!Фантастика 2024-114". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
***
Ладью слегка тряхнуло при посадке. Морен грациозно запрыгнул на борт и сиганул вниз, так что черный плащ взметнулся к рассветному небу.
– Итак, кто тут у вас самый избранный? – требовательно спросил некромант. – Становитесь в очередь.
– А ты что, королева хаоса? – хмыкнул один из новоприбывших – в алом плаще, расшитом золотыми шестиконечными звездами, и со свежим синяком под заплывшим глазом.
– В этом наряде на королеву смахиваешь ты, – заметил Моррен. – Вот только рожей не вышел.
– Слышь ты, блондиночка, – новобранец шагнул вперед, картинно выпуская дым из ноздрей, но некромант ткнул пальцем ему в лоб, и мужик замер с остекленевшими глазами. – Полагаю, этого первым, – уточнил Моррен, обернувшись на Родерика, и он кивнул.
Четвертый уровень, а самомнение как у мастера хаоса.
– Усыпи его вообще на пару дней, – попросил Родерик. – Достал.
Крис Лекис, потягиваясь, вышел из палатки и расплылся в улыбке.
– Моррен, дружище, выглядишь куда лучше, чем в нашу последнюю встречу. Тот юный анимаг знатно надрал твою бледную задницу. Это было даже внезапнее, чем желание императора встать на защиту страны. Не знаете, кстати, где он? Я порасспрашивал, но никто не может сказать, какое именно дерево в Стене – наш Денверон Гуманный.
– Уже присматриваешь себе местечко рядом? – холодно поинтересовался Моррен. – Если пустишь корни в Стене, то принесешь куда больше пользы, чем на Охоте.
– Ладно, давай за дело, – поторопил Родерик. – Этого отнесите в какую-нибудь палатку.
Патрульный воздушник живо опрокинул замершего мага на спину, взмахнул руками, приподнимая его над землей, и Родерик вдруг вспомнил, как братья Тиберлоны левитировали мертвого Моррена в академию.
Это все его разговоры про королеву виноваты. Зачем кликать беду?
Стена выглядела крепкой и высокой, но хаос прорывался сквозь нее клочьями тумана и оседал на землю.
В глубине души Родерик понимал приказ Шести. Если есть хоть малейшая надежда прекратить это все раз и навсегда – надо ею воспользоваться.
Патруль как раз сменялся на постах, и он с удовлетворением отметил, что все идет как надо: без спешки и ровно, точно отлаженный механизм. Только порядком и можно противостоять хаосу. И если он встретит Королеву снова, то, быть может, ставки на него сыграют?
Родерик направился к шатру, у входа в который мерцал светильник, и Моррен понятливо протянул:
– Значит, решил расселить огненных магов в Грездрике. Разумно. В тамошней харчевне подают Арнеллу?
– Солнце еще не встало, а ты предлагаешь выпить? – уточнил Родерик. – А потом явиться на занятия пьяным? Я, как ректор, крайне не одобряю твое предложение.
– Я пока ничего и не предлагал, – вздохнул Моррен. – Решил уточнить на будущее.
Родерик откинул полог и вошел в шатер. Портал светился прямо в центре храма, окаймленный обычным дверным косяком. Жрец спал на меховой подстилке в углу, в блюде для приношения блестели монеты. Но взгляд Родерика первым делом метнулся к светильнику под потолком: тусклые полоски металла охватывали мутное стекло, и ничего не указывало на то, что это великая святыня.
– Не горит, – сказал Моррен. – И ладно. Не то, чтобы я не был готов к Охоте, но остались еще незавершенные дела. Как думаешь, тот путник, что оставил светильник здесь, бродит по миру в кромешной тьме?
– Я думаю, что найти новый – не такая большая проблема.
Родерик все еще злился: и на Моррена – за то, что тот не рассказал о брате раньше, и на себя – за свою слепоту. Но Арнелла вроде бы простила его. Ночью она так самозабвенно его целовала, а стоило вспомнить ее сладкие стоны, как тут же хотелось бросить все и мчаться назад домой. Конечно, он не станет отсылать ее в Адалхорт. Он вообще ее никуда от себя не отпустит.
– А может, пойдем на Охоту не дожидаясь, пока он загорится, – Моррен кивнул на светильник. – Хаос уже густой. Я видел.
– Я тоже видел, – ответил Родерик. – Будем следовать традициям. Пойдем, когда загорится свет.
