Keeping 13 (ЛП)

Его ноздри раздулись. — Правда?
Я кивнул. — Правда.
Какое-то время он внимательно изучал меня. — Твоя мама там будет?
— Да, — ровно ответил я, вздохнув с облегчением, когда он ослабил хватку на двери.
— Она снова угостит нас мороженым?
— Определенно.
Он оглянулся на свою комнату и вздохнул, прежде чем снова повернуться ко мне лицом. — Хорошо.
— Хорошо. — Я вздохнул с облегчением и жестом пригласил их следовать за мной в комнату Шэннон. — Послушай, дверь внизу заперта, так что нам придется вылезать через окно.
Мое сердце колотилось так сильно, что я боялся, что малыш у меня на руках почувствует это. На самом деле, я был уверена, что он сможет, потому что Шон прижал свою маленькую ручку к моей груди и прошептал: — Бах, бах.
— Мы не можем вылезти в окно, — сказал Олли приглушенным голосом, когда я высунулся из окна с Шоном на руках. — Ты уронишь его. И я боюсь.
— Все в порядке, — выдавил я, зная, что нет безопасного способа вытащить трех маленьких мальчиков из окна двухэтажного дома, не убив их. — Мы придумаем что-нибудь еще.
— Как мы собираемся выбираться? — В голосе Тадхга звучала паника. — Мы застряли?
— Мы застряли, — плакал Олли. — П апа внизу, и он убьет нас, если увидит тебя. — Шмыгнув носом, он добавил: — Он сказал, что мы все должны были лечь спать, а мы не спим!
— Что-то не так, Джонни, — выдавил Тадхг. — У нас неприятности, не так ли?
— Нет, нет, их нет — заверил я его, сердце бешено колотилось. — Я обещаю, я вытащу вас отсюда, ребята. Твой отец нас не увидит. Все будет хорошо. — Обыскав глазами крошечную спальню, я сказал: — Нам просто нужно найти ключи от дома Шэннон.
— Она хранит их в пальто, — выдавил Олли, его теперь заметно трясло. — Она всегда вешает его на перила внизу.
Кивнув, я отчаянно попытался обуздать свои эмоции, перекладывая Шона на другое бедро и протягивая руку Олли. Он охотно кончил, мертвой хваткой обхватив меня за талию. — Не бойся, — прошептал я, пытаясь утешить его. — Мы собираемся спуститься вниз так тихо, как только сможем, хорошо? — Посмотрев на Тадхга, я сказал: — Возьми Олли за руку и держись прямо за мной.
— А что, если он нас увидит? — спросили они оба.
— Он не будет, — прошептал я, давая еще одно обещание, в котором не был уверен, смогу ли сдержать, пока двигалась к лестнице, а Шон цеплялся за меня, как детеныш обезьянки. — Не издавайте ни звука, — прошептал я. Тадхг и Олли босиком и в пижамах кивнули и молча поплелись за мной.
Спускаясь по деревянной лестнице, которая была скользкой и мокрой, я почувствовал сильнейший укол раскаяния в своем сердце из-за того, как приходилось жить этим детям. Когда мне было девять, я играл с покемонами и строил крепости. Когда мне было двенадцать, моей самой большой заботой было забить гол. Я не мог понять, что, должно быть, чувствуют эти мальчики.
— Хорошая работа, — прошептал я на ухо Шону. Чем дальше мы спускались по лестнице, тем сильнее он дрожал в моих объятиях. — Мы почти на месте. — Никогда в жизни я не был так рад увидеть пальто цвета хаки, как тогда, когда мой взгляд упал на пальто Шэннон, висевшее на перилах. Соскользнув с мокрой нижней ступеньки, я сумел выпрямиться, прежде чем упасть. Восстановив равновесие, я сунул руку в карман пальто Шэннон и чуть не заплакал от облегчения, когда мои пальцы сомкнулись на ее цепочке с ключами. Оглянувшись на Тадхга и Олли, которые стояли на нижней ступеньке, я одарил их, как я надеялся, ободряющей улыбкой. Оба мальчика вздохнули с облегчением, когда я помахал ключами у них перед носом.
— Так не должно быть, — услышал я плач матери Шэннон и замерл, сердце бешено заколотилось в груди. Переведя взгляд на испуганные лица Тадхга и Олли, я прижал палец к губам. — Ты знаешь, что я люблю тебя, — продолжила она низким и приглушенным голосом. — Мы можем разобраться с этим, Тедди, но не тогда, когда ты…
— Мари, Мари, Мари, — невнятно бормотал их отец. — Это единственный выход.
