!Фантастика 2024-114". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

— Она моя, — закончил Джаф, обведя класс по-звериному горящими глазами. — Всем все понятно?
Финн с жалостью вздохнул и отвернулся, Ник кивнул, а Эрт, задумчиво глядя в окно, сказал:
— А я, пожалуй, рискну…
— Ты что, не понял? — взъярился Джаф, медленно поднимаясь с места.
— Понял, — ответил Эрт. — Как не понять. Но дважды ты меня не убьешь, а смерти в любом случае не миновать никому из нас, так что… Миранда Корвена, я с радостью взгляну и на водопады, и на что угодно из того, что ты согласишься мне показать. Уверен, это того стоит.
— Надеюсь, ты не будешь разочарован, Эретьен, — ответила она.
Джаф шагнул к Эрту, но дверь очень вовремя открылась, впуская преподавателя.
— Перечертили? — спросил профессор Крекин. — Студент Хогер, сядьте на место. Итак, гексаграмма исцеления, стандартный вариант. Однако при добавлении определенных элементов можно усилить ее воздействие на конкретные части тела.
— Профессор Крекин, — подняла руку Миранда.
— И его на водопады позовешь? — рявкнул Джаф, обернувшись.
— Какие водопады? — не понял преподаватель.
Он снял очки и, протерев их платочком, вновь водрузил на нос.
— Не обращайте внимания на Джафри, он сегодня не в себе, — отмахнулась Миранда. — Скажите, есть ли такая гексаграмма, которая может отразить негативное воздействие вроде проклятия?
— Зеркало, — сразу понял профессор. — Так мы ее называем. Есть. Однако это очень сложная схема, наносится непосредственно на кожу.
— Татушка? — заинтересовался Эрт.
— Верно. К тому же, как бы так сказать… — Крекин замялся и даже слегка покраснел. — Она должна быть в очень уязвимом месте… А почему вы спрашиваете, студентка Корвена?
— Это ведь то, что я должна делать в академии: учиться и задавать вопросы, — ответила Миранда. — Думаю, логично было бы наносить эту татушку вообще всем еще на первом курсе.
— Да, — согласился с ней Эрт. — Я бы не отказался от такой, это точно.
— Странно, ведь ты о своих уязвимых местах вообще не думаешь, — с угрозой произнес Джаф. — Не бережешь себя.
— Эта гексаграмма относится к высшему уровню, и проходить такие мы будем на третьем курсе, — выкрутился Крекин. — А пока — лечение ангины и хронических тонзилитов. Задействуем луч огня вот так…
Он принялся штриховать луч на схеме, а Джаф не мигая смотрел на Эрта. Не выдержав, я ткнула анимага в спину.
— Хватит на него пялиться, — сказала я. — Это не твое дело — с кем встречаться Миранде.
— Не лезь, — буркнул Джаф, уткнувшись в тетрадь.
— Сам не лезь, — ответила я. — Это не в твоих границах.
— Вчера тоже надо было остаться в границах, когда ты зажималась в моей ванной с Эмметом? — тихо поинтересовался он, и я сцепила зубы, чувствуя, как краснею. — Не мое это было дело, да?
— А если добавить к схеме луч воздуха, то исцеление будет воздействовать больше на легкие, — продолжил профессор Крекин и повернулся к нам. — Я вам не мешаю?
— Простите, — сказала я, возвращаясь к гексаграмме, однако весь урок сидела как на иголках.
Когда прозвенел звонок, Эрт собрал вещи и, проходя мимо Джафа, словно невзначай толкнул его плечом, но тот даже не шелохнулся. Проследив взглядом за некромантом, я заметила, как он, выходя из кабинета, досадливо потер свое плечо, как будто перед тем наткнулся на стену.
— Уверена, что хочешь так подставить Эрта? — спросил Джаф, повернувшись к Миранде. — Я же его размажу.
— Мы расстались, — выпалила Миранда, подойдя к Джафу и глядя на него снизу вверх. — Все кончено.
— Все только начинается, — пообещал он, аккуратно убирая белую прядку ей за ухо. — Возникли проблемы. Но мы решим их. Вместе.
Миранда демонстративно закатила глаза и пошла прочь из кабинета, а Джаф с тоской посмотрел ей вслед.
— Оставил бы ты Миранду в покое, — сказала я. — Ей и так непросто.
