Путь воина (СИ)

— Хорошо, действуйте по обстановке, Никита Анатольевич. Я не буду ставить в известность Великого князя Михаила Михайловича о готовящейся акции.
— Есть причины к осторожности?
— Да как сказать… — князь Тарковский помялся. — Между нами, барон! Есть ощущение, что император нашел причину выслать своего младшего брата из Петербурга. Ведь руководителем миссии остаюсь я, а Михаил Михайлович пытается вмешаться в мои дела, словно хочет затянуть процесс. Не знаю, может, я излишне драматизирую ситуацию. Но чутье мне подсказывает, что некоторые моменты ему знать не нужно. Поэтому, Никита Анатольевич, постарайтесь побыстрее уехать из Твери с агентом княжича Данилы. Когда вы будете далеко от тверской резиденции, мне станет спокойнее. Вот такой парадокс.
— Один вопрос, князь…
— Пожалуйста.
— Вы присматриваете за Михаилом Михайловичем с позволения императора?
— Нет, — излишне быстро откликнулся Абу-Хан. — Не в моих правилах следить за членами императорской семьи. Подобные мероприятия полностью лежат на плечах графа Возницына. Допускаю мысль, что его люди находятся в миссии, но выявить их среди офицеров различных служб, увы, не могу. Может, они вообще прикинулись экономистами или аналитиками, — Тарковский ухмыльнулся и встал, показывая своим видом, что собирается уходить.
Несомненно, князь знал про младшего из братьев Меньшиковых столько, сколько ему мог предоставить информацию император Александр, и скорее всего, имел четкие инструкции следить за Михаилом, не осознавая истинных причин такого приказа.
— Спасибо, что поддержали мой план, Ваша Светлость, — сказал Никита в пустоту, потому что Тарковский уже набросил на себя «вуаль» и вышел в открытую хозяином комнаты дверь. Сам же волхв, делая вид, что решил проверить охрану, постоял в коридоре на виду бойцов, покрутил головой по сторонам, едва сдерживая смех от подобной конспирации. Выждав минуту, он скрылся в своих апартаментах, решив все-таки поспать пару-тройку часов. Интуиция ему подсказывала, что день будет насыщенным и трудным.
  
Глава 13
 
Петербург, Явь-один, июль 2016 года
Начало июля для столицы выдалось необычайно жарким. Несколько дней над городом стояло густое марево нагретого воздуха, и люди на окраинах и в полях стали наблюдать причудливые миражи. То на горизонте заблестит зеркало воды, то причудливые фигуры зверей или зыбких дворцов на расплавленном небе внезапно появятся на несколько минут перед изумленными горожанами, создавая нешуточный ажиотаж. Особенно много фотографий в общественной Сети стали появляться от жителей Соснового Бора. Ни для кого не было секретом, что в районе Лубенского озера находится военный полигон, и именно над ним в полдень появлялись в переливающихся тяжелых клубах горячего воздуха многоэтажные особняки, красивые парки и висящие туши дирижаблей.
Служба Безопасности не сумела сразу сопоставить связь между порталом и пробоем в ткани мироздания, и только появившиеся изображения дирижаблей, очень похожие на те, что состояли на службе Великого князя Владимира, сдвинули ситуацию с мертвой точки. Сразу всполошились определенные службы, бдящие за информационной безопасностью в Сети. Вычищалось все, что было связано с Лубенским озером.
— Тяжело, — пожаловалась Тамара, пытаясь с помощью легких плетений создать вокруг себя круговорот прохладного воздуха наподобие кондиционера, хотя во внедорожнике и так шумел мощный агрегат, создавая внутри машины комфортную температуру.
— Зря ты поехала, — укорила ее Ольга, сопровождавшая жену Никиты. Вздумалось, видите ли, поговорить с дядюшкой-императором. — Тебе рожать на днях, а вместо этого по городу в такую жару мотаешься.
— Потом некогда будет, — отмахнулась Тамара. — И вообще, зря со мной едешь, что ли? Поможешь в случае непредвиденных обстоятельств.
— Ага, — фыркнула девушка, массируя свои тонкие запястья, разгоняя по каналам живительную энергию. Мало ли когда она может пригодиться. — Мне как-то не очень хочется увидеть cas imprévu во время беседы с императором!
 
