есть я, — прохрипел я, чувствуя, как мое сердце учащенно забилось. — Всегда.
— Ты спас мне жизнь, Джонни. — Дрожа, она прижалась щекой к моей руке и прерывисто выдохнула. — Ты спас жизни моим братьям.
— Да, но ты спасла мою жизнь давным-давно, — хрипло ответил я. — Я всего лишь возвращал должок.
Она покачала головой, напрягшись всем телом. — Нет, я не..
— Да, это так. — Обняв ее за худые плечи, я прижал ее хрупкое тело к себе. — Ты разбудила меня, Шэн. Заставила меня взглянуть на вещи по-другому. Дала мне жизнь вне регби. То, чего я жду с нетерпением. — Пожав плечами, я наклонился и поцеловал ее в волосы. — Ты в ответ многое для меня сделала, так что не думай иначе.
— Твои родители хотят взять нас на воспитание, — призналась она, глядя на меня широко раскрытыми глазами с чувством вины. — Я и мои братья.
— Я знаю, Шэн, — тихо ответил я.
— Твоя мать сказала нам, что хочет оставить нас — всех нас, — выдавила она. — Даже Джоуи.
— Да? — Мое сердце затрепетало в груди, когда я попытался оценить ее. — И что ты об этом думаешь?
— Я хочу остаться, — тихо призналась она. — С твоей семьей.
Я мысленно вздохнул с облегчением. — Тогда это хорошо, правда? — Я уговаривал. — Что ты этого хочешь?
— Мне просто так плохо из-за этого, — выдавила она. — Все это… — Ее плечи поникли, и она опустила голову. — Мы все здесь, в твоем пространстве, и все это несправедливо по отношению к тебе…
— Я хочу, чтобы ты была здесь, — прервал я ее словами. — Я хочу, чтобы ты была в моем пространстве, Шэннон. — Повернувшись боком, я приподнял ее подбородок, заставляя встретиться со мной взглядом. — Я больше нигде не хочу, чтобы ты была, кроме как здесь, со мной и моей семьей, хорошо?
— Но это несправедливо по отношению к тебе, — прошептала она с глазами, полными непролитых слез. — Все мои братья и мои проблемы. — Дрожа, она прижалась щекой к моей руке и вздохнула. — Я не хочу, чтобы в конечном итоге ты возненавидел меня.
— Ненавижу тебя? — Я покачал головой. — Шэннон, я люблю тебя. Я чертовски отчаянно хочу удержать тебя здесь.
— Но мои братья…
— Я тоже хочу, чтобы они остались, — поспешил я сказать ей. — Я люблю маленького Шона — и Олли? Господи, мне даже нравится Тадхг. Он болтливый маленький засранец, но я его понимаю. А Джо? Ему просто нужна помощь. Дерьмо, даже Даррен начинает нравиться мне. — Вытерев слезу с ее щеки большим пальцем, я наклонился ближе. — Я хочу, чтобы вы все остались с моей семьей.
— Но мы доставляем много хлопот, — прошептала она, шмыгая носом.
— Мне нравятся твои проблемы, — сказал я ей. — Я хочу твои проблемы, и твои сложности, и все остальное, что с тобой связано. — Наклонившись ближе, я потерся своим носом о ее нос. — Я хочу тебя.
— Что, если ты передумаешь? — спросила она, прижимаясь своим лбом к моему. — Что тогда?
— Я не передумаю.
— Но что, если…
— Я уже говорил тебе, что я не мимолетный парень, — сказал я грубо. — Я не такой человек, Шэннон. Я не изменю своего мнения о тебе. Улыбаясь, я поцеловал ее в губы и откинулся назад, чтобы посмотреть ей в глаза. — Я здесь навсегда.
— Неужели?
Я медленно кивнул. — На сто процентов.
— Я просто… — Глубоко сглотнув, она прерывисто вздохнула. — Я просто не знаю, что мне теперь делать. — Слезы потекли по ее щекам. — Я больше никогда ее не увижу, — всхлипнула она. — Я так и не смогла попрощаться с ней или попросить прощения за все те гадости, которые я ей наговорила…
— Тебе не за что извиняться, — сказал я ей, заставляя себя держать свои эмоции под контролем. — Ты не сделала этого тогда и до сих пор не делаешь. Она совершила много ошибок с тобой, Шэннон. Она знала это, детка. Ей не нужно было слышать от тебя извинений.