– Это все твои комплексы огненного мага, – проворчал Моррен. – Огонь, знаешь ли, не главный луч.
– Мы будем ждать путника, – твердо сказал Родерик, шагнув в портал.
В Грездрике уже был день, городской гам проникал сквозь плотные стены шатра. Слышалась базарная ругань с южным акцентом, а запах рыбы пропитал храм насквозь.
– Господа маги, – оживился жрец, протягивая блюдо. – Подайте на фитилек.
Моррен демонстративно закатил глаза, но Родерик бросил монету.
– Да укажут вам путь, – подобострастно поклонился жрец.
Эти слова он и хотел услышать. Он продолжал идти, и вроде бы все как-то налаживалось, но подспудное ощущение приближающейся опасности не отпускало. Ему так не хватало путеводного огонька впереди. Что стоит подсказать – все ли верно он делает?
– Зачем ты сказал, что собираешься погибнуть в хаосе? – не выдержал он, развернувшись к Моррену и схватив его за грудки. – Даже не думай об этом!
– Вот ты, конечно, тугодум, – укорил друг, отцепляя его пальцы от своего плаща. – Еще бы через полгода вспомнил. Все мы однажды умрем. Смерть – неизбежна и неумолима, прямо как я. Однажды все приходят в ее объятия, прямо как в мои.
– Это был плавный переход к твоей ситуации с Мирандой? – уловил Родерик.
Моррен улыбнулся краешком губ.
– Может быть.
– У тебя есть успехи?
– Не хочу пока говорить. Однако если тебе дорог волчонок и ты хочешь видеть его в патруле, проследи, чтобы его не сорвало, когда Миранда станет моей.
– Так уверен?
– Нет, вообще-то, – признался Моррен. – Может случиться, что она останется в плену своих заблуждений и волосатых объятий метаморфа, а мне останется геройская смерть в хаосе и поцелуй королевы.
– Опять ты за свое.
– А все почему? Потому что лучший друг бросил меня наедине с тревожными мыслями. Может, меня даже сорвет от переживаний.
Путник сказал – не подведи Моррена. Ни сейчас, ни потом.
– Хорошо. На выходных сходим в тот бар в Каривене, – согласился Родерик.
– Только ты и я, – торопливо добавил Моррен. – Не хочу чувствовать себя третьим лишним.
– Ладно, – нехотя ответил Родерик.
Он и правда хотел взять Арнеллу с собой, но лучше сводить ее в заведение поприличнее. Родерик собирался сделать ей предложение. Снова. И на этот раз добиться согласия.
Глава 9. Мама
– Ты ослепительна, – сказала я маме и не соврала: от ее платья глазам было больно.
Ее юбка топорщилась во все стороны, и я едва сумела дотянуться к маме, чтобы ее обнять. Золотая вышивка на лифе, на тонких запястьях широкие браслеты, усыпанные сверкающими камнями, в светлых волосах – тиара. Кажется, мама полностью оправилась от потрясения и стала самой собой – великолепной Кармеллой Алетт. То есть, теперь уже Лефой.
– Поздравляю, – Эммет склонился к ее руке и поцеловал. – Счастье моего отца в ваших прекрасных руках, Кармелла, так будьте же с ним нежны.
– О, ты такой славный, Эммет, – умилилась мама. – Спасибо, дорогой. Я так рада вас видеть, детки. В последнее время была очень занята. Организация свадьбы, хоть и скромной, не простое дело. А я не могла пустить все на самотек.
Это точно. Мама обожала все контролировать. Но свадьбу, при всем желании, нельзя было назвать скромной, пусть празднество и проходило в доме Лефоев, и гостей было меньше сотни, и кое-кто даже вырядился в траур по императору. Но мамина страсть к роскоши прорывалась во всех мелочах, начиная от цветов, гирлянды которых украшали зал, и заканчивая шлейфом ее платья, которые носили два хорошеньких мальчугана в одинаковых белых костюмчиках.
– Как ты, солнышко? – спросила мама. – Почему твой Адалхард не явился?
– Он собирался, – ответила я, чувствуя себя неловко из-за того, что приходится оправдываться. – Но в последний момент прилетели новости от Стены. Снова какой-то пожар.
– Там теперь вечно пожары. За пару недель я зарядил не меньше сотни артефактов воды, – похвастался Эммет.