— С каким ты пор увлекаешься французским? — хмыкнула молодая женщина, взвихрив очередную порцию прохлады. — Роды — это не непредвиденный случай, а вполне закономерный итог неких приятных обстоятельств. За удовольствие надо платить.
Оля хихикнула и слегка покраснела.
— Профессор Кошкин заставляет изучать труды французских коллег, которые тоже взялись за развитие биомагических технологий, — свернув с неудобной темы, пояснила девушка. — Уже два раза приезжали по обмену опытом, но мне кажется, больше хотели выпытать оригинальные методики.
— Артему Даниловичу известно, что развитие биомагической медицины в России возведено в ранг приоритетных исследований? — Тамара свела брови. Кошкин в пылу продвижения новейших методик мог наворотить таких дел, что потом впору за голову хвататься.
— Подписку о неразглашении давали все, кто связан с проектом, — подтвердила Оля. — Все пятнадцать человек, входящих в вологодскую группу. Профессор прекрасно понимает, для чего парижане так активно пытаются создать профильную совместную команду для изучения биомагии.
— Гнать их погаными тряпками до Парижу, — усмехнулась Тамара. — Удумали от нашего пирога откусить. А вообще, надо бы с Артемом Даниловичем серьезно поговорить. Я не против его контактов с иностранными Целителями, но к нашему Медицинскому центру он не должен подпускать никого. Оля, это серьезный вопрос. Клан рассчитывает с помощью биокапсул заработать очень большие деньги, и конкуренты нам не нужны.
— Тамара, ты не беспокойся, — девушка легонько сжала запястье старшей жены Никиты, заодно прощупывая ее пульс. — За нами пристально следят люди твоего отца. Он создал службу безопасности прямо на месте, и теперь каждый новый контакт тщательно проверяется. Мышь не проскочит.
«Папа в своем репертуаре, и даже ничего не сказал, — раздраженно подумала Тамара. — Знает же, что группа по биомагии создавалась на платформе Исследовательского института, где Никита не имеет никакого влияния. Зато сам тихонько организовал СБ по месту работы Кошкина и Оли, чтобы контролировать всю деятельность Целителей».
Она молча переварила эту новость, решив все обсудить с дядей Сашей. Сейчас дела посерьезнее закручиваются. Тамару беспокоили Волынские, которые неизвестно как отреагируют на переход Касаткиных в клан Назаровых. А то, что они начнут бить, и очень крепко, никаких сомнений. В отсутствии Никиты Меньшиковы должны приглядеть за действиями князя Леонида Ивановича.
Внедорожник с сидящими в нем девушками, фадеевским водителем и Нагайцем на переднем сиденье, ехал в сопровождении «Ладоги», где находились Слон, Москит и Лязгун. Парни после отъезда Никиты сопровождали его жен, где только возможно, ни на шаг не отходя от них. Но в Зимний пустили только Тамару и Олю, вежливо остановив остальных на входе «Собственного» подъезда, что находился по набережной от большого Дворцового моста. Он предназначался в большей степени для родственных лиц императора, если не было желания публичного появления. А так девушки спокойно в сопровождении гвардейцев дошли до Малой приемной императора.
Правда, им пришлось посидеть в кабинете с полчаса, попивая охлажденный сок в ожидании Его Величества. Александр появился чуточку взъерошенный; смущенно пригладил седеющие волосы, он галантно поцеловал Оле руку, а Тамара подставила щеку, боясь, что грузнеющий дядя придавит ее живот.
— Красавицы, я бы никуда от вас не уходил хоть целый день, — прижав ладонь к сердцу, искренне воскликнул император, усевшись в хозяйское кресло. — Но увы, всего полчаса могу выделить для беседы со столь очаровательными барышнями. Итак, что случилось?
Он цепким взглядом прошелся по фигуре племянницы, оплетенное легким заклинанием, которое Тамара специально накинула на себя, чтобы скрывать беременность от посторонних глаз. Магоформа пригодилась в таком людном месте, как Зимний, и Александр Михайлович с одобрением кивнул.