"Фантастика 2023-171". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

Сборами занимался Витька, и если бы багажник был размером с фургон мусоровоза, он бы и его заполнил целиком.
Снеди хватит на первое время, а потом я добуду еще. Нам еще ехать по населенным местам.
Я старался много не размышлять о том, что будет дальше. Тетя не переживет путешествия к Отщепенцам. Да и жарковато там для нее. Придется, видимо, где-то построить временное жилье. И ждать...
Еду и аптечку с лекарствами положили в багажник, где находилась сложенная солнечная батарея. Я сел за руль – управление сильно не отличалось от такового в мусоровозе – и тронулся. Витька, Рина позади и тетя молчали. Вероятно, от меня исходила злая сила. Руки чесались у меня приказать Оксане Федоровне вместе с Василисой Терентьевной убиться лбами о стенку, а Виктору Семенычу – отрезать себе прибор при всем народе, на потеху каторжникам... Но слабый голос рассудка шептал, что они выполняют свою работу и, кажется, не слишком злые люди.
– Если ты это сделаешь, – сказала Ива, – ты изменишься навсегда. Пути обратно уже не будет.
– Мы всю жизнь идем так, что пути обратно нет, – буркнул я. – Рождаемся – и пути обратно нет. Умираем – то же самое. Вот только мы с Витькой ухитрились войти в одну и ту же реку дважды.
– И вы изменились, – мягко сказала Ива.
– Что ты имеешь в виду?
– Вы были обычными людьми. А стали необычными – вероятно, самыми необычными в этом мире. И все же не рекомендую чинить расправу. Это привлечет внимание руководства страны...
– Я приказал им все забыть. Вера и Рина переведены в другое место. Какое – не ихнего ума дело. А где Сам машину профукал, пусть сам придумывает. Не моя забота.
– Вот и прекрасно.
– А что касается руководства страны, то я с ними поговорю. И с Админом, который засадил тетю на каторгу, – тоже.
– Пойдешь дорогой мести?
– Только не начинай этих моральных завываний о том, что месть – это плохо. Несправедливость должна быть наказана!
Сам не заметил, как последнее предложение произнес вслух.
– Согласен, – сказал Витька, который понимал, что происходит и с кем я беседую.
Территорию каторги покинули у реки – той, что поменьше, делившей каторгу на мужскую и женскую половины. Миновали КПП, а затем повернули налево, где в заборе имелись наглухо запертые ворота. Я заставил зачарованных охранников их отпереть. Когда мы проехали через них, они тщательно заперли проход и забыли об этом странном инциденте.
Егорушка остался на каторге, да и хрен с ним. Если с ним разберутся и отпустят, он получит урок на всю жизнь впредь не перечить человеку со сверхъестественными способностями. А не отпустят, познакомится поближе со столь дорогой ему страной и ее порядками. Правда, я сомневался, что это знакомство изменит его мировоззрение.
Еще до полудня мы очутились в Поганом поле, на еле различимой грунтовой дороге, виляющей среди молодых деревьев. Когда-то здесь лес вырубили, но он вырос заново. Следовательно, когда-то давно Поганого поля здесь не было... Вечная Сиберия отступает от натиска Погани не только на юге.
– До обеда управились, – внес нотку позитива Витька, когда колючая ограда каторги пропала среди кустов и деревьев далеко позади. – В кои-то веки. А то застреваем на каждом шагу.
– Ага, – мрачно согласился я.
– Куда мы поедем? – ровным голосом поинтересовалась Рина, наша новая неожиданная спутница. Она держала тетину голову на коленях, чтобы защитить от тряски машины. Спросила таким тоном, что было ясно: если ей не ответят, она промолчит, не обидится. Привыкла, что с ней обращаются, как с животным. Хотя сама животным не стала, не оскотинилась...
Я постарался ответить ей как можно обстоятельнее:
– Отъедем чуть дальше от Вечной Сиберии, остановимся в Поганом поле. Мы с Витькой знаем, как в нем выживать. Построим временное жилище, чтобы тете было комфортно. Нельзя, чтобы сиберийцы нам напакостили.
– Тебе разве напакостишь? – слабо улыбнулась Рина.
Я глянул на нее в зеркало.
– Напакостить при желании можно кому угодно... Лишний раз не будем нарываться.
– А потом? – с нажимом спросила женщина.
 
Я пожевал губами. Понял, что она имеет в виду. Потом – это когда тетя умрет. Обернувшись, посмотрел на тетю – она заснула.
– Потом мы с Витькой поедем на юг, к Отщепенцам. Но по пути заглянем кое-кому в гости...
“К Решетникову и в 37-й Посад, к Администратору”, – договорил я мысленно.
– Так ты у Отщепенцев магии научился? – спросила Рина.
Она говорила немного грубым тоном и “тыкала” мне, но это не вызывало во мне неприятия. На каторге и не так заговоришь. То, что она ухаживала за тетей, многое ей прощало.
– Не только, – расплывчато ответил я.
Вопросов больше не последовало. Она не поинтересовалась, что будет с ней, не спешила домой – видно, дома у нее нет. Или ей все равно, или она решила пока не наседать и выяснить свою судьбу позже.
***
Северные края богаты лесами и реками – в отличие от южной местности, пустынной и сухой. Я ехал по едва различимой дороге куда глаза глядят и сообразил, что ищу, лишь когда это что-то попалось на глаза. Вернее, не на глаза, а в зону действия моего радара, третьего ока. Засветилась сама собой иконка допарта Дольмена, появился текст на интерфейсе:
ОБНАРУЖЕН ПОРТАЛ В НЕАКТИВНОЙ ФАЗЕ
То, что надо. Я потихоньку сбавил скорость и проехал еще метров двести, пока впереди не показался поросший ивняком берег ручья, узкого, но глубокого, с песчаным дном и прозрачной водой. Местечко словно специально придумано для семейного пикника. Что ж, нашу компанию с некоторой натяжкой можно назвать и семьей.
Никто не усомнился в том, что я остановился в этом местечке из-за воды. Никто не увидел в густом подлеске Ведьмин круг с дольменом. Судя по состоянию дороги, людей здесь не бывало несколько лет. Мы находились в глубине леса километрах в тридцати от границы Вечной Сиберии, в достаточной безопасности, если не считать Погань. С некоторых пор я предпочитал общество Уродов, нежели людей.
Когда я остановил машину на берегу, Витька и Рина молча вылезли из кабины и принялись разгружать багажник, ставить палатку, накрывать “на стол” к обеду. Тетя продолжала спать на задних сидениях.
Я включил третье око на полную катушку и прогулялся по окрестностям – насобирал охапку трав для того, чтобы соорудить ведьмины мешочки для отпугивания ночных уродцев. Кое-какие “ингредиенты” не нашел – эти растения здесь не произрастали, – но понадеялся, что всего остального хватит. В темном сыром овраге наткнулся на Поганый гриб – он торчал среди кустов бледным пульсирующим мешком размером с легковушку. Тут они, Уроды, изволят почивать днем, чтобы ночью по полю погуливать...
Посетила идея выпустить очередь из автомата по этому бурдюку, но это было глупо – Урода так просто не убить, лишь пули зря потрачу.
Третий глаз подсказал, что в этом густом северном лесу, настоящей тайге, полным-полно разной живности в виде ежей, белок, всяких грызунов, ласок, лис, птиц, барсуков, зайцев. Если не выпендриваться, то пожрать тут всегда найдется – а выпендриваться и выбирать еду среди нас никто не собирается, в этом я не сомневался.
Моя магия, кажется, не действует на рыб, и удочек у нас нет. Эх, а я бы порыбачил!
Сколько я ни сканил лес, медведей не учуял. Косолапые здесь или не водятся, или шляются где-то далеко.
Когда я вернулся к становищу (стал называть про себя место нашей стоянки по-отщепенски), выяснилось, что Витька и Рина сложа руки не сидели. Смастерили столик из нескольких валунов и тряпки, “стулья” из пучков травы и матрасов, развели крохотный костерок у самого ручья и вскипятили воду. Ели мы то, что было в кастрюле, а именно густой суп с разваренным овсом, ячменем, овощами и даже крохотными кусочками жесткого мяса. Мда, теперь кое-кто из каторжан недополучит хавки...
Рина покормила и попоила тетю Веру без всякого напоминания с моей стороны. Тетя съела ложки три и снова впала в забытье.
– Ты меня освободил только из-за тети? – заговорила Рина своим грубоватым голосом, когда мы поели и попили. – Чтобы я за ней ухаживала?