Тихий всхлип вырвался из горла Шона, и я спрятал его лицо у себя на груди, молясь всему святому, чтобы оно помогло мне вытащить этих детей. — Шшш, — прошептал я одними губами, укачивая его в своих объятиях. — Шшш.
 
— Не для них, — всхлипывала их мать. — Для нас, может быть, но не для них, Тедди.
— Они — это мы, — ответил он жутким тоном. — Они — это все мы.
— Пожалуйста, — продолжала она тихо всхлипывать. — Я люблю тебя, Тедди. Не делай этого. Я люблю тебя.
— Это единственный способ, — спокойно ответил он. — А теперь выпей со мной. Это снимет напряжение.
Подняв руку, когда Тадхг двинулся ко мне, я оглядел коридор, задаваясь вопросом, как, черт возьми, я собираюсь довести этих детей до двери так, чтобы их родители нас не увидели. Кухонная дверь была широко открыта, и у них был прекрасный вид на входную дверь.
Заставляя себя дышать медленно, я прижался спиной к стене позади себя и придвинулся ближе к двери, жестом приказав Олли и Тадхгу медленно следовать за мной. Эта окровавленная лестница была похожа на смертельную ловушку. Олли соскользнул с нижней ступеньки и бросился ко мне. Обняв меня за талию, он прижался ко мне крепче, чем Шон. — Шшш, — прошептал я, когда он тихонько всхлипнул. — Шшш, приятель.
Дрожа с головы до ног, Тадхг перекатился по полу с другой стороны от меня, уткнувшись лицом в мой бок, и мое сердце разорвалось на части. Я знал, что этот парень гордый. Для двенадцати лет он был крутым. Видеть, как он вот так распадается на части, было отрезвляюще.
Погладив рукой его белокурую голову, я осторожно двинулся к двери, причем они все трое буквально повисли на мне, опасаясь воды на полу и ни на секунду не отрывая взгляда от дверного проема кухни, пока я двигался.
Когда я подошел к входной двери, мой взгляд упал на их отца, сидевшего на стуле за кухонным столом спиной к двери. На столе перед ним в ряд стояло несколько пустых бутылок из-под виски и водки, и я знал, что если он прямо сейчас обернется, я убью его. Я принял решение в ту минуту, когда услышал его жуткий голос, и, как ни странно, смирился с этим. Если он поднимет руку на этих детей, я похороню этого человека.
Стараясь держать руку ровно, я вставил единственный ключ в замок и медленно повернул его обратно, поморщившись, когда он щелкнул.
Громкий кашель из кухни заглушил шум, и я резко повернул голову назад, чтобы увидеть, что мать Шэннон смотрит прямо на меня.
Срань господня.
Мое сердце остановилось в груди, и в течение нескольких ужасающих мгновений я ждал, что она сделает.
Она кивнула.
Я колебался.
Она снова кивнул.
Не сводя с нее глаз, я медленно нажал на ручку и открыл дверь внутрь. Она снова громко кашлянула, заглушив скрип петель, когда я втолкнул Тадгха и Олли в маленькую щель в дверном проеме.
Держа Шона на руках, я повернулся спиной, чтобы уйти, но быстро повернулся к ней лицом, встревоженно застыв в дверном проеме.
— Уходи, — одними губами произнесла она, глядя мне прямо в глаза. — Уходи сейчас.
— А как же ты? — Я поймал себя на том, что отвечаю одними губами, чувствуя себя раздираемым и противоречивым.
— Я выпью с тобой — сказала миссис Линч спокойным тоном, не сводя с меня глаз. — Выпьем на прощание.
— Хорошая девочка, — невнятно пробормотал ее муж, опустив плечи.
— Сначала я закрою эту дверь, — добавила она. — Мы не хотим их разбудить.
— Это верно, — ответил он, кивая головой. — Будет лучше, если они проспят все это.
Поднявшись, миссис Линч спокойно направилась к кухонной двери, на лице у нее не было никаких эмоций, глаза были прикованы к моим. — Убери их, — медленно произнесла она одними губами. — Забери их отсюда.
Ошеломленный и сбитый с толку, я стоял у входной двери с ее ребенком на руках. — Пойдем со мной, — одними губами произнес я, призывая ее просто бежать. — Давай.
Она покачала головой. — Нет.
— Почему?
— Просто уходи.
— Я не..
— Уходи сейчасже!