— А мне? — воскликнул Джаф. — Ты хоть понимаешь, каково мне? Уж не знаю, чем тебя вчера опоили, но представь, если бы ты все время была такая! Постоянно! Каждый день и особенно ночь! Готовая отдаться любому желающему!
Я прикусила задрожавшие губы, поймав на себе любопытный взгляд профессора Крекина, который и не думал вмешиваться, зато с интересом ловил каждое слово.
 
— Поговори с ней, — попросил Джаф. — Вы ведь подруги.
— И что мне ей сказать? — с вызовом спросила я. — Знаешь, Джаф, видимо, ей лучше без тебя!
Закинув сумку на плечо, я вышла из кабинета, спиной чувствуя тяжелый взгляд Джафа и липкий — Крекина.
* * *
Уроки шли один за одним, и я слушала преподавателей, конспектировала и отвечала на вопросы, но часть меня в это время словно отсутствовала. Какая разница, как произносить «прруктакх» или «прруктахк», если совсем скоро это перестанет иметь для меня значение. За покушение на императора полагается казнь.
Может, я должна удержаться от мести? Что, если именно об этом говорила Айрис, явившись ко мне в последний раз? Удержи свой огонь. Пламя во мне требовало крови и искупления, и стоило вспомнить седину, появившуюся у мамы, или шрамы на ее тонких запястьях, как перед глазами появлялась белая пелена ярости. Но у любого, даже самого маленького поступка, бывают большие последствия.
Что если Миранду запишут в сообщники? Что если пострадает Родерик?
Мастер Изергаст сказал, что близкие должны делить со мной горечи и радости, но я не готова была взваливать на них такой груз.
Но если я не сделаю ничего, то гнев однажды разъест меня, словно ржавчина металл. Огонь вырвется на свободу, подчиняя меня, и, быть может, я натворю куда больших бед.
— Студентка Алетт, — окликнула меня профессор Венивер. — Повторите еще раз и постарайтесь уже запомнить. Прруктакх — это закрывание двери.
— Я видела, как маги закрывают и открывают двери, вовсе не произнося слов, — вспомнила я.
— Это достигается высокой степенью концентрации, — охотно пояснила она. — Когда слова звучат в подсознании так же четко, как и вслух. На уроках мастера Изергаста вы как раз постигаете эту науку. Или пытаетесь. Итак, почувствуйте магию на кончике вашего языка, а затем…
— Прруктакх, — сказала я, и дверь в кабинет закрылась с таким грохотом, что с потолка посыпалась побелка.
Я сглотнула горечь пепла и махнула рукой, разгоняя дым, вырвавшийся из моего рта.
— Что ж, явный прогресс по сравнению с началом курса бытовой магии. Возможно, в этом семестре мы с вами обойдемся без пересдачи. Но вам точно не повредит медитация, — недовольно сказала преподаватель, стряхивая белую пыль, осевшую на плечики ее пиджака. — Ну-ка, теперь откройте.
— Прруктахк, — старательно произнесла я, и дверь с неменьшим грохотом распахнулась, впечатавшись в стену.
Вздохнув, профессор Венивер шагнула к следующей парте.
— Хватит рисовать голых женщин, Джафри Хогер, — приказала она, склонившись к нему. — Хотя, должна признать, у вас неплохо получается…
Опомнившись, Джаф скомкал листок и быстро бросил его в урну, попав точно в цель.
Джаф сказал, что он всегда словно под зельем, и это не выходило у меня из головы. Вчера я едва не переспала с Эмметом, и если бы не Джаф с Мирандой, наверняка сделала бы это. Эммет целовал меня не так как Родерик и ласкал по-другому, но мне нравилось и совсем не хотелось прекращать. Это было так волнующе и нежно, и страстно… Я потерла ладонями лицо, пытаясь успокоиться и вернуть ясность мыслям.
От заклинания Джафа дверь вовсе сорвало с петель, и теперь парни под руководством преподавателя пытались навесить ее обратно.
— Что там за книжка? — спросила я, повернувшись к Миранде, которая сидела позади меня. — Проклятия?
— Потом расскажу, — ответила она, кивнув на Джафа. — У кого-то здесь слишком большие уши.
Мастер Изергаст тоже говорил о проклятиях. Так я привлеку куда меньше внимания, чем если попытаюсь сжечь императора. Хотя такой способ и претил мне. Хотелось позволить огню выплеснуться из тела и очистить весь дворец, который прогнил от фундамента и до всех шести